Страница 65 из 106
Глава 16
Великое сражение, которого не было
Пришёл, увидел, победил.
Юлий Цезарь.
— Ну, хорошо, — хозяин постепенно приходил в себя, и первое, что к нему вернулось,
это аристократические манеры, — Скажу честно, удивили! Но, думаю, что и я вас могу
удивить…
— Вы хотите нам рассказать, что призрак, это и есть настоящий Фредерик Рей? — влезла
я, и тут же смутилась, — Ой, простите! Удивляйте нас, удивляйте!
— Слушай, Сьюзи, и почему ты такая умная? — брови хозяина прыгнули под лоб.
— Ну… откуда-то у вас есть документы мага-эксперта третьей степени? На имя Фредерика
Рея? Подлинные, в магистрате магические печати проверяли. И тут появляется призрак,
который моментально даёт подсказку по заболевшему фамильяру, да ещё знает, в какой
книге, на какой странице, эту подсказку прочесть можно, словно он всю жизнь эти
книги на сон грядущий пролистывал. И этот призрак — ваш бывший хороший знакомый. Тут
уж, сколько ни складывай один плюс один, всё равно восемь не получишь. Только два.
— Госпожа Ноэль с питомцем! — торжественно объявил домовой.
Когда он только успел? Вот, только что сидел рядом, а уже и посетителя встретил и
сопроводил…
Господин лже-Рей бросил взгляд на часы в приёмной, поморщился, вздохнул…
— Проси, — нехотя пробормотал он.
Знаете, я его и без того уважала, а сейчас стала уважать ещё больше! Казалось бы, у
нас важные разговоры, про тайны, про доверие, и всё такое… но вот, случилась с
кем-то посторонним беда, и хозяин откладывает всё, чтобы оказать помощь. А ведь он
не профессиональный ветеринар, это мы все уже давно поняли.
Госпожа Ноэль оказалась застенчивым подростком, от силы лет пятнадцати, с весёлыми
рыжими кудряшками и конопушками на носу. С первого взгляда чувствовался задорный
характер, однако теперь девица пребывала в глубоком унынии.
— Что случилось? — ободряюще улыбнулась я ей.
— Вот… — протянула она рыжий комочек, — Моя Чика… то есть, моя Франческа умирает…
— Не будем торопиться! — бодро возразила я, хотя сердце у меня сжалось от нехорошего
предчувствия.
Крохотный рыжий комочек оказался бельчонком-девочкой. И она, в самом деле, умирала…
Иначе не скажешь. Носик сухой, глазки подёрнулись белёсой плёночкой, лапки не просто
холодные — ледяные, мех всклокоченный и выглядит не мехом, а рыжей паклей… Я
потрогала пальцами лапки бельчонка, и не почувствовала сопротивления. Словно не
живые лапки, а восковые слепки. Бельчонок лежал пластом, и не двигался, только
тяжело дышал, с еле слышным присвистом. О-хо-хо… плохи твои дела, малышка!
Я уткнулась в окуляры нашего знаменитого ТЦС-три. И принялась подкручивать рукоятку.
Ноэль стояла рядом, прижав, стиснутые в замок, ладошки к груди, и сопела от
напряжения. По хорошему, её бы попросить отойти, чтоб не отвлекала… но разве можно
разрывать магическую связь между хозяином и фамильяром в такую напряжённую минуту? И
без того бельчонок на грани, ещё чуть-чуть, и растворится в астрале…
Стоп! Кажется, я что-то вижу… И это что-то… Святые рогалики!
— Проклятье… — подняла я побледневшее лицо от прибора, — У Франчески не болезнь, а
проклятье… двойное!
— Ты уверена? — приподнялся из кресла хозяин.
Я только молча кивнула.
Хозяин помедлил и бросил взгляд в зеркало. В зеркале призрак внимательно вглядывался
в окуляры ТЦС-три, потом распрямился и кивнул головой, подтверждая мой диагноз.
— Ну что ж… — хозяин продолжал смотреть в зеркало.
Призрак в зеркале помедлил и кивнул головой.
— Ну, что ж, — повторил хозяин, — Будем лечить!
Сперва я не поняла, зачем он вытаскивает из кармана серебряные монеты и складывает их
в сторонке. А потом, как поняла! И тоже уставилась в зеркало.
Хорошо, что поверхность зеркала обращена лицевой стороной к нам. Той же Ноэль, чтобы
увидеть зеркальное отражение, нужно было бы повернуться вокруг себя. Ну и хорошо,
что она ничего не видела! Потому что, как только хозяин избавился от серебра,
призрак тут же нырнул прямо в тело хозяина. Наверное, это было непросто, сделать
такое слияние. Даже в зеркале, например, отражение пошло этакой рябью. Но хозяин
хотел, чтобы призрак в него вошёл, а призрак хотел войти. Через минуту они слились
воедино…
— Фиксация! — тут же воскликнул хозяин, чуть изменившимся голосом, — Дитя моё,
немедленно сюда подушечку «ложе сна»!
Хозяин никогда не называл меня «дитя моё». Какое я ему «дитя»? У нас возраст почти
одинаковый! А вот призраку я вполне в дочери годилась бы… О чём я⁈ Я метнулась к
шкафчику и выхватила особое приспособление для фиксации мелких животных,
действительно, напоминающее подушечку, пропитанную успокоительным зельем. Только с
зажимами и с подогревом, чтобы поддерживать у зверька температуру тела.
Аристократические пальцы хозяина несколько раз сжались-разжались и сделали ещё
несколько круговых движений — призрак примеривался и привыкал к новому телу — а
потом привычно-бережно подхватили малюсенькое рыжее тельце и ловко устроили в
фиксаторе.
Хозяин, а по сути — призрак, приник к окулярам трансцедентоскопа.
— Эфирный ретрактор! — последовал короткий приказ.
Я молча подала приспособление. Ретрактор — это расширитель. Эфирный ретрактор —
расширитель магических каналов. Я знаю! Интересно, знал ли это хозяин до
сегодняшнего дня?..
— Зажим! — немедленно последовала следующая команда, — Ещё зажим! Пинцет!
Хозяин не поднимал головы от прибора. Он просто протягивал руку, и я вкладывала в
ладонь то, что он требовал. А хозяин уже умело распоряжался тем, что я туда вложила.
— Аурофлему!
Флема — это острейший нож-ланцет. Аурофлема — это ланцет для работы с аурой. Резать
ауру?.. Опасное дело, между нами говоря. Пару миллиметров ошибки, и может привести к
печальному результату…
— Зажим!
Ага, то есть, хозяин не вырезал кусок ауры, а только подрезал её край, чтобы
проникнуть глубже, и сейчас этот край фиксирует зажимом…
Ещё минут сорок призрак, руками хозяина, осторожно и бережно пробивался через
астральный слой к поражённому участку, где-то подрезая и фиксируя, где-то отгибая
эфирный слой специальными, серебряными крючками… Наверное, призраку было ужасно