Страница 46 из 75
Глава 14
Теперь, когда я «предвижу будущее», смерть Александра II не так уж и неизбежна. Бомбистов-террористов можем задержать превентивно. А если неумолимый ход истории сделает выверт, чтоб замочить меня в нужное время каким-то другим способом… Тоже что-нибудь придумаю, чтоб поостеречься.
Как вариант, могу скрыться на это время в Царском селе, плотно окружив его войсками, и пару-тройку месяцев носа за ограду не высовывать. Или уехать за границу. Или сидеть безвылазно в Зимнем, а не носиться каждое воскресенье на развод караулов в Михайловском манеже. Вариантов избежать роковой встречи имеется множество.
Я для себя уже все решил: народовольцы хотят меня убить — значит, нужно ударить на опережение. Чтобы жить дальше, не оглядываясь. И выправлять в России то, что мне окажется по силам.
Именно для этого и прервал Лорис-Меликова, жестко сбив намеченный им ритм беседы.
Он уронил на колени папку с докладом, вцепился двумя руками в голубую ленту ордена Андрея Первозванного, словно я собирался прямо сейчас лишить его высшей государственной награды. Непроизвольно облизав высохшие губы, граф спросил с искренней тревогой:
— Откуда такие сведения, Ваше Величество? Можно ли им доверять? Какая-то анонимка? Доброжелатель из-за границы?
Я усмехнулся, откинулся на спинку кресла и, хитро прищурившись, добил министра окончательно:
— Могу и место назвать, где все должно случиться.
Михаил Тариэлович перестал терзать ленту и снова взял в руки папку. Закрыл ее, сообразив, что доклад откладывается. Приготовился слушать.
У меня был план, сметанный на живую нитку. Составил его еще в тяжелом октябре 1894-го, когда медленно умирал. Не факт, что все продумал, но решил пока ему следовать — пункт за пунктом. Вместо того, чтобы назвать Екатерининский канал, я отделался общим замечанием, выдержав паузу, чтобы собеседник проникся:
— Покушение намечено совершить здесь, в Петербурге.
Даже этого оказалось достаточно. Глаза Лорис-Меликов забегали. Ему казалось, что под ногами разверзлась яма и сейчас может последовать предложение уйти в отставку. Какой из него глава МВД, если царь уверен, что его не могут защитить? Тем более прямо в столице.
В отчаянии граф вцепился в свои щекобарды, сведя их в подобие бороды. Одной рукой, не двумя. Вторая продолжала сжимать папку.
— Давай ее сюда, — милостиво предложил я, желая, чтоб министр все-таки настроился на рабочую волну. — Мне нужна специальная группа сыщиков и следователей, которых я намерен наделить особыми полномочиями. Никому не подконтрольная группа. Даже тебе. Абсолютная секретность. Кого порекомендуешь?
Министр отдал мне папку и завис.
Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями. Он был настроен на блестящую аудиенцию, на принятие царем новой программы реформ, а тут такое — есть от чего закружиться голове. Пришлось его подтолкнуть, немного покопавшись в воспоминаниях настоящего Александра.
— Помню, был в петербургской прокуратуре толковый малый. Тот, кто без бумажки целый час мне докладывал суть дела о взрыве в Зимнем дворце…
— А, вы о Плеве… — Лорис оживился. — Вячеслав Константинович по-прежнему работает в Петербургской судебной палате.
— Чин?
— Статский советник. Бесспорно очень одаренный молодой человек. Лошадиная работоспособность.
— Сколько ему лет?
— Тридцать пять или около того, если мне не изменяет память.
— Значит, Плеве, — задумчиво протянул я. — Но он не сыщик, ему нужен профессионал агентурной работы. Есть кто на примете?
Ответ я знал, но мне хотелось, чтобы Лорис-Меликов сам предложил нужного человека.
— У генерал-майора Федорова, градоначальника Петербурга, сложилась крепкая команда сыскарей. Есть успехи. Раскрыты важные конспиративные квартиры, и вы, государь, по этому поводу начертали «Браво!» на моей всеподданейшей записке. Ранее был пойман Михайлов, ключевая фигура подполья, главарь этой банды. К сожалению, от показаний он отказался. Зато список Гольденберга, убийцы князя Кропоткина, позволил нам установить весь расклад. Я уже имел счастие вам докладывать. Сто сорок три имени и характеристики на каждого!
— Разве все из этого списка арестованы? Желябов, Перовская, Кибальчич?
— Ищем… — только и смог ответить Лорис.
Я поднял указательный палец и покачал им из стороны в сторону.
Михаил Тариэлович застыл, не отрываясь следя за моим предостерегающим жестом. На высоком лбу, на самой границе зачесанной набок челки, заблестели крошечные капельки пота. Кабинет натопили от души, но жарко министру стало по другой причине.
Мой палец изменил траекторию, поплыл в сторону и указал на стеклянный колпак, под которым хранился двуствольный пистолет. Он стоял на полке между казачьими киверами Николая I и покойного цесаревича Николая Александровича.
— Что это?
— Пистолет Каракозова, — севшим голосом ответил Лорис.
— Нет! Это напоминание о том, что моя жизнь зависит от простых людей, а не от столичных жандармов и полиции. Не они меня спасли, а Осип Комиссаров, ученик шляпного мастера, он отвел руку убийцы.
Я немного лукавил, если честно, и граф это знал. В апреле 1866-го у ограды Летнего сада в меня попытался выстрелить Каракозов, но промахнулся. Официальная версия — ему помешал Комиссаров. Как оно было на самом деле, сказать трудно — толчея, суета, никто толком ничего не понял. Но выдать крестьянина Осипа за спасителя царя — это был безошибочный пропагандистский ход. Правда, «спасителя» потом превратили в беспробудного пьяницу, но это уже другая история. А пистолет Каракозова с одним заряженным стволом, из которого так и не последовал выстрел, теперь «украшал» мой стол.
Лорис-Меликов хлопал глазами в полном замешательстве, не зная, что сказать. Перед ним сидел совершенно другой человек, не «европеец». Лишенный прежней обходительности, когда спокоен, и не крикливый, когда раздражен. Это министра сбивало. Пришлось прийти ему на помощь.
— Судейкин. Знаешь такого?
Михаил Тариэлович выдохнул. Он наконец догадался, куда я клоню.
— Отличный сыщик. Можно сказать, от бога. Характеризуется с самой положительной стороны. На его счету полный разгром киевской группы террористов. За него хлопочет военный прокурор генерал Стрельников, предлагает перевести майора в Петербург.
— Где он сейчас?
— Так в столице! Знакомится с агентурным отделом. И с будущим начальством. Вопрос с ним еще не решен. Директор Департамента полиции пока отложил перевод.