Рыжий

Глава 9

Тем временем всеобщее ликование понемногу шло на спад, и зрители начали неспешно покидать арену, направляясь к своим палаточным секторам. Торжественное спортивное мероприятие плавно и совершенно естественно превращалось в масштабную народную пьянку, отличавшуюся лишь поводом для веселья.

Ирландские болельщики радостно заливали глотки сливочным пивом и огневиски, празднуя свою фееричную победу, тогда как болгары с не меньшим энтузиазмом пытались утопить в тех же напитках горечь поражения. В общем, все были заняты важным делом, и вечер обещал быть весьма насыщенным.

Пока мы медленно пробирались вниз по лестницам вместе с потоком людей, мы вновь встретили семейство Малфоев. К моему удивлению, на этот раз они хранили гордое аристократическое молчание, лишь Драко сверлил меня таким специфическим взглядом, что мне стоило огромных усилий не расхохотаться прямо на месте.

Как бы поточнее описать выражение его бледного лица? Представьте себе человека, который отчаянно, просто до судорог хочет сходить по-большому. Вот прямо сейчас, катастрофически, на грани физических возможностей. А при этом он едет в битком набитой трясущейся маршрутке по ухабистой дороге, и до его дома, где стоит заветный фаянсовый трон, ещё как минимум час пути.

Вот именно с таким страдальческим, перекошенным от сдерживаемого напряжения и бессильной злобы выражением лица наследник древнего рода смотрел на меня. Они уже почти прошли мимо, игнорируя наше существование, но я просто не мог упустить такой шикарный шанс и не поддеть их напоследок.

— Мистер Малфой! — громко и радостно окликнул я старшего. — Ну так что насчёт моего недавнего предложения? Как вам идея крепкой, нерушимой дружбы и плодотворного сотрудничества между нашими благородными семьями? Тем более что сердце юного Драко, как мы все прекрасно знаем, уже давно и безвозвратно принадлежит моей очаровательной сестре. Неужели вы готовы пойти на столь жестокий шаг и лишить своего единственного сына истинного семейного счастья?

При этих словах Драко издал какой-то задушенный, булькающий звук и с лицом, перекошенным от ярости, едва не бросился на меня с кулаками, однако Люциус резким и удивительно элегантным движением выбросил вперёд свою трость, преграждая сыну путь.

Малфой-старший медленно повернулся ко мне.

— Это весьма… великодушное предложение, мистер Уизли, — процедил он сквозь зубы. Его лицо при этом дёрнулось так, будто он случайно разжевал мерзкую личинку какого-нибудь жука, щедро приправленную соком флоббер-червя. — Но, боюсь, я вынужден от него отказаться. Моя семья пока не готова к столь… стремительным переменам. И хотя ваша сестра, несомненно, является весьма… — он вновь сделал паузу, словно подавляя приступ тошноты, — весьма достойной девушкой, мы уже подыскали для Драко более подходящую кандидатуру. Так что… прощайте, мистер Уизли.

Он резко развернулся, железной хваткой вцепился в плечо закипающего от злости сына и потащил его прочь.

— Если вдруг передумаете, я всегда готов выступить почетным свидетелем на вашей свадьбе! — крикнул я им в спину.

Люциус на мгновение сбился с шага, словно наткнулся на невидимую стену, однако, собрав в кулак всю свою аристократическую выдержку, молча продолжил путь. А вот спина бедного Драко заметно дрогнула, выдавая крайнюю степень нервного истощения, и даже издалека было видно, как яростно и бессильно сжимаются его кулаки.

Несколько секунд после ухода Малфоев в нашей компании стояла почти звенящая тишина. Фред и Джордж задумчиво, с явным профессиональным восхищением проводили взглядами удаляющуюся фигуру Драко, после чего оба медленно, словно заворожённые, повернулись ко мне.

— Рон.

— Что?

— Это было прекрасно.

— Я бы сказал, великолепно.

Я невольно усмехнулся, принимая похвалу.

— Я бы даже сказал, это было чистое искусство.

— Высокое, недосягаемое искусство.

— Я просто пошутил, желая макнуть его напыщенным лицом в свежий навоз, а то больно уж у него физиономия была довольная, — ответил я.

— Нет, Рон.

— Ты не просто пошутил.

— Ты заставил Драко Малфоя всерьёз рассматривать возможность экстренного побега из собственной семьи.

— Причём прямо на глазах у отца.

— Это требует огромного таланта.

— И тщательной подготовки.

— И определённой, пугающей жестокости.

— Приятно наконец услышать заслуженное признание, — я шутливо поклонился, — хоть оно и исходит от самых странных, непредсказуемых и неординарных личностей всей нашей немаленькой семьи.

— Рон, Драко был в ярости.

— А Люциусу… бедному Люциусу пришлось вслух хвалить Джинни.

— Добровольно.

— Собственным аристократическим ртом.

— И что самое поразительное — прозвучало это на удивление убедительно.

Близнецы снова переглянулись, и в их глазах заплясали опасные бесенята.

— Даже немного жаль человека.

— Кого именно?

— Люциуса, разумеется.

— Ему пришлось делать сложнейший выбор между фамильной гордостью и безопасностью сына.

— И он с треском проиграл.

— Причём сразу по обоим пунктам.

— А ведь всё могло закончиться гораздо, гораздо хуже.

— Например?

— Ты мог начать в красках рассказывать, как Драко выбирал имена для их с Джинни будущих детей.

— Я не настолько жесток, — хмыкнул я.

— Пока что.

Я лишь покачал головой, изо всех сил стараясь не рассмеяться.

— Вы ненормальные.

— Возможно.

— Но мы, в отличие от некоторых, хотя бы не пытались насильно женить белобрысого слизеринца на собственной младшей сестре.

— Пока что, — с крайне задумчивым видом добавил Джордж.

Я подозрительно прищурился.

— Даже не думайте об этом.

— А мы уже начали.

— И, честно говоря, после такой бурной реакции Драко мне стало очень любопытно… Джордж?

— Да, Фред?

— Думаю, мы только что совершенно случайно нашли нашу новую любимую шутку.

— Полностью и безоговорочно поддерживаю.

— Более того.

— Более того?

— Думаю, её стоит сделать нашей новой ежегодной традицией.

— Доброй семейной традицией Уизли.

— Малфои будут в неописуемом восторге.

Я обречённо вздохнул, осознавая, какого джинна только что выпустил из бутылки, но веселую улыбку всё же скрыть не смог.