Страница 116 из 119
Губы Дерека прижались к моим с жаждой и легким отчаянием, и я сразу поняла, что нашла свой дом.
— Скажи это еще раз, — прошептала я между поцелуями.
— Я люблю тебя.
— Еще раз.
— Я люблю тебя.
Я обхватила его лицо, прижав свой лоб к его, пока дождь стекал между нами, скользя по нашим губам.
— Еще раз.
— Эванджелина Круз, я чертовски люблю тебя, и я буду говорить это каждый день до конца своей жизни.
Я подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом, отморгав воду, и улыбнулась.
— Звучит как долгий срок.
— На это я и надеюсь.
Он наклонился вперед и медленно поцеловал меня; мы оба не торопились, исследуя и пробуя на вкус эту новую глубину нашей связи, разжигая угли того, что было утрачено и оставлено тлеть в темноте.
— Ангел, — сказал он, откидывая мокрые волосы, прилипшие к моему лицу. — Я неидеальный человек. Я совершал поступки, которыми не горжусь. И я не могу обещать, что не сорвусь. Или что не будет обязательств, с которыми ты не согласишься. Но я делаю все, что в моих силах, чтобы разорвать свои связи. Просто знай, что на это уйдет время и прольется кровь. Но я не хочу больше лжи между нами.
Я опустила голову ему на плечо, сжимая мокрую ткань его худи, пока обдумывала его слова. Вот и все. Назад пути не было. Я должна была принять Дерека таким, каким он был, с его прошлым и призраками, которые будут преследовать его вечно. Он пообещал найти выход, разорвать свои узы с тем кольцом и всем, что оно собой представляет.
И я верила, что он это сделает.
— Я знаю твое сердце, Дерек, — сказала я, переплетая пальцы с его. — И я хочу заполнить те его части, которые давно остались пустыми. Так же, как я хочу, чтобы ты заполнил мое.
Он улыбнулся, прижавшись к моим губам, и поцеловал меня, и вкус наших слез смешался с дождем.
— Это не единственное, что я хочу заполнить, — прорычал он, покрывая поцелуями изгиб моей шеи. — Я так чертовски скучал по тебе. По тому, как ты ощущаешься и как ты вкусна.
Дерек медленно опустил меня на землю. — Ты нужна мне, Эва.
Он стянул мокрую толстовку с головы и отбросил ее в сторону. Я на мгновение замерла, любуясь его мускулистой грудью и татуировками, покрывающими его кожу. Я запомнила каждый штрих, каждый изгиб, каждый след его прошлого, нарисованный на его теле, словно карта и хронология его жизни.
Наклонившись вперед, я прижала губы к его груди.
— Я твоя, — прошептала я.
Дерек схватил меня за затылок и снова прижался губами к моим. В том, как он пожирал мои губы, не было ничего нежного или сладкого. Это было первобытно, неистово — чертовски сексуально.
Я не была уверена, как оказалась лежащей на лужайке, пока он срывал с меня мокрую одежду.
— Детка, у меня есть соседи.
Он хмыкнул у меня на шее.
— Ну, тогда нам лучше позаботиться о том, чтобы устроить им чертовски хорошее шоу.
Шутливый ответ, который я задумала, замер на губах, когда он взял их в зубы, покусывая и сосая, пока они почти не онемели.
Секс на моей лужайке под дождем никогда не входил в список моих жизненных желаний, но сейчас я ни о чем не мечтала больше, чем о том, чтобы этот мужчина взял меня и обожал так, что утром я бы едва могла ходить.
Мои пальцы скользнули по его мокрым волосам, пока он лизал мои груди, слизывая воду и заставляя каждое нервное окончание в моем теле петь и оживает. Его рот покрыл один из моих сосков, а рука мнула и сжимала другой. Нежные зубы скользнули по чувствительному верхушку, и он посмотрел на меня, прикусывая с чуть большей силой.
От этого ощущения из моих губ вырвался шипящий стон, и я выгнула спину, предлагая ему всю себя.
— Ты чертовски красива.
Дерек спускался по моему телу, целуя и лаская каждый сантиметр. Я раздвинула бедра, и он, не теряя ни секунды, сорвал с меня промокшую ткань трусиков.
— Знаешь, ты должна мне как минимум две горсти нижнего белья.
— Я куплю тебе все, что ты захочешь, ангел, только бы я мог погружаться в эту сладкую киску, когда захочу, — стонал он, облизывая мою мокрую щель.
В этом дополнительном слое влаги, в том, как наши тела скользили друг по другу, как шелк, в смеси дождя и вкуса его кожи было что-то такое чувственное. Несмотря на легкий холодок в воздухе, холод ко мне так и не дошел.
Каждая часть меня была окутана его теплом и полностью поглощена огнем, который он разжигал все сильнее с каждым лизком и движением языка.
— Черт, как я скучал по этому, — прорычал он над моим клитором, прежде чем засасывать его в рот. — Так чертовски хорошо.
Его руки сжали мои бедра, и он притянул меня ближе, поглощая меня, выпивая каждую каплю.
Я запрокинула голову, когда оргазм пронзил меня.
Мой рот приоткрылся, пока он продолжал лакомиться, доводил меня до пика во второй раз.
Мои ноги сомкнулись вокруг его головы, не в силах выдержать еще одного прикосновения удовольствия, иначе я бы распалась на неузнаваемые кусочки.
Дерек раздвинул мои колени и сделал последний лиз от начала до конца плоской стороной языка, прежде чем перелезть на меня.
— Эва, у меня нет презерватива, — сказал он, покусывая мою мочку уха.
Отслеживание моего цикла никогда не было так полезно, как в тот момент.
— Ничего страшного. Я хочу почувствовать каждую твою частичку. Трахни меня, Дерек.
В следующую секунду его штаны были сняты и брошены в лужу, и он со стоном вошел в меня. Мои глаза расширились от внезапного вторжения, растягивающего меня почти до боли.
— Ты в порядке?
Я кивнула, на губах у меня заиграла улыбка насыщения, когда я обхватила его ногами и сжала его член. Он хмыкнул у меня на шее, проникнув еще глубже, заполняя меня так чертовски хорошо, что он вполне мог бы разорвать меня пополам, и я умерла бы счастливой.
— Ты даже не представляешь, как я скучала по этому.
Мои ногти впились в его спину, когда он толкнулся вперед, и мое тело скользило по траве при каждом мощном толчке.
— Я люблю тебя, Дерек. Черт, я люблю тебя.
— Не могу больше быть без тебя, — сказал он, подчеркивая каждое слово толчком своего члена.
Я впилась зубами в его грудь, когда мой оргазм достиг пика. — Никогда больше.
Дерек вытащил член и перевернул меня, оттянув мои бедра назад, прежде чем ворваться в меня.
То, как его массивное тело покрывало мое, как он наполнял меня так глубоко, было достаточно, чтобы я растаяла. Я сломалась под ним, его имя звучало на моих губах как самая сладкая мелодия.
— Моя, — прорычал он мне на ухо, кончая, догоняя мой оргазм.