Страница 75 из 86
А все-таки гораздо приятнее, когда это не абы кто, а твоя любимая женщина тает от твоих объятий и под твоими руками. Снова слегка защемило в груди от тоски. Но! Некогда горевать.
Пока Алиска с моей пантерой не успели одуматься, надо было их брать в оборот. Мы хапнули девчонок, пока тепленькие, усадили в тачку и увезли на полигон. А пока ехали, так радовались своей находчивости, что решили провернуть эту же ситуацию, только на поле. Нас снарядили по полной, но девушки принципиально отказались с нами воевать. А нам того и надо. Мы объявили их заложницами, скинулись с Фирсовым на «цу-е-фа», кто террорист, а кто освободитель, и разбрелись по позициям.
Контртеррористом выпала честь быть мне. Бегая по полю, обстреливая «бывшего друга», а ныне «злого злодея, похитившего русских красавиц», я заметил сбоку какое-то шевеление. Пригляделся и понял – это моя любимая бестия сбежала из плена. Я обрадовался так, что чуть не схлопотал пулю промеж глаз! Помог ей добраться до убежища, а она взяла, повалила меня прямо в окопе и радостно начала целовать.
– Нааааадь, не время! Надо Алису спасти! Надя сделала недовольное личико и, демонстративно фыркнув, сказала:
– Не надо! Она нас предала и перешла на сторону Пашки, поэтому я и сбежала. А они теперь заодно.
– Значит мы им отомстим! – я расхохотался от того, как моя Пантера легко включилась в игру.
Мы с Фирсовым на это надеялись втайне, но не ожидали, что все сложится.
Проведя целый день на поле, получив ничейный результат, мы – довольные, как слоны, поехали обратно в цивилизацию. Нет ничего лучше смотреть на счастливого друга, который годами был чернее тучи, а сейчас обнимает свою любимую женщину, и в этот же момент обнимать свою. А девушки, разрумяненные, все в краске, делились впечатлениями, щебетали, как птички на веточке.
Мы ржали над ними, как два идиота, что они все такие, фиф из себя строили, а сами, вон, за уши не оттянуть. Брюнетки синхронно дули губки и ворчали, а мы с Пашком смеялись пуще прежнего. Наконец им это дело надоело и мы все вместе начали смеяться.
Воскресенье мы провели, как и обещали Наде с Алисой, за тем, что нравилось девушкам, а это бассейн, вино, обнимашки и болтовня. Ну, это конечно не пейнтбол, но тоже очень приятно. Любимые женщины в наших объятьях, одна из которых одной лишь своей искренностью и любовью дала им с Пашей шанс на счастье, а мне вернула лучшего друга, хмурость которого растворилась после того, как они сошлись. Он снова стал тем самым Мустангом, каким был, и даже больше. Жизнерадостный, светлый и даже чуточку оптимистичный, что он всегда отрицал в себе, даже тогда. Сейчас он строил планы, веселился и говорил о будущем… Черт побери, Павел Борисович Фирсов, строит оптимистичные планы… Ущипните меня. Глядя на него, я и сам заряжался оптимизмом. А вдруг?
К вечеру отвезли девчонок домой. Хотел утащить пантеру в своё логово, но она отбилась, пообещав мне встречу завтра вечером.
– Нам с Элис многое надо обсудить, – она махнула головой на стоявших неподалёку друзей, которые никак не могли друг от друга отлепиться. – Не можем же мы обсуждать вас при вас.
Хихикнула, улыбнулась мне, показав свои беленькие зубки и чмокнула в губы. Оторвалась, а я, как истинный Рокфор, чуть не поплыл за ней по воздуху, распушив усы. Вот что творит со мной, чертовка!
Наконец, девушки скрылись в подъезде, а мы с Пашкой поехали восвояси.
– О чем задумался? – спросил вдруг Пашка.
Я вспомнил своё состояние, в котором жил до выходных. Тревоги, ожидания… За эти два дня вся эта ерунда вылетела из головы стараниями моей пантеры.
– Да так. Перевариваю последние новости, – ухмыльнулся я и многозначительно посмотрел на друга. – Рад, что ты решился.
– Да. Я тоже, – сухо ответил он, но было понятно, что и это признание такому человеку, как Павел Фирсов, далось непросто.
Мы подъехали к его дому. Вышли покурить. Обсудили планы на дальнейшие вылазки и то, что в принципе не мешало бы друзьям видеться почаще. Хоть в этом вопросе пришли к единому мнению.
В двух словах удалось выпытать у Пашки секрет того, когда и как он таки сошелся со своей мышкой. Оказалось, достаточно было просто поговорить, сказать друг другу всё, как есть, и самые сложные вопросы перестали казаться такими уж сложными.
Мустанг отвлекся на сообщение. Сдержанно улыбнулся. Видимо, Алиса. Пока он набирал что-то в ответ, мне пришло СМС от Надежды.
«Сладких снов, мой Атлант. До встречи завтра».
Ну как тут теперь заснешь?! Если самые сладкие сны мне снятся только с её участием.
Оторвавшись от экранов, мы с Пашкой хотели продолжить беседу, но новый сигнал его смартфона не дал это сделать. Друг снова улыбнулся, взглянул на сообщение и его лицо вдруг посерело. Брови сошлись на переносице и Пашка на моих глазах превращался в Пал Борисыча в самые хреновые времена.
– Чего случилось? – спросил я его, но он вместо ответа только зло заскрипел зубами. – Да что там у тебя?!
Я вытянул телефон у него из рук, прочитал сообщение, присланное с неизвестного номера, и сам чуть не осел. На экране горело всего одно предложение:
«Откажись от контракта с "Максимой" или сильно пожалеешь».