Страница 10 из 117
Задумавшись, пропустила появление Кеа, который явно неожиданно для себя, наткнулся на ничего не подозревающую меня, споткнулся, и чтобы удержаться на ногах, схватился за мою руку и шкаф. Шкаф прочно стоял на своих доисторических ножках, в отличие от меня. Не ожидавшая такой подлости от подрастающего поколения, по инерции налетела на стол, больно стукнувшись, и видимо что-то сдвинув, так как в образовавшейся после небольшого акробатического этюда тишине услышала судорожный вздох парня и увидела два ярких, зеленых глаза с любопытством уставившихся на двух слегка помятых молодых людей. Монстрятина, спеленутая не хуже постояльцев больницы Кащенко, разглядывала нас на удивление ясными и умными глазами. Пальцы сами потянулись потрогать вытянутую бархатистую морду, но мальчишка, все продолжавший держать меня за руку, резко дернул за нее с воплем:
— Куда лезешь, дура! — и припечатал многострадальную меня в шкаф. Шкаф опять устоял, даже не шелохнулся, а на моем бедном тельце появились новые синяки.
Неудачно-то как…
При этом все это некрасивое для меня действо сопровождалось сложной лексической конструкцией на местном языке. Единственно, что поняла, что бедный парень поседеет раньше времени с такой мелкой, лезущей во все неприятности особой, за которой нужен глаз да не один, причем эта наглая особа теперь находится именно на его, Киану, многострадальной шее, ибо является леди, а леди ли, опять же вопрос, но бесспорно существом женского пола, а мужественный лорд Киану Бла-бла-бла… именно мужчина, поэтому он будет тянуть сей тяжкий крест, ибо так положено! Или покладено? Не суть важно! Но если мелкая особь, по возрасту и росту, опять протянет свои загребущие ручонки к самому опасному из живущих в двух мирах хищнику, то грозный хозяин дома за себя не ручается, просто свяжет и запрет беззащитную меня в четырех стенах до лучших времен.
Я стояла будто оплеванная, но верный шкаф бережно поддерживал непутевого агента за спинку. Не зная, то ли зареветь, то ли истерично засмеяться, я даже сморщила мордаху от такого несправедливого обвинения, но заметила веселый взгляд “самого опасного хищника в двух мирах” — тот откровенно потешался, весело подмигивая одним огромным изумрудным глазом. И я поставила бы на кон что угодно: если бы морда монстрика была свободна, а не плотно спеленута светляками, то наверняка этот гад ржал бы в голос, аки конь.