Связанные местью

ГЛАВА 5

Э

ВАНДЖЕЛИНА

БРИН-МОР, ПЕНСИЛЬВАНИЯ

Я бросила ключи в керамическое блюдо у двери, а оружие положила рядом, снимая сапоги. В любой другой вечер я бы спрятала их в тумбочке у входной двери, но не сегодня. Я чувствовала себя слишком охренительно, чтобы заботиться об этом. Несмотря на то, как дерьмово началось мое утро, настроение резко изменилось. Новость о предполагаемых преступлениях Джеймса и его незаконнорожденном сыне стала для меня ударом, но теперь все было по-другому.

Я никогда не зацикливалась на внешности, но сексуальная привлекательность этого мужчины была неоспорима. Прошел почти год с момента моих последних отношений, но я никогда не чувствовала такого быстрого и глубокого влечения к мужчине. Мне хотелось обвинить Алексу в том, что она поселила эти мысли в моей голове еще до того, как я успела составить объективное мнение, но я знала, что это полная чушь.

Он произвел бы такое же впечатление. Его прикосновения вызвали бы те же толчки между моих бедер. И эти чертовы глаза - я бы все равно потеряла себя в них.

Я ухватилась за край кухонной стойки и покачала головой, на моем лице появилась глупая улыбка. У меня были проблемы, и я это знала. Дерек определенно флиртовал, а я все равно предлагала остаться друзьями, прекрасно понимая, что платонические отношения между нами будут недолговечны. Я чувствовала это. Чувствовала, как его прикосновения отзываются жаром во всем теле.

Несмотря на мое прошлое, а может, и вопреки ему, сексуальные ситуации не вызывали у меня страхов или травм, пока я контролировала ситуацию и секс происходил на моих условиях.

Моя сумка вибрировала на мраморе. Мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что это Лекс. Она звонила без остановки в течение последнего часа. Я чувствовала себя ужасно, игнорируя ее звонки, но мне нужно было время, чтобы подумать о Дереке, обвинениях в адрес Джеймса и о том, что во всем этом замешан мой отец.

Мой экран снова засветился, высветив двадцать пять пропущенных вызовов.

Все от Алексы.

Приняв номер двадцать шесть, я положила устройство на стойку, подальше от ушей, потому что знала, что меня ждет.

— Эванджелина Круз! Я могу убить тебя. Как ты смеешь так меня беспокоить? Даже если бы ты лежала мертвая где-нибудь в канаве, я бы снова тебя вздернула!

— Алекса, расслабься. Со мной все в порядке, — заверила я ее, доставая из холодильника бутылку воды. — Я никогда не была в опасности. Успокойся.

Я ни за что не расскажу ей об этом засранце Кирнане, потому что никогда не услышу конца, и я знала, что это как-то повлияет на ее представление о Дереке. По какой-то причине я нуждалась в ее одобрении.

— Так ты просто забыла написать? Сука. Я была так близка к тому, чтобы позвонить твоему отцу... а потом Квантико.

Это вызвало смех.

— Лекс, ты забыла, чем я зарабатываю на жизнь? И уж точно не в первый раз оказываюсь в неизвестной, возможно, опасной ситуации. И что в Дереке автоматически делает его серийным убийцей? Ты сходишь с ума.

Она выдохнула воздух.

— О, теперь он Дерек? И ты не можешь винить меня. После того дерьма, что ты мне рассказала, Джеймс был замешан в...

— Предположительно.

— Предположительно. Это все, о чем я могла думать. Кто скажет, что этот Дерек тоже не является частью этого теневого мира? У меня просто такое чувство. Ты же знаешь, какая я.

Я так и сделала. Алекса утверждала, что общается со своей духовной стороной и увлекается астрологией, аурами и всем остальным. Она постоянно перестраивала мои чакры, или как там их.

— Я знаю. И мне жаль, что я заставляю тебя волноваться. Но тебе не стоит. Дерек был...он оказался совсем не таким, как я ожидала.

Наступила неловкая тишина, прежде чем в динамике раздался свистящий выдох Алексы.

— Прости? Что это было, черт возьми?

Допив последнюю порцию воды, я направилась в гостиную, и ее вопрос повис в воздухе. Дойдя до дивана, я плюхнулась на его мягкую поверхность, а Лекс преувеличенно вздохнула, нетерпеливо ожидая моего ответа.

Положив телефон на грудь, я притворилась невинной. — Что было?

— Вся эта история с дыханием Дерека, который был великолепен?

Я не могла не рассмеяться над ее нелепым подражанием моему голосу.

— Твое воображение.

— Эва, ты лживая задница! Он горячий, правда?

Я громко застонала в декоративную подушку. — Да!

На моем экране внезапно загорелся значок видеозвонка. Я села, не в силах подавить улыбку, болезненно вырисовывающуюся на моем лице.

Лекс была в своей машине.

— Расскажи мне все! Насколько горячо? По шкале от одного до «трахни его десятью способами до воскресенья».

— Горячий, как его пресс. Шесть футов три или четыре, гора мышц - это круто.

— О, черт. Что еще?»

— Целующиеся губы и татуировки, покрывающие каждый дюйм его тела - кроме лица, конечно.

Она фыркнула от смеха. — Горячо. И Франко собирается умереть! Но продолжай.

— И эти слишком длинные ресницы, которые не должны быть у мужчин. Но его глаза, Лекс. Такие ярко-голубые, клянусь, они похожи на бриллианты.

— И судя по тому, где он живет, он заряжен. Черт, Дерек звучит как самоуверенный сукин сын.

— Я не буду отрицать, что он знает, что хорошо выглядит. Но его уверенность только усиливает его сексуальную привлекательность. В нем есть что-то еще, Лекс. Просто есть что-то, что притягивает меня.

Было очевидно, что прошлое Дерека по-прежнему является его неотъемлемой частью. В этих арктических глазах отражался целый вихрь эмоций и переживаний. Секреты. Тайны. И, возможно, немного тьмы.

От последней мысли у меня по позвоночнику пробежал холодок. Годы, проведенные в чтении людей, помогли мне осознать ту грань, которую он носил в себе, как вторую кожу. Мне хотелось глубже проникнуть в его мир, прошлое и все то, что заставляло его чувствовать. Я была очарована, потому что, несмотря на мой гнев и разочарование от полученной информации, моя любовь к Джеймсу оставалась неизменной. И Дерек был всем, что у меня от него осталось.

Возможно, Алекс была права. Может, встреча с ним была судьбой? Неужели я была настолько глупа, чтобы поверить в существование такой вещи? Особенно с учетом душевной боли, травм и потерь, которые я пережила?

Возможно.

Допрос Алекс продолжался еще пятнадцать минут, пока не закончился ее обеденный перерыв. Она неохотно повесила трубку, а я так и осталась сидеть на диване, уставившись в белый сводчатый потолок.