Идущая сквозь ад

О да, Кире очень хотелось это сделать, но, во-первых — не факт, что получится. Главврач только выглядел пухлым увальнем, но он наверняка опытный врач, который множество раз имел дело с буйными пациентами. А во-вторых… что это даст? Очевидно, что эта психушка хорошо охраняется и без помощи Оззи отсюда всё равно не выбраться. По крайней мере нельзя действовать импульсивно, можно только усугубить ситуацию. А способ вырваться она обязательно найдёт, это теперь её главная цель. Главное не терять веру.

Они вышли из кабинета, проследовали по коридору. Кира успела заметить, как в одной из комнат пациенты сидели за столиками и, кто-то собирал пазлы, кто-то рисовал. Видимо, такая была незатейливая терапия. И теперь придётся жить бок о бок с этими шизофрениками? Так себе перспектива.

Дошли до палаты, в которой Кира очнулась, но Коган повёл её дальше.

— Вы же сказали, что доведёте меня…

— До вашей комнаты, — напомнил главврач. — Жить вы будете в другом месте, более комфортном.

Кира даже не знала, радоваться ли этому или наоборот. Отчего-то слова «более комфортное место» из уст Когана вызывали тревогу.

Коридор закончился металлической дверью. Коган открыл её магнитным ключом. По ту сторону оказался лифт. Нажатие кнопки — створы разъехались. У Киры создалось впечатление, что она сейчас пересекает черту, за которой её ждёт лишь боль и страх. Появилось желание развернуться и бежать, бежать…

— Прошу, — Коган указал ладонью на лифт. — Ну же, смелее.

Пересилив себя, Кира вошла.

Коган проследовал за ней, надавил на среднюю кнопку. Лифт начал движение вниз. Кире показалось, что они проехали три этажа, прежде чем тот остановился и створы открылись. Здесь опять была металлическая дверь, главврач отворил её тем же магнитным ключом.

— Не слабые у вас тут меры предосторожности, — мрачно оценила Кира.

— Что поделать, приходится, — развёл руками Коган. — Не все, к сожалению, желают быть лояльными. К свободе рвутся, отрицая своё истинное предназначение. Увы, находятся и такие. Но вы ведь не одна из них, верно?

— Верно, — соврала Кира и поставила главврачу очередной жирный минус за слова про истинное предназначение. Ненавидела подобные фразы, считая их пафосной хренью, предназначенной для дебилов.

Снова коридор, но, в отличие от верхнего этажа, тут не было обшарпанности. Напротив, всё выглядело так, как будто кто-то вложил в это место немалые деньги. Под потолком горели не стандартные люминесцентные лампы в скучных прямоугольных плафонах, а современные светильники, выполненные в стиле хайтек. На стенах висели фотографии и картины — в основном пейзажи. Пол был выложен плиткой с замысловатыми узорами. Следуя по коридору, Кира обратила внимание на просторное помещение за стеклянными дверьми — внутри находились кресла, диван, столики, а одна из стен представляла из себя экран, на котором высились горы, а у их подножья зеленел лес.

— Комната отдыха, — с гордостью пояснил Коган. — Говоря вам о комфорте, я не шутил. Мы заботимся о нашем контингенте.

Они прошли дальше по коридору, свернули за угол.

— А вот, собственно, и ваша комната, — главврач открыл дверь. — Проходите. Будьте, как дома. И переоденьтесь в ту одежду, что лежит в шкафу, ни к чему вам тут расхаживать в пижаме.

Кира переступила порог, чувствуя себе одной из тех коров, что холят и лелеют, включают им классическую музыку, дабы они давали больше молока, но в итоге всех пускают под нож. Она была убеждена, что весь этот комфорт лишь ширма, за которой скрывается нечто тёмное, злое. Ну ничего, безвыходных ситуаций не бывает.

— Кстати, через полчаса обед, — Коган посмотрел на наручные часы. — Столовая вон там. У нас отличный повар, маг и чародей кулинарии. Ох, если бы моя жена так готовила! Уверяю вас, Кира Васильевна, когда отведаете его блюда, вы сами не захотите отсюда уходить.

Киру уже тошнило от его насквозь фальшивой доброжелательности.

— Ну что ж, — подвёл итог Коган. — Располагайтесь, а мне пора. Скоро ещё увидимся.

С этими словами он развернулся и направился обратно к лифту. Кира зашла в комнату. Обстановка была без излишеств, но приемлемая: кровать, тумбочка, шкаф, столик, под потолком такие же светильники, что и в коридоре, на стенах голубые обои. Определённо, всё это выглядело лучше, чем в палатах на верхних этажах, вот только…

Там наверху были окна. С решётками, но всё же окна. А за ними — солнце, небо, свобода.