Долина падающих птиц

Глава 27

***

Сегодня Ева выглядит лучше. На смену чёрному деловому костюму пришли обычные джинсы и светлая рубашка навыпуск. Светлые волосы в этот раз не стянуты в тугой конский хвост, а свободно рассыпаны по плечам. Из макияжа лишь слегка подкрашены ресницы, а губы не выкрашены в алый цвет, как это обычно бывает. Можно даже сказать, что сегодня Ева выглядит… м-м-м… по-домашнему, – именно! Она выглядит как добрая подруга, пришедшая меня навестить, а вовсе не как деловой человек, квалифицированный специалист.

– Надо же, – даже улыбку сдержать не получается при виде сегодняшнего амплуа доктора, – ваш бессменный чёрный портфель похитили? Что за святой человек это сделал?

– Нет, мой бессменный чёрный портфель сегодня остался дома, – приветливой улыбкой отвечает Ева. – Официально у меня сегодня выходной. Вроде как.

– Тогда почему вы здесь? Соскучились?

– Хм… можно и так сказать. Дело в том, что меня попросили ускориться, а учитывая то, что ещё нужно будет провести ряд тестов и составить медицинское заключение, я решила, что можно и пожертвовать парочкой выходных.

– И вы пошли на такие жертвы ради меня? – интересуюсь с сарказмом.

– Не такие уж и большие жертвы.

– Логично, учитывая отсутствие семьи.

Ева замолкает, и я вижу, как слегка поджимаются её губы.

– Простите, – действительно чувствую себя виноватой, – общение с Августом не прошло для меня бесследно.

– Ничего, я понимаю, – мягко улыбается Ева. – Что ж, раз уж мы перешли к теме об Августе, давай продолжим. Если ты конечно готова перейти к части, которая поведает нам о причине, по которой ты оказалась здесь, Ника.

– А разве изначально суть нашего разговора не заключалась в том, что однажды мы должны будем прийти к этой самой части?

– Да, но этот разговор, думаю, будет самым эмоционально тяжёлым для тебя. Придётся пережить весь тот кошмар заново.

– Знаю, – киваю, устремляя взгляд в стол. – Я расскажу вам всё. Расскажу даже о том, о чём никому до этого не говорила. И даже если вы мне не поверите Ева, по крайней мере, я останусь честна перед самой собой. А дальше… будь, что будет.

** ** **

«… вчера следственная группа поделилась со СМИ информацией о том, что незадолго до того, как совершить акт самоубийства, третья из четырёх погибших девушек сделала звонок на телефон брата, проживающего в другом городе. Со слов родственника стало известно, что девушка была в приподнятом настроении, смеялась и поделилась с братом секретом о том, что она теперь умеет летать. Исходя из чего, следственная группа допускает возможность того, что в деле замешаны какие-то сильные психотропные вещества, спровоцировавшие девушку на столь ужасный поступок. Однако подтверждения ещё не поступало. Так ли это, или же…»

– Переключи. Что за чушь ты смотришь? – Август взял в руки пульт и переключил на музыкальный канал. – Вот. Лучше музыку послушай. Что? – тяжело вздохнул, уперев руки в бока. – Ну что опять не так, Рони? Что за взгляд? Снова будешь обвинять меня в том, что у этих четырёх кур отсутствовали мозги?

– Ты сказал, что им было не помочь, – я стеклянными глазами смотрела на Августа.

Тот фыркнул в ответ, закатив глаза:

– Понятное дело – не помочь. Я ж тебе не служба спасения.

– Ты всегда отвечаешь так, что остаются отходные пути.

– Это как?

– Двусмысленно. Или даже… трёхсмысленно.

– А такое слово есть? – сощурил глаза.

– Ты понял, о чём я.

– Ну я ж не виноват, что такой умненький у тебя, – усмехнулся. – Давай заканчивай с этой темой, или у меня опять…

– Это был ты, – перебила резко, и это не было вопросом. – Это был ты Август. Я знаю.

Его взгляд вмиг потяжелел, брови сдвинулись к переносице, а губы поджались. Это было похоже на игру в гляделки: кто первым отвернётся, даст слабину, тот и проиграл.

– Тебе есть дело до этих девушек? – спросил в довольно грубой форме. – Есть?!

Кто они тебе?!

– Никто, но…

– Тогда не задавай мне ненужных вопросов! Поверь, ты не хочешь знать на них ответы. А я тебе их не дам. Ради тебя же самой, Рони.

Я первая отвела взгляд.

Апатия меня убивала. Прошло уже четыре мучительно долгих беспросветных дня с момента разговора с Ромой, но мне не становилось лучше. Август это видел. Август пытался это понять. И он всяческими способами пытался привести меня в чувства. Он был рядом каждую минуту, лежал рядом, когда я засыпала, и был рядом, когда открывала глаза. Утешал и успокаивал, когда по ночам я с криком просыпалась от мучительных кошмаров, в которых снова были Марго и Филип, снова был тот самый подвал, старая скрипучая койка, а на ней – две девочки: я и сестра Ромы. Теперь эта девочка никак не выходила у меня из головы.

Август готовил для меня еду и силой вытаскивал на улицу, просто чтобы я подышала свежим воздухом… А ещё он строго-настрого запретил закрывать дверь ванной комнаты, когда я принимала душ, и ждал в коридоре, когда я закончу.

Август неспроста всё это делал, я понимала это, и мне даже не хотелось на него злиться за постоянный контроль.

Август не мог рисковать своей жизнью, ведь сделай я с собой что-нибудь, и пострадавших было бы двое, а не я одна.

Я заверяла его, что не до такой степени сошла с ума и точно не собираюсь причинять себе вред, но Август не верил. Он говорил, что моё состояние настолько отвратительно ужасно, что только полный псих может оставить меня одну. Да, себя он психом не считал, вот такая выходила ирония.

Не могу сказать, что мне было больно, обидно, что я злилась на Рому, на себя, или Августа. Нет… скорее, я чувствовала себя опустошённой, выпотрошенной. Словно, что-то, что все эти годы давало мне силы на существование окончательно сломалось, и один чёрт знает, заработает ли снова. Можно ли меня ещё «починить».

Наверное, я просто очень устала. Я не кричала, не плакала, не ругалась с Августом, не требовала от него уйти и дать мне время побыть одной, нет… просто устала, просто опустились руки, просто больше ничего не хотелось.

– Всё наладится, маленькая, – заверял меня Август, прижимая к себе. Мы лежали на кровати, а на нетбуке был включён какой-то фильм, содержания и названия которого я даже не помню. – Ну хочешь, я с тормозами в его тачке поиграю?

– Нет, Август, ты обещал, что не станешь делать ему ничего плохого!

– Что? И даже не будем мстить? – Август сделал вид, что глубоко расстроен. – Ну, так не интересно.