Долина падающих птиц

Облизываю пересохшие губы и вновь делаю глубокий вдох. Вроде бы паника отступает.

– Тебе здесь не место, – наконец мне удаётся себя контролировать. – Ты сломал жизнь девушке, которая этого не заслужила. Ты лишил жизнь пятерых человек, включая лучшую подругу Вероники, ты чуть не убил её брата. Ты натворил столько ужасных дел… Этого было мало? Ты убийца, Август, но наказание за все злодеяния понесёт другой человек.

– Убийца? – бросает на меня насмешливый взгляд поверх очков и криво ухмыляется. – Как ты можешь называть убийцей того, в чьё существование даже до конца не веришь?

– Я верю Веронике.

– О-о-о, да неужели? – гадко посмеивается Август. – И когда же это чудо произошло? Дай-ка подумать…м-м-м… минут двадцать назад? Если честно, ты заставила меня поволноваться, док.

– Тогда почему было просто не внушить мне веру в её историю? Ты ведь способен на это.

– Способен. Но, видишь ли, мне было нужно, чтобы ты сама пришла к верному выводу.

– Для чего?

Август вновь усмехается, словно ответ на этот вопрос очевиден.

– Конечно же для того, чтобы у Рони появился настоящий союзник, возможно даже друг, а не зомби и не лицемерная сволочь, готовая поддакивать ей в чём угодно, а за спиной называть сумасшедшей.

– Хм… надо же, ты переживаешь за неё? – выходит усмехнуться.

А Август отвечает такой же усмешкой:

– Переживаю?.. Ты плохо слушала рассказ Рони? Даже если бы захотел, я не смог бы за неё переживать, такой уж она меня создала.

– Тогда твои действия крайне противоречивы, Август.

– Нисколько, – отвечает легкомысленно. – Я всего-то хочу отдать ей должок.

– Хочешь отдать долг человеку, который сделала тебя рабом своей жизни? Думаешь, я поверю в это?

– Не столь важно поверишь ты, или нет, – чувствую на себе его пристальный взгляд. – Мотивы тебя вообще не должны волновать, – от тебя требуется совсем другое. Так что сделай одолжение: либо заткнись, либо задавай вопросы по делу, и не лезь ко мне в душу.

– У тебя нет души, – выпалила и почувствовала, как атмосфера в салоне вмиг изменилась. Напряжение ощущалось каждой клеточкой кожи, так что волоски на шее встали дыбом, и я на полном серьёзе испугалась того, что Август может сейчас сделать. Один щелчок его пальцев и моя машина на полной скорости врежется в столб.

Тогда я ещё не знала, как сильно ему нужна.

– Душа?.. – к моему удивлению лишь шумно вздохнул Август, отвернувшись к окну. – А что такое душа, док? Некая бессмертная нематериальная субстанция, в которой выражена вся божественная сущность и природа человека? Или же… душа это всего-навсего внутренний, психический мир. Твоё сознание, характер, но не более? Что на этот счёт думает мозгоправ, м?

Я не знала, что ему ответить. Философствовать с созданием, которого априори существовать не может, да ещё и в то время, когда на заднем сидении лежит большая лопата, мягко говоря, было затруднительно.

– Всё во что ты верила, док… Всё, в чём была убеждена, сегодня пеплом развеялось по ветру, – так и не получив от меня ответа, продолжает Август. – Считай, что

у твоей «души»

сегодня ещё один день рождения.

– Что тебе от меня нужно? – твёрдо взглянула ему в глаза. – Какая тебе от меня может быть выгода?

– Скоро узнаешь, – подмигнул. – Потерпи ещё немного.

– Я не верю в твоё желание помочь Веронике. Из-за тебя она оказалась в этой ситуации! Из-за тебя ей грозит тюремное заключение!

Август выдержал многозначительную паузу, всё это время прожигая взглядом мой висок, а когда его голос зазвучал вновь, он будто бы стал другим. Тихим, глубоким, без капли самодовольства и злой иронии:

– Какой бы Рони не была, она не заслужила провести остаток своей жизни за решёткой, или в психушке. И мне плевать, что ты думаешь по поводу моей честности, док. Всё, чего я хочу, это вытащить её оттуда, потому как такой исход в мои планы не входил. За её эгоизм и подлость я заплатил той же монетой. Теперь мы в расчёте. И я не могу допустить, чтобы мы мой создатель сгнил за решёткой.

– О чём ты говоришь? – в замешательстве смотрю на Августа. – И речи не шло о пожизненном заключении.

– А это не важно, – опасно улыбается Август. – Ведь жить ей осталось недолго.

Конец сентября, погода уже не жаркая, даже не особо тёплая, и чем глубже мы заходим в лес, тем сильнее меня пробирает от холода. Август не дал мне времени на то, чтобы захватить куртку, поэтому, не уверена, что через час-два смогу соображать здраво.

Он шагает передо мной, неся на плече лопату, и велит поторапливаться. Уже не раз подумала над тем, чтобы попытаться сбежать, но, вспоминая рассказ Вероники, не думаю, что в побеге есть смысл. Август в любой момент может заставить меня вернуться, даже если я этого не хочу.

– Куда мы идём? – восклицаю ему в спину, наивно рассчитывая на честный ответ.

– Скоро узнаешь, – бросил на меня взгляд через плечо. – Тебе ведь интересно узнать то, о чём даже Рони не знает? О, тебя наверняка аж разрывает от любопытства, док!

Он прав. Несмотря на страх и опасения за собственную жизнь, желание докопаться до истины не даёт мне покоя. Ведь даже Вероника до конца не знает, кто же такой этот Август и что на самом деле им движет. Возможно сейчас я соображаю из профессиональных интересов, а возможно… возможно я уже давно переступила эту черту.