Страница 12 из 57
— А разве молодых сотрудниц здесь нет?
— Ну, точно не у Трудэ, — хрипло рассмеялась она.
— А как же ты?
В ответ Нора погасила настольную лампу, и, закутавшись в одеяло, отвернулась к стене.
— Когда будешь ложиться спать, приоткрой окно, а то душно.
Я легла и долго смотрела в спину соседки, притворяющейся спящей, а потом спросила наудачу.
— Мне в Вилемсе сказали, что здесь погибают девушки. Вот прошлой весной одна пропала.
Плечи соседки вздрогнули.
— Я слышала, — лениво произнесла она, — Но она была не с фабрики.
— Местные жители говорят другое, — не отступала я.
В темноте сверкнули глаза Норы, когда бросила на меня взгляд из-за плеча.
— Мало ли что говорят. Им лишь бы поболтать лишнее.
— Но почему они думают, что это граф?
— А они так думают? – она вновь развернулась и легла на бок, не сводя с меня темных блестящих глаз.
Одинокая луна светила в окно.
— Да, мне так и сказали, что граф убивает.
— Ну, здесь, конечно, еще та дыра, но эта девушка никогда не работала у нас. Полиция допрашивала Нолорано. Да, и других. Но копы так ничего не нашли, помню, как они здесь ходили. Я тогда работала в Цехе Развития. Потом потаскушка Ванесса задурила голову Вофе и тот выгнал меня к Трудэ и ее курицам, чтобы расчистить место для своей драгоценной Ванессы.
Я аж поперхнулась при мысли, что кто-то мог крутить роман с этим крайне непредсказуемым типом.
— Вофе, — повторила я в ужасе, — Они встречаются до сих пор??
— Нет, конечно нет. Чего и следовало ожидать. Не прошло и года, как Ванесса сбежала из замка, прихватив важные документы. Как граф бушевал! Обвела добряка - Вофе вокруг пальца.
— Поэтому ты и решила уехать из замка?
Нора недовольно зашевелилась.
— Слишком много вопросов для новенькой, – тихо проговорила она, — а я разболталась. Если хочешь здесь работать, то держи язык за зубами. А уезжаю я, потому что нашла себе мужа. Спи, давай.
С утра был завтрак, и первый рабочий день, когда я познакомилась с Ларой. Та не постеснялась сразу свалить на меня всю грязную и тяжелую работу. Мне нужно было стоять с мерной миской для основы перед машиной в духоте и клубах мелкой пыли, в то время как Лара порхала по цеху, принимая товар и болтая с другими работницами.
Каково же было мое разочарование вечером, когда я зашла в свою комнату, мечтая только о том, чтобы растянуться на прохладном одеяле под открытым окном, но обнаружила ее! -Лару, расположившейся на моей кровати.
Взвинченная сверх меры, я распахнула шкаф. Все мои вещи были свалены кучей на самую нижнюю полку. Значит, Лара не нашла времени переодеться, но выкинуть мои вещи успела, хотя я вчера заняла только половину шкафа.
— Окно не открывай, продует меня.
Я открыла окно нараспашку и прижала стулом створку. Повернулась в сторону напарницы, уперев руки в бока. Ледяной ветер ворвался в помещение, и Лара, побагровев, грузно поднялась.
— А что скажет госпожа Трудэ, когда узнает о том, как ты ела пирожки прямо в комнате? – осведомилась я, указывая на перепачканное жиром покрывало.
Лара скисла. Госпожа Трудэ еще вчера строго предупредила, чтобы я не смела есть в комнате.
Я подошла к соседке и заглянула в ее маленькие глазки-буравки.
— Я отойду ненадолго, но скоро вернусь. К тому времени мои вещи должны вернуться на свои места. Иначе госпожа Трудэ узнает, что ты воруешь еду.
Видимо, я попала в точку. Глаза Лары налились кровью, но моя жизнь с того самого момента изменилась в лучшую сторону: получив отпор, Лара перестала наглеть.
Теперь работа распределялась более или менее равномерно, а также соседка поддерживала относительную чистоту в комнате.
После того, как она увидела, что я знакома с доктором Рэдклифом (он зашел в нашу каморку узнать, как я устроилась), так вообще записала в подруги. Долго потом выспрашивала, как я познакомилась с доктором и все такое. Дамы цеха мисс Трудэ просто обожали приятного молодого человека.
Все было вроде хорошо, но ничего не происходило. Комната, завтрак в пансионате, путь до фабрики, крошечная лаборатория, обед в столовой комнате, ужин в пансионе, прогулка в парке, и сон в десять вечера.
И Лара, которая умудрялась все время оказываться рядом, – молчаливая и пыхтящая, как паровоз. Меня не оставляло впечатление, что она следила за мной, а потом докладывала мисс Трудэ о каждом моем шаге.
В один из перерывов я решилась спросить ее о Черити. Лара тогда как раз пребывала в благодушном настроении — я пожертвовала ей бутерброд с толстым куском ветчины.
— Не было здесь блондинок никаких по имени Черити. Только Ванесса. Хотя, может, в Цеху Развития новый кто. Не знаю. Там много всяких бездельниц, которые не работают, а журналы читают. А у нас была только Ванесса, она потом тоже ушла к ним. Видела бы ты ее там. Сама в модных ботиночках, на блузочку цветок повесила, юбку укоротила до лодыжки! Фифа, да и только! Стреляла глазами в графа. Только нужна ли она ему, та Ванесса?
— А тебе зачем? – внезапно осеклась Лара, отодвигая от себя бутерброд, словно тот был взяткой.
— Да, так, показалась, что в окно увидела давнюю знакомую.
— Где? — Лара пошарила взглядом по стенам, словно ожидая, что среди стеллажей нашей коморки вдруг появится окно.
— В галерее, – неопределенно махнула рукой я, — увидела из окна.
— Ты это, — проговорила Лара, вновь ухватывая пухлой рукой сэндвич и полностью заталкивая его в рот. — Если хочешь здесь работать, болтай тут поменьше. Мисс Трудэ не любит любопытных.
И каков был итог моего пребывания здесь? Ничего не сделано за неделю!
Единственное, что мне удалось узнать, – среди сотрудниц цеха Черити не было. По крайней мере, я ни разу не встретила ее.
Нужно было что-то срочно предпринять. Может, попробовать найти картотеку учета работников? Даже в «Расчетливом пони» я заполняла такие карточки, а здесь целая фабрика.
Похожие шкафы я видела у Вофе, но идти к нему мне хотелось меньше всего. И под каким предлогом? Или просто затаиться и ждать, когда он выйдет из кабинета? Рискованно.
Нет, нужно попробовать попасть в другой цех, про который мне рассказывала Нора, - Цех Развития. Вход туда находился как раз напротив нашей двери.
Я просто зайду туда и посмотрю, и если спросят, скажу, что заблудилась.
Вдруг Черити там. Схвачу ее за шкирку и вытащу из этого странного места.
Хотя, возможно, это будет непросто. Ведь самая большая странность здесь была в том, что обитатели этого места не понимали, что оно странное.