Страница 42 из 57
Мы сидели в салоне автомобиля, что гнал в сторону Вилемса. После короткого совещания было решено, что через туннели в замок не пробраться. Нам бы просто никто не открыл ворота. В поместье не знали, что граф может вернуться, он предупреждал, что будет отсутствовать неделю. Поэтому в замок решено было идти через Вилемс, а заодно отправить Фрэнка с документами утренним поездом в Прату.
«Чтобы ни на шаг от меня, мисс Гроуэл. Ни на шаг! Не думайте, что я начал сильно больше вам доверять!»
Автомобиль ревел, прыгая по ухабам, а я не могла себе найти места. Сиденье было слишком твердым, а мелькание пейзажа за окном только усиливало мою тревогу.
Я думала о Рэдклифе. Он первый показал мне тот грот. Кроме того, все это время, пока я жила в замке, он всячески пытался очернить Нолорано в моих глазах.
Украдкой взглянула на Нолорано. Строгий профиль словно светился в полутьме салона. Он непрерывно смотрел на дорогу, и казалось, что не замечал ничего вокруг. А я в который раз поразилась его спокойствию.
Тихонько вздохнула. Может быть, я накручиваю себя? И доктор искренне заблуждался, считая графа преступником. В конце концов, Рэдклиф был не единственный, кто так думал.
— Марта, перестаньте, наконец, ерзать, — недовольно проворчал граф.
Мне вспомнилось его первое имя. Николас. Николас Нолорано, так он подписывался на документах. О чем думала его мать, когда назвала его так? Надеялась, что ее сын вернет былую славу их затухающему роду или окончательно похоронит?
— Если вы опять утаили от меня нечто важное, то самое время прямо сейчас это рассказать, — иронично добавил он.
Вырвавшийся тяжелый вздох не ускользнул от графа. Тот раздраженно закатил глаза, но прежней ярости ко мне, как тогда в Нордши, я уже не ощущала. Видимо, я была для графа чем-то вроде назойливой, глупой мухи.
— Выкладывайте, что там у вас, — потребовал он.
— Меня волнует доктор Рэдклиф, — выпалила я, решившись.
— Наш борец за права работниц? Надоедлив, но безобиден, как по мне.
— Доктор все время подозревал вас в преступлениях. Ну, вы знаете, слухи, которые ходят вокруг.
— Подозревать — это не преступление. И, как вы верно подметили, не он один такой. — Граф провел рукой по волосам. — Рэдклиф говорил что-то про Черити? Письмо было для него?
— Определенно нет, у меня сложилось впечатление, что Черити писала кому-то из Праты. Кому-то, кто находился далеко от нее.
Граф прикрыл глаза.
— Конечно, есть вероятность, что был еще один сообщник в поместье. Но ничто на это не указывает. В свою лабораторию я пустил Ванессу сам. Мне нравился ее энтузиазм, интерес к фармации. Поймите, Марта. Я доверял сотрудникам, мне и в голову не могло прийти, что кто-то среди людей пожелает уничтожить лекарство, которое призвано было всех нас спасти.
Повисло молчание.
— К тому же, я не замечал у доктора особых отношений с моей бывшей секретаршей, - хмуро продолжил граф, - или интереса к разработкам. Вряд ли он замешан. Не надо забывать, что грязные слухи обо мне ходили по всему Вилемсу.
— В том то и дело, господин Нолорано. Доктор очень интересовался лабораторией, настолько сильно, что просил меня проникнуть туда. Он хотел, чтобы я получила ваш ключ.
Граф пораженно замолчал и нащупал вышеупомянутый ключ под рубашкой. Вновь повернулся ко мне.
— А запретная часть парка? Вы даже не спросили, как я туда попала. Мы должны были там встретиться с доктором, но я опоздала. Когда пришла, калитка была открыта.
— В таком случае теперь мы хотя бы знаем, кто напал на вас, Марта. Мы потеряли много времени, но шансы еще есть. Возможно, в этот самый момент, Рэдклиф ищет флакон Ванессы-Черити в гроте.
— Или нашел его, — хрипло прошептала я.
— Или нашел. Но даже в этом случае не все потеряно. Фрэнк, прибавь газу. Нам нужно как можно скорее добраться до входа в замок. На месте составим план действий.