Страница 51 из 60
Г. Спенсер предложил для воспитания детей восемь рекомендаций, которые актуальны до настоящего времени. В немного сокращённом виде они очень похожи на лучшие практические советы современных педагогов. Г. Спенсер писал: «1. Не ждите от ребёнка высокой степени морального совершенства, так как он на первых порах близок к первобытному человеку, а моральная скороспелость не даст ничего хорошего. 2. Прибегайте к умеренным средствам и ждите умеренных результатов. 3. Ведите либеральную форму семейного управления. 4. Минимизируйте приказания. 5. Если же приказываете, то делайте это решительно и настойчиво. 6. Не забывайте, что цель воспитания — самоуправляющееся общество. 7. Не огорчайтесь своеволием детей. 8. Никогда не забывайте, что воспитание — основная и необычайно сложная задача».
По сути дела, Г. Спенсер реализует традиционную идею английской педагогики — принцип естественных следствий. Он построен на идее воспитания у детей наблюдательности и накоплении собственного опыта. Это отличный подход, поскольку в воспитании грубость порождает грубость, а семейный деспотизм — отсроченную детскую агрессию. Прекрасна и его идея о том, что похвалы и награды, как и угрозы и наказания, редко достигают своей цели. Наоборот, эти приёмы чаще всего оказывают крайне вредное влияние на развитие ребёнка. К сожалению, Г. Спенсер не учитывал неравномерность созревания мозга детей, что приводит к смене парадигм поведения, которые я называю первичным, вторичным и третичным сознанием. По этой причине его советы очень ценны, но не универсальны.
Мозг подростка, дожившего до полового созревания, страстно желает реализовать на практике свои новые физиологические возможности. В это время наступает созревание вторичного сознания, которое делает молодую особь пригодной для репродуктивных процессов, так востребованных эволюцией. Для этого периода взросления советы Г. Спенсера практически бесполезны. Мозг под инстинктивно-гормональным контролем, вопреки всем педагогическим усилиям, стремится к собственному генокопированию, а не к социальному самосовершенствованию.
Возникшего вторичного сознания, по формальным признакам, уже вполне достаточно для того, чтобы гордо именоваться полноценным членом гоминидного сообщества и человеком. С биологической точки зрения этот вывод абсолютно верен, что позволяет выдавать созревшим особям оружие, права, допускает размножаться, а при необходимости и законно лишать их жизни. Надо отметить, что на вторичном уровне сознания многие гоминиды задерживаются на всю жизнь, что активно поддерживается метаболизмом мозга и структурой большинства сообществ. В конечном счёте это приводит к увеличению численности человечества, нарастанию многообразия конструкций мозга и ускорению искусственного отбора. Для реализации этих эволюционных процессов особого интеллекта не требуется.
Для понимания причин появления у человека третичного сознания возникают небольшие проблемы, требующие пояснений. Для этого придётся ненадолго вернуться к нашей бурной эволюции. Только у австралопитеков
начался быстрый и целенаправленный отбор неокор-текса по ранее не востребованным среди приматов качествам. Сутью этого отбора была биологическая необходимость поддержания постоянной социальной структуры австралопитековых сообществ.
В первую очередь давление отбора было направлено на формирование крупных лобных областей как основных тормозных центров коры. На практике это позволяло долгое время заботливо выращивать потомков, делиться пищей с неродственными особями и поддерживать социальную структуру примитивных объединений. Решение этих простейших и вполне биологических задач за неполные пять миллионов лет увеличило наш мозг в четыре раза. Был достигнут невероятный прогресс в создании каменных орудий, украшений, развитой речи и жизни в больших и сложных сообществах. Эти прекрасные результаты стали следствием искусственного отбора мозга, который приобрёл развитые тормозные центры, отличную память и способность к синтетической деятельности.
Следует учесть, что увеличение размеров нашего мозга произошло за счёт невероятно разросшегося неокортекса. Он стал занимать около 80% массы мозга и смог уравновесить животную активность лимбической системы. Этого баланса между лимбической системой и неокортексом оказалось достаточно для появления плодов рассудочной деятельности. По сути дела, способность к небиологической деятельности можно назвать артефактом эволюции мозга. Сейчас принято именовать это явление научно-техническим прогрессом. Оно очень ловко синтезирует ранее неведомые удовольствия и страдания примерно в равных пропорциях, что доказывает его полную биологичность.
Однако доминирование неокортекса над лимбической системой происходит далеко не у всех, поскольку мозг крайне морфологически изменчив. У одних людей огромный неокортекс сочетается с маленькой лимбической системой, а у других наоборот. Первые станут легко и с удовольствием тратить жизнь на изучение далёких звёзд и экзотических тараканов, а вторые, с тем же наслаждением, будут со спущенными штанами осваивать планету и насмерть биться за вкусный бутерброд. Вполне понятно, что репродуктивному освоению планеты и потреблению деликатесов любое абиологичное сознание только мешает.
Возникновение третичного сознания нуждается в нескольких условиях, которые почти невозможно создать искусственно. Кратко рассмотрим основные причины происхождения этого несчастья. Во-первых, для обладателя третичного сознания нужно как-то заполучить развитый неокортекс, который к 30 годам сможет подчинить себе весь головной мозг. Поскольку развить его невозможно, а последняя надежда дуралеев — стволовые клетки — оказались выдумкой, то надеяться можно только на родителей. В этом деле тоже много проблем, так как дорогие сперматозоиды знаменитостей никаких результатов, кроме алиментов, не приносят. Дети получаются столь же обыкновенными, как и у всех. Это связано с огромной изменчивостью мозга человека, которую запрограммировать невозможно. С уникальной конструкцией гениального мозга приходится, по старинке, только рождаться.