Страница 5 из 13
Камила последовала за его взглядом. В центре паутины была фотография пожилого мужчины с добрыми, уставшими глазами. Профессор Аркадий Ветров. Газетная вырезка рядом сообщала о его трагическом самоубийстве год назад. Ученый-филантроп, основатель благотворительного фонда.
Тот самый невинный человек, который пострадал от их «заказа».
- Мы не просто подшили воспоминания чиновнику, - голос Камилы дрожал. Она смотрела на нити, расходящиеся от фотографии Ветрова. Одна вела к фотографии высокопоставленного политика. Другая к файлу с пометкой «Клиент X». Третья... третья вела к их с Адрианом совместному фото, и от него к фотографии Орлова. - Мы уничтожили его. Мы вшили политику ложные воспоминания, что Ветров - коррупционер, что его фонд - отмывочная схема. Политик уничтожил его репутацию. И Ветров не выдержал.
Она отвернулась от стены, её тошнило. Они были не просто соучастниками. Они были убийцами.
- Не всё так просто, - Адриан стоял у старого монитора, пытаясь оживить его. - Смотри. - Он указал на другую часть стены. Там были схемы, диаграммы, финансовые потоки. - «Клиент X»... он не просто заказал компромат на конкурента. Смотри на даты. Всё это началось за несколько лет до того заказа. Мы не просто выполняли работу. Мы... расследовали.
Камила подошла ближе, вглядываясь в пожелтевшие листки. Он был прав. Были распечатки электронных писем, расшифровки звонков. Они с Адрианом и Орловым по собственной инициативе вышли на след «Клиента X». Они узнали, что он - глава могущественного синдиката, который использует магию памяти для контроля над ключевыми фигурами в правительстве и бизнесе. Профессор Ветров был следующей мишенью, потому что его благотворительный фонд мешал их схемам.
- Мы пытались его остановить, - прошептала Камила. - Мы решили опередить их. Подшить политику не просто ложные воспоминания, а... иммунитет. Сделать его невосприимчивым к манипуляциям «Клиента X».
- Но что-то пошло не так, - закончил Адриан. Он наконец-то запустил один из мониторов. На экране замигал логотип - стилизованный мозг, обвитый серебряной нитью. Их личный логотип. Он открыл файл с пометкой «Последний сеанс. Протокол».
На экране пошёл видеофайл. Камера была установлена в этой самой комнате. В кадре они трое: она, Адриан и Орлов. Они были измотаны, но глаза горели решимостью.
Голос Орлова (обращаясь к камере): «Протокол «Истина» активирован. Мы внедряем контр-мему в сознание объекта. Если все пройдет успешно, он получит доступ ко всей собранной нами информации о «Клиенте X» и сможет противостоять ему. Если нет...» Он замолкает и его взгляд наполняется тенью.
Её голос (с камеры): «Мы не можем ошибиться.»
Голос Адриана: «Мы не ошибемся. Мы лучшие.»
Экран погас на несколько секунд, а когда снова включился, картина была иной. Тревожные гудки приборов. Орлов, бледный, кричит: «Прекращайте! Прекращайте сейчас же! В его памяти есть... засада!»
Голос Камилы (панический): «Я не могу остановиться! Что-то тянет меня внутрь!»
Камера трясется. Адриан пытается оттащить её от кресла. И тут экран заполняет ослепительная вспышка бело-зелёного света. Раздается оглушительный визг - не электроники, а чего-то живого, чужого.
Когда свет спадает, Орлов лежит на полу без сознания. Адриан, схватившись за голову, смотрит в пустоту с остекленевшим взглядом. А она, Камила, смотрит прямо в камеру. Её глаза пусты и полны ужаса.
Её голос (шепотом, на грани слышимого): «Он... проснулся и он теперь знает о нас. Стирайте всё, пока не поздно.»
Видео заканчивается.
В убежище воцарилась гробовая тишина. Правда была хуже, чем они могли предположить. Они не были просто виновны. Они были... вскрытием. Они случайно выпустили наружу то, что было спрятано в памяти политика. Некоего «спящего» агента «Клиента X» или нечто худшее.
Внезапно свет в убежище погас. Замолчал гул приборов. Тишину нарушил только один звук - тихий, влажный шорох у стальной двери, тот самый звук.
И затем в темноте загорелся экран монитора. На нём было только одно слово, написанное тем самым густым, темным веществом:
«НАЙДЕНЫ»
Тишина после того, как погас свет и на экране застыло тревожное слово, была хуже любого звука. Она была живой, пульсирующей, наполненной обещанием боли.
Влажный шорох за дверью стал громче. Было слышно не просто царапанье, а нечто тяжелое и мокрое, с силой прижимающееся к металлу. Дверь затряслась в раме с глухим стуком.
- Они знают, что мы здесь, - прошептала Камила, отступая вглубь комнаты, натыкаясь на стол с аппаратурой. - Что нам делать?
Адриан не отвечал. Он лихорадочно обыскивал убежище в свете мерцающего экрана, отбрасывающего жуткие тени.
- Мы не просто так построили это место, - его голос был сдавленным, но собранным. - Это был не только архив. Это был щит. Должен быть... отказной люк, план на случай провала.
Он нащупал что-то под одним из столов - скрытую панель. Щелчок и в полу бесшумно открылся люк, ведущий в черноту узкой вертикальной шахты. Пахло сыростью и ржавчиной.
- Канализационный коллектор, - коротко пояснил Адриан. - Никакая магия не отследит там сигнал.
В этот момент стальная дверь с оглушительным ревом сорвалась с петель и рухнула внутрь. В проеме, заливаемым мерцающим светом аварийной подсветки, стояла фигура.
Это был человек... или то, что когда-то им было. Его черты плыли, как свечной воск, кожа была мертвенно-бледной и покрытой той самой маслянистой влагой. Но самое ужасное - его глаза, вернее, их отсутствие. На их месте были две черные, бездонные дыры, из которых сочился тот самый металлически-сладкий запах.
- Портные, - просипело нечто голосом, похожим на шипение радиочастот. - Пришло время... расплаты.
Оно шагнуло вперед. Из его расплывчатых рук вытянулись длинные, жидкие щупальца того же темного вещества, что было на записке.
- Беги! - крикнул Адриан, отталкивая Камилу к люку.
Она не заставила себя долго ждать и спрыгнула в холодную, зловонную темноту. Через мгновение рядом с ней приземлился Адриан. Он тут же нащупал на стене рычаг и люк над ними с грохотом захлопнулся.
Они стояли по колено в ледяной, стоячей воде в круглом тоннеле. Сверху доносились звуки яростного крушения - существо пыталось пробить люк.
- Это... это был один из «Санитаров»? - с трудом выдавила Камила, дрожа от холода и ужаса.