Страница 63 из 325
Наконец, в свете свечи я увидел лицо дворянки. Некогда красивое, но сильно изменившееся. Кожа на лбу и щеках в багровых язвах с серой коркой. Хорошо ещё, что переносица не провалилась внутрь. Я ещё могу помочь.
Возможно, могу.
Сомнений не осталось. Сифилис. Та самая французская болезнь, как её тут зовут. В моём веке я знал о ней всё.
Знал, что болезнь эта заразная и передаётся в основном через постель, от человека к человеку. Начинается она тихо и обманчиво. Сперва, на первой своей поре, там, где зараза вошла в тело, вскакивает одна твёрдая язвочка. Не болит, не беспокоит и через малое время заживает сама. Человек и рад. Обычно думает, что всё обошлось. А зараза тем временем уже расходится по всей крови.
Знал я и то, что потом, на второй поре, спустя недели, а то и месяцы, выступает по телу сыпь. По ладоням, по подошвам, во рту, по лицу. Кожа идёт язвами, волосы лезут клочьями. То затихнет, то снова вернётся, и редко кто понимает, что это всё та же хворь.
Вот на этой второй поре, тяжёлой и запущенной, и застряла моя больная. Скверно, очень скверно, да только это меня и обнадёжило. Зараза изуродовала ей кожу, но до кости ещё не добралась. А кожа, в отличие от кости, заживает. Дай ей время и верное лечение, и эти язвы сойдут, оставив по себе разве что пятна да рубцы. Дотяни она до третьей поры, начни болезнь крушить хрящ и кость, и тогда нос провалился бы, и помочь лицу не смог бы уже никто на свете.
Но я успел. Едва-едва, но успел.
Лечить сифилис в эту эпоху умели только одним способом: ртутью. Втирали мази, давали пилюли, окуривали парами. Ртуть и впрямь давила заразу, да только сама была сильным ядом и калечила больного порой страшнее самой болезни. Настоящего лекарства от этой хвори не придумают ещё больше века, и у меня его не было.
Вылечить её начисто я не мог. Но кое-что мне было по силам. Остановить отраву, дать язвам зажить, очистить лицо и загнать болезнь вглубь, в спячку. Вернуть ей не прежнюю красоту, так хотя бы лицо, с которым можно жить и показываться людям. Уже немало.
И вот тут, вглядываясь в её лицо, заметил я то, что привлекло моё внимание даже больше, чем сама болезнь.
Так вот в чём дело…
Похоже, ситуация куда сложнее, чем я думал. Она не просто болеет.
Её ещё и убивают!
И велика вероятность, что сделать это хотят намеренно.