Связанные местью

ГЛАВА 23

Э

ВАНДЖЕЛИНА

— Ты сегодня необычно тихая, — подозрительно посмотрела на меня Лекс с пассажирского сиденья.

— Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что сказала. Не притворяйся, что ничего не понимаешь, Эва. Я знаю, когда тебя что-то беспокоит. Ну же, рассказывай, в чём дело?

Скрывать что-либо от Алексы было бессмысленно. Мы всегда были на одной волне с детства. Любой момент неловкого молчания между нами был тревожным сигналом. Единственная причина, по которой она так и не узнала о моей ссоре с Дереком, заключалась в том, что я погрузилась в работу и дело Белова, продолжая искать зацепки о местонахождении Рейна.

Я вздохнула, выпустив длинный, полный отчаяния выдох.

— Мне кажется, ты уже знаешь, что я собираюсь сказать.

Она кивнула, сжав губы. — Да, но продолжай.

Я остановилась, когда загорелся красный свет светофора, и повернулась к ней лицом. — Пару дней назад он ночевал у меня дома.

Лекс взвизгнула и толкнула меня в плечо так сильно, что моя голова резко откинулась в сторону и чуть не ударилась о стекло.

— Сучка! И ты мне не сказала?

— Лекс, успокойся. Мне не нужно сотрясение мозга.

Она пригладила свои короткие черные волосы и сжала руки, а от волнения ее лицо просветлело. — Прости. Не могу поверить, что ты ничего не сказала.

— Там действительно не о чем рассказывать.

Когда машины передо мной ускорились, мое внимание снова переключилось на дорогу.

Краем глаза я заметила, как она с недоумением скривила лицо.

— Нечего рассказывать, то есть он был никудышен в постели — что, кстати, было бы настоящей трагедией — или ничего, то есть не было никакого обнаженного траха?

— Вариант Б.

Лекс недоверчиво рассмеялась. — Ладно. Поняла. Вы только что познакомились. Надо заставить его потрудиться. Но тогда зачем ночевка? Похоже на ненужное искушение.

Моя кузина внимательно слушала, пока я рассказывала, как Дерек мчался ко мне домой после нападения Юрия. Улыбка Алексы расширилась, когда я упомянула, как он отнес меня в гостиную, и последовавшее за этим бесстыдное падение в обморок. Никогда не склонная сдерживать театральность, она приложила руку к сердцу и притворилась, что падает в обморок, узнав об исследованиях Дерека в области диабета. Как получательница бесконечных подарков, записок, цветов и невероятного количества нежелательных предложений руки и сердца, как ни странно, то, что Дерек нашел время, чтобы узнать о моем диагнозе, было самым милым жестом, который когда-либо делал какой-либо мужчина.

— Итак, ты дала ему зеленый свет, чтобы он перевернул тебя наизнанку, а он отказался?

— В общем, да.

— Ну, он гей?

— Лекс! Он не гей. Он очень заинтересован.

Алекса выдохнула с свистом.

— Эва, ты чертовски сексуальна. Ты хочешь сказать, что ты выставила свои сиськи напоказ, практически умоляя этого мужчину трахнуть тебя до полусмерти, а он тебя отверг? Послушай, либо он играет за другую команду, либо его маленький товарищ по команде вообще не играет — если ты понимаешь, о чем я.

Я не смогла сдержать смех. Независимо от обстоятельств, я всегда могла рассчитывать на то, что Лекс поднимет мне настроение.

— Поверь мне, проблема не в этом.

— Значит, проблема есть?— спросила она, приподняв брови.

— Нет… я не знаю. Он просто всегда… думает. В один момент я клянусь, что он вот-вот съест меня заживо.

Я повернулась к ней и облизнула губы.

— Боже, и я бы просто раскрылась и позволила ему.

Сжимая руль, я поморщилась.

— А в другие моменты он такой… нерешительный. Как будто не может решить, чего он хочет.

На утро после того, как он провел у меня ночь, я проснулась в пустом доме и обнаружила записку на кухонном столе. Чертова записка. Он ушел рано, пожелал мне хорошего дня и пообещал вернуть мой запасной ключ, когда мы увидимся в следующий раз. Чувства стыда и сожаления сдавили мне желудок. Боль от его отказа была еще свежа, сколько бы раз я ни пыталась убедить себя, что он просто вел себя как джентльмен.

Но мне не нужен был джентльмен.

В ту ночь он оставил меня чертовски возбужденной. Дразнить его тем дилдо, к тому же подарком на день рождения от Лекс, обернулось против меня, потому что его решимость была чертовски непоколебимой, а я была слишком злая, чтобы сама решить проблему. Не то что в последующие два дня. Имя Дерека сорвалось с моих губ больше раз, чем я могла бы гордиться.

Черт, мне нужно было потрахаться.

Темнота окутала мою машину, когда я въехала в парковку у кондо Алекса.

— Эй, посмотри на меня и слушай внимательно, — потребовала она с абсолютно серьезным выражением лица.

— Этот мужчина хочет тебя, понятно? Какими бы ни были его причины держать тебя на расстоянии сейчас, это не имеет к тебе никакого отношения, Эва. Ты чертова богиня — в основном потому, что похожа на меня, — сказала она, подмигнув, и я фыркнула от смеха. — Ты крутая женщина-детектив. Ты идеально подходишь, девочка. И то, как он смотрел на тебя и только на тебя, когда При и я встретились с ним — черт возьми.

Лекс покачала головой и обмахнулась веером.

Я наклонилась и крепко обняла ее. — Спасибо, сестренка.

— Конечно. И я бы пригласила тебя наверх, но мой мальчик-игрушка будет здесь меньше чем через два часа, и мне нужно успеть сделать эпиляцию и привести себя в порядок до этого.

Я усмехнулась и прижалась губами к ее щеке. — Иди трахайся, шлюшка. И спасибо, что всегда слушаешь меня. Люблю тебя.

Лекс послала мне воздушный поцелуй. — Всегда люблю тебя, детка.

Она закрыла дверь моей машины и в последний раз помахала рукой, прежде чем направиться к серебристым дверям лифта в конце прохода. Я подождала, пока она не оказалась в безопасности в лифте, прежде чем тронуться с места. Как только я завел двигатель, на экране появилось сообщение. Хватая телефон быстрее, чем моя гордость могла бы признать, я опустила плечи, увидев имя Сэма вместо имени Дерека.

С каких это пор я вообще обижаюсь из-за мужчины?

СЭМ

Белов готов поговорить и назвать несколько имен. Сможешь быть в «Einstein Medical» в течение часа? Говорит, что будет разговаривать только с «Принцесса-воительница». То есть с тобой.

С «Принцесса-воительница»?

Я

Да. Я буду там.

Я открыла бардачок — один магазин и «Глок».