Страница 18 из 95
Глава 8. Испытания
Глава 8. Испытания
Вокруг стало тихо.
Несмотря на отсутствие корсета, казалось, что меня снова что-то душило, заставляя делать более глубокие, жадные вдохи. Колонны давили своей грузностью, ярко-золотые флаги с эмблемой льва замельтешили перед глазами, а тусклый свет с небольших витражных окон удручал, как никогда. Лучше бы сейчас была ночь – я бы сняла эти дьявольские цепи с рук Калеба, посадила бы его на коня и отправила подальше отсюда, не беспокоясь о последствиях.
То, что могло произойтитеперь – пугало намного больше.
– Принцесса Селин?
Увлеченная своими мыслями, я отозвалась не сразу.
Калеб встревоженно на меня смотрел, словно это меня скоро нашинкуют, как салат...
– Что сказал канцлер? Когда...?– Начинаем через час, принцесса. Еще он произнес какую-то нелепицу в духе «Поединок разума. Преданное сердце. Охота. Меч...»
– Истины... А охота – яростная. Ты держал в руках меч когда-нибудь?
– Нет. Но я хорош в обращении с подручными средствами!
Я взялась за голову, ощущая очередной приток слабости в теле, и начала дышать глубже. Выход всегда есть.
– Принцесса, вам плохо? Я не имею права... но я мог бы вас отнести в покои.
– Нет, все хорошо. Я просто думала над решением. В первом же испытании тебе нужно сдаться, но не слишком быстро. Да, вернуться в темницу – неприятная участь, но мы что-нибудь придумаем. Будем пытать эту служанку до смерти, хоть и одна мысль об этом мне омерзительна...
– Нет, я их пройду, – внезапно отозвался Калеб, и я отступила от неожиданности.
– Ты не справишься! Даже не думай об этом! Более того, канцлер всем своим видом показал, что намеревается отыграться на тебе.
Только сейчас, повысив голос, я опомнилась и заметила, что все разошлись по своим делам. Мы остались с Калебом наедине в огромном холле замка.
– Я не стою вашего беспокойства, принцесса, – мягко протянул Калеб, и взгляд его сразу погряз в прилившей темноте. – Что касается канцлера – разберемся с ним как мужчины, когда мой статус в его глазахпринудительно поднимется.
Я провела в обществе Калеба несколько недель, мы без умолку разговаривали, и порой он старался меня рассмешить – признаться, не всегда успешно. Но иногда, глядя в его глаза – каксейчас – мне казалось, что я снова смотрю на незнакомца.
Час тянулся бесконечно долго, и я нервно обходила рыночную площадь кругами, недовольно оглядывая множество зевак, ожидающих зрелища. И, конечно же, советник Гарольд уже обосновался в местечке с лучшим видом – рядом с одной из палаток со сладостями.
Жизнь вокруг кипела, в воздухе витали ароматы выпечки и ягод, флаги развевались на ветру, но мрачно-серое небо давно отобрало у людей улыбки. Мы были муравьями – только вечно суетились непонятно для чего: ведь если враги и болезни нас не убьют, убьет почти полное отсутствие солнца.
Я опустила взгляд вниз и обратила внимание на учеников канцлера, с особым рвением перебирающих оружие и защиту.
Первым испытанием был поединок на одной из внутренних стен замка, за которой скрывались площадь и непосредственно вход в сам замок. Ее высота не превышала семнадцати футов[1] , а ширина – пяти футов[2] , и ключевой проблемой было отсутствие маневренности. Шаг влево, шаг вправо – и вот ты уже проиграл. И вдобавок сломал несколько костей... Даже опытным воинам было невероятно сложно балансировать и не сорваться с высоты, а Калеб... мне только оставалось надеяться, что он не пострадает сильно.
Он проследовал туда, куда ему показал Эрик, и сразу же отказался надевать какую-либо защиту. Его высокий и стройный соперник закрыл броней руки и бедра, чтобы не замедлять себя полноценными доспехами, и взялся за облегченную версию меча.
Я закрыла руками лицо – Калеб безнадежен. Сейчас еще, гляди, палку возьмет, чтобы от меча отбиваться...В глазах защипало, когда я увидела Калеба сдеревянным копьем , поднимающегося по узкой лестнице.
Ветер оглушал.
Гарольд – в предвкушении оскалился.
Я зажмурилась, не желая смотреть на эту стремительную и жестокую расправу, но некоторое время ничего не происходило, и все смолкли, а советник никак не комментировал свое «разочарование». Приоткрыв сначала левый, потом правый глаз, я увидела Гарольда, сосредоточенного взирающего ввысь, и обомлела, проследовав за его взглядом.
Солнечные лучи, так редко дарящие нам свое тепло, светили прямо на стену – туда, где двое высоких мужчин сражались. Копье, по неведомым мне причинам, было воткнуто меж камней на самом краю стены. Светлые волосы Калеба, казалось, сияли, а стальные доспехи соперника отражали свет. Но, видимо, тот был глуп, либо же слишком уверен в себе, чтобы это использовать. Он замахивался мечом из раза в раз, а Калеб лавировал меж его выпадами, как тогда – в танце, выматывая соперника.
Вот только сложно вымотать кого-то быстро при отсутствии на нем утяжеления в виде шестидесяти фунтов[3] доспехов.
Калеб и сам утомился – это было заметно в менее точных уклонениях, в его постоянных взглядах вниз и тяжело вздымающейся грудной клетке. И те несколько раз, что соперник задевал его мечом, я вздрагивала, больно впиваясь ногтями в собственные ладони.
Ну, почему, почему просто не мог сдаться?!
«Ты знала, почему, Селин...»
Калеб физически не мог прекратить попытки со мной сблизиться. Это читалось в каждом его взгляде – будь то мимолетном, обеспокоенном, блуждающе-игривом или откровенно тяжелом, как свинец.
Я обессиленно вздохнула.
Его плавный танец продолжал литься, как музыка, солнце так и било на стену через брешь в облаках, а соперник уже явно устал.
Они оба остановились отдышаться, и разделяли их только солнечный свет и копье ровно посередине.
И в тот момент, когда мне показалось, что Калеб вот-вот будет побежден, он разогнался изо всех сил, схватился за свое копье и ногами вытолкнул соперника со стены вниз, прямиком в мешки с зерном, лежавшие на телеге. Прокрутился на нем над «зрителями» и вернулся обратно на стену, едва ли не оступившись.
Молчание мигом сменилось гулом, а Гарольд хлопал в ладоши, не замечая упавшую себе за воротник пахлаву...
Вот только соперника надо было победить, а не убрать с «поля боя».
К стене уже подходил мрачный, как весь этот день, Эрик.
[1] Около 5 метров
[2] Около 1,5 метров
[3] Почти 30 кг