Страница 16 из 154
Но ведать должен каждый, кто осмелится воззвать к Vinculum Praevalens: магия, взятая таким образом, есть сила хрупкая, чужая, и не ляжет она спокойно в груди новой. Вечно она будет бунтовать, искать прежнего владельца, сопротивляться. А если не удержать узел крепко, если дозволить хотя бы нитям его расплестись, маг, возжелавший чужой силы, сам останется без своей».
— Это… — помотала головой Молли, пока не очень понимая, о чем речь.
— Заклинание, позволяющее перенести часть магического потенциала от одного человека к другому, — закончил за нее Фабиан. — Не устраняет проблему, но может замедлить процесс. Дать тебе время.
Молли почувствовала, как у нее пересохло в горле.
— Это… кража магии, — прошептала она.
— Это шанс, — возразил Гидеон. — Да, он грязный, да, он требует жертвы, но, — Мордред и Моргана! — Молли, ты что, правда готова просто сдаться?!
— Какие условия? — нахмурилась миссис Уизли. — Я только начало прочитала.
— Заклинание сложное, требует мощного ритуала, — сказал Фабиан. — Более того, его можно применить только к человеку со схожими параметрами: тот же пол, тот же уровень магии, близкий возраст, чистота крови. И…
— И его нужно победить в бою, — холодно закончил за брата Гидеон.
Фабиан кивнул.
— Закон силы. Ты получаешь часть потенциала по праву победителя.
— Это не вариант, — твердо сказала Молли, захлопнув книгу. — Я так не могу.
Братья переглянулись.
— Пока, может быть, и нет, — тихо сказал Гидеон. — Но если придет день, когда другого выхода не будет…
Молли ничего не ответила. Только крепче сжала книгу в руках, глядя в темноту за окном. Позже это заклинание она заучила накрепко.
В апреле 1978 года произошло радостное событие: миссис Уизли родила сразу двоих сыновей! Они были такие забавные и так походили на Гидеона и Фабиана, что женщина не удержалась: она назвала детей Фред и Джордж. Ей показалось, что подобрать имена, начинающиеся на те же буквы, что и у ее братьев — это очень символично и будет хорошим решением.
Она надеялась, что Гидеон и Фабиан растроганно расплывутся в улыбке. Ну или хотя бы не фыркнут сдержанно и снисходительно, как обычно делают, когда кто-то (то есть она) вдруг решает проявить сентиментальность. Кроме того, был в этом выборе имен и некоторый шутливый подтекст: пусть братцы-насмешники получают по заслугам — младших Уизли, которые будут носить их именные инициалы. И смеяться точно так же. И лезть в неприятности с тем же блеском в глазах.
Но, конечно, было и нечто глубже, чем эта полушутка.
Молли хорошо помнила, как они втроем — она, Гид и Фаби — стояли у старой беседки под вязами в родовом поместье Пруэттов, и братья по очереди уверяли ее, что как бы жизнь ни сложилась, какие бы решения она ни приняла, они всегда будут рядом. Даже если весь мир обернется против нее — они останутся. Как показало время, слово свое братья сдержали.
Так что выбор имен новорожденным сыновьям был не просто символичным. Он был абсолютно логичным и даже почти пророческим.
Теперь у Молли Уизли было уже пять сыновей, и она была практически счастлива.