Страница 73 из 78
Глава 25
Разумеется, спокойно поработать над подарком для Великой Княгини мне никто не дал. Во-первых, отличился наш градоправитель из Смолевичей. И дело касалось, внезапно, моего городского дома. В чём именно проблема я так и не понял, выросший в настоящего управляющего магазином, бывший бабушкин подручный Лёнька Пантелеев, а теперь — Леонид Антонович был немало ошарашен личным вниманием главы города и внятно объяснить ничего не мог. Или, скорее, сам не понял, что чиновникам нужно, сообразил только, что меня хотят именно видеть, поскольку «нужно уладить формальности» и «не телефонный разговор». Понятно, что я не «бросил всё и побежал», но всё же пришлось сворачивать работу ехать — куда деваться? Одно только непонятно, почему сразу мне напрямую не позвонили? Дед считает, это из опасений, что я как-то пойму тему разговора и приезжать откажусь.
Наш градоначальник, обожающий обращение «мэр», на которое прав, по большому счёту, не имеет, принял меня небывало радушно. Но да, я в нынешнем своём статусе к нему на приём ещё ни разу не забредал, может, он теперь всегда такой будет? Жаль только, что переходить напрямую к делу мой собеседник никак не хотел, всё ходил вокруг да около, пытаясь намёками и иносказаниями навести меня на нужную ему мысль. Мне в такие игры играть совсем не хотелось, но вскоре понял: наш «мэр» скорее помрёт от старост прямо в ходе разговора, но напрямую ничего не скажет. Пришлось напрячь слух и сообразительность. Наконец, вроде бы понял суть претензии:
— Вы хотите сказать, что графу не пристало иметь в своём доме торговую лавку⁈
— Не сочтите, ваше сиятельство, за неуважение, но, в общем и целом, как-бы — да…
— Но, погодите! Я сам видел и в Минске, и в столице, в Москве так просто повально: дом князя такого-то — князя! — а на первом этаже модный магазин, или лавка, или вообще ресторация!
— Ах, это другое! Да, дом принадлежит графу, или князю. Но лавка — не его, это арендаторы или те, кто вовсе выкупил этаж в здании. И сам аристократ в этом доме жить не будет. За исключением, разве что, обстоятельств неодолимой силы.
— Вы хотите, чтобы я закрыл свой магазин в городе?
— Боги с вами! Ни в коем случае! Ваш магазин для города очень важен!
— Тогда что же? Переделать дом в контору моего фамильного предприятия? Но тогда возникает вопрос с городским домом, который мне нужно иметь.
Да, нужно. Причём не в том смысле, что «очень хочется», а необходимо, независимо от моего желания. Проще говоря — положено, как и со штатом слуг. Которых, кстати, в доме тоже надо держать комплект, вне зависимости от нужды в них.
— Опять же, привык я к тому дому, там, можно сказать, родился и вырос. Остаётся переносить лавку, а некуда, нет другого участка в городе.
— Ой, вот это уж точно не проблема, свободные участки есть и ведении города, и частные лица на продажу выставляют!
А на меня злость накатила. Не так, чтобы лютая и чёрная, но всё же… Ведь мы не развлечения ради магазин в дом встроили, и не потому, что лень было из дома на работу по улице ходить. Этот же вот «мэр» и не разрешил строиться отдельно! Причём причину совершенно идиотскую придумал: мол, лицензия не позволяет открывать корчму или трактир в пределах города. И сколько ни пытались до него донести мысль, что речь не идёт ни о том, ни о другом, а просто о лавке без столиков и торговли на разлив, он упорно делал вид, что не слышит и не понимает. Папа рассказывал, что дед ожидаемо решил, будто тот денег хочет. Предложил — не взял. Дед предложил больше, деньги тогда в семье были, иначе бы и не затевались с переездом в город — всё равно не взял. В итоге нам, в смысле, моей семье, второй участок, специально под лавку купленный, продавать пришлось себе в убыток. А ведь расположен-то как! На развилке, где улица, что идёт от перекрёстка пяти дорог к центру города, разделяется на две, одна — к пожарному депо и почте, вторая — к главной площади. А теперь, видите ли, «уж точно не проблема». Надо же!
Нет, можно предположить, что за это время законы изменились, или наш градоправитель приобрёл помимо веса (не только политического) ещё и опыт. Но на самом деле, за прошедшие двадцать пять лет ничего по большому счёту не изменилось. Кроме одной маленькой детали, совсем малюсенькой, всего на четыре буковки. Которые складываются в одно короткое слово — «граф». И то, что для моих деда и отца, местных шляхтичей Рысюхиных, было вроде бы невозможно — для Рысюхина же, но уже графа, вдруг стало ну вот вообще не проблемой!
С другой стороны, глядишь, и с участком под Осиповичами, что нужен для завершения Ульяниного проекта, всё пройдёт проще, чем я опасался, по той же причине. Собственно, это ещё при попытке арендовать участок с тогда ещё безымянным хутором, который теперь превратился в Викентьевку, понятно было, что титул сильно расширяет возможности.
— Но с частными лицами лучше не связываться, — продолжал вещать не заметивший моего «выпадения» из разговора Алексей Степанович, и его второй уровень в ментальной магии не помог. — Хороших участков сейчас в продаже нет, а город мог бы поспособствовать. Есть резервный участок, между пожарной частью и театром…
— Это там, где какие-то сараи стоят? Они разве не пожарным принадлежат?
— Нет-нет, это просто старые лабазы, которые никак руки не доходят снести. Место хорошее, там и дом можно построить…
— Жить между пожарным депо и городским театром⁈ Да ещё с детьми? За что же вы меня так не любите-то, а?
— Кхм, да уж… Место, пожалуй, для жилья действительно, слишком бойкое. А вот для магазина…
— Хорошо, я поручу своим подчинённым проработать вопрос.
«Повышай ставки».
«В смысле⁈»
«Похоже, этот магазин городской администрации нужен больше, чем тебе. Не знаю, в чём тут дело, но когда ты предложил в буквальном смысле прикрыть лавочку — он по-настоящему испугался».
«И что ты понимаешь под ставками? Участок бесплатно потребовать?»
«Можно, хоть и нагло. Вот скидку за то, что его ещё расчищать надо от мусора — можно. Но я имел в виду расширение формата. Не просто лавка — где ты, кстати, начал и пиво в розлив продавать, и закуски к нему, и даже столики поставил, тем самым втихаря лицензию нарушив. И, заметь — никаких санкций!»
«Во-первых, нарушил с твоей же подачи. А во-вторых, уже после того, как стал бароном. Может, в этом всё и дело. А в-третьих, что за расширение формата?»