Страница 116 из 126
По лицу мужчины пробежала судорога желания, и, клянусь, в этот момент я поверила бы не только в то, что у него никого не было все эти три месяца, но даже в то, что планеты выстроились на одну орбиту и водят хоровод.
— Я.. хорошо, – пробормотала, окончательно теряя разум.
Как только Арх-хан оказался во мне, что-то изменилось. Будто это он не соединил наши тела, а склеил мою душу. Сопротивляться и возражать вмиг расхотелось. Вместо этого я, наоборот, обняла его руками и скрестила икры на пояснице, притянула ближе, зарылась руками в длинные пшеничные жгуты волос со стеклянными бусинами. Даже здесь, в глубоком космосе, он пах как истинный ларк – густым лесом и свежей хвоей, сладким клевером, пряным влажным дёрном и знойными песками. Мышцы бугрились на руках, шее и спине, и было колоссальным удовольствием трогать его везде, щупать кожу, дышать, ощущать в себе. Он снова был со мной, и всё остальное вдруг потеряло всякое значение.
Ларк плавно наращивал толчки, а я отвечала даже интенсивнее, потому что уже давно горела и хотела, чтобы он ускорился. Мне было слишком его мало, слишком давно у меня не было его! Три долгих месяца! Я даже его не видела! Он размеренно двигался, заставляя испытывать удовольствие и часто дышать, но всё равно хотелось ещё больше, ещё мощнее, ещё глубже! Всё-таки Арх-хан осторожничал, попеременно снижая темп, капли пота катились по его вискам, а тонкая белая прядь выбилась из косы и теперь обвивала крупную шею.
Сильное желание схлестнулось с обидой на несправедливость Вселенной, я не выдержала и вонзила зубы в плечо Арх-хана. Резко, со всей силы сомкнула челюсти с посылом: «Ну возьми же уже меня по-настоящему! Я знаю, как ты умеешь! Тех, других, наверняка трахаешь лучше!».
Сама не поняла, что сделала и как осмелилась повести себя настолько варварски дико, но Арх-хан внезапно застонал мне прямо на ухо, а затем отстранился и полностью вышел.
— Погоди, малышка, я так больше не могу.
Я расстроенно застонала, чувствуя сосущую пустоту внутри, но она практически сразу же сменилась мужскими пальцами и губами.
Он целовал, прикусывал и облизывал мою кожу, двигал подушечками пальцев то невыносимо медленно, то часто и быстро, ласкал и мучил одновременно. За эти три бесконечных месяца я почти забыла, каково это, гореть в его руках.. Бескрайний космос, как давно это было!
Огромная волна наслаждения копилась и копилась, как копится вода за дамбой, а затем меня буквально прорвало от эмоций и блаженства. Чистый экстаз сотряс тело, и лишь только после этого Арх-хан удовлетворённо кивнул и вновь накрыл меня собой, во второй раз доводя до бесстыдно упоительного пика удовольствия.
Удивительное дело, но именно чувствуя глубокие и сильные толчки Арх-хана, я смогла наконец-то свободно вздохнуть. В эту самую минуту я была самой собой. Я была благодарна Арх-хану за то, что он меня изменил. Что всю жизнь я жила под гнётом «нельзя», «так надо», «пристойно», «стерпится-слюбится», «правильно», и вот сейчас, с ним, чувствовала себя свободной от всего вороха прошлого. От того, что однажды он научил меня жить ради себя, быть более эгоистичной, поступать так, как хочется, а не как надо кому-то. Что «цивилизованно» не значит «хорошо».
Жизнь слишком коротка, чтобы жить по правилам, которые тебе не подходят.
Жизнь слишком коротка, чтобы жить по сценарию, который не находит отклика в душе.
Жизнь слишком коротка, чтобы быть любимой лишь наполовину.
Последняя мысль вспыхнула в голове настолько ослепительно ярко, что я разрыдалась. Самозабвенно, громко, не менее интенсивно, чем кончала под Арх-ханом. Я рыдала и рыдала, слезы лились по щекам, а всё никак не могла остановиться. Мне было бесконечно жаль себя и то, что этот восхитительный мужчина никогда не станет моим, а я не ларчанка, я не смогу терпеть того, что он уходит по зову принцесс других кланов. Мне было жаль своё бедное сердце, которое умудрилось выбрать настолько неподходящего мужчину. Почему он? Почему не тот же Фабрис Робер? За что?!
— Лейла. – Арх-хан тут же перекатился на бок, чтобы не задеть меня, и положил правую руку на мой живот. – Я сделал тебе больно? Что случилось?
— Ничего не случилось. – Я снова всхлипнула, жалея себя. – Просто ты уйдешь от меня.. будешь с другими женщинами, а я так не могу.
— Лейла, да я уже всеми словами, какие только знал, признался, что ты для меня всё и мне больше никто не нужен! Шварх, Лейла! Я сейчас занимался с тобой любовью, и мне было даже плевать, кто отец этого ребёнка! Даже если Духи Предков меня не услышат и не благословят наш союз, я буду лишь с тобой!
— И не пойдёшь больше ни на какие хайды?
Я изумлённо уставилась в оливковые глаза, не веря тому, что слышу.
Мужчина отрицательно покачал головой.
— Не ходил с той ночи, как ты впервые разрешила быть с тобой, и не пойду при любом раскладе.
Слова Арх-хана никак не хотели укладываться в голове. Если бы сейчас произошёл взрыв или корабль врезался в астероид, я и то чувствовала бы себя менее оглушённой.
— Но.. а если Вечный Лес не благословит.. это же вроде как единственный способ отказаться от участия в хайдах.. а я не ларчанка..
— Я надеюсь, что Духи Предков на этот раз меня услышат. Но даже если Вечный Лес не подарит нам брачные браслеты, я уйду с роли вождя клана, вот и всё. Шонхорн займёт моё место.. будет сложно, конечно, но мы справимся. Скорее всего, придётся покинуть Шарршеорон и построить дом где-то подальше даже от деревень, а на цветение запираться..
Пока я ошеломлённо переваривала то, что Арх-хан уже всё решил, спланировал и даже готов отказаться от должности, он снова нежно погладил мой живот.
— И малыша твоего я признаю своим. Это частичка тебя, а для меня это самое важное. Если Фабрис захочет его видеть, то сможет прилетать в любое время. Я разрешу, несмотря на то, что цваргам запрещено высаживаться на Ларке. Но тебя касаться запрещу.
Я смотрела во все глаза на ларка, понимая, что он так и не осознал, пожалуй, самой очевидной вещи. Мне неожиданно стало смешно.
— Почему ты смеёшься над моими словами? – Он тут же нахмурился.
— Да пытаюсь представить, как будет выглядеть наша жизнь. Ты же понимаешь, что на Ларке нет прививок и прочих медицинских услуг, а если Фабрис будет настаивать на том, чтобы я привозила его сына на Цварг, то и я полечу.
— Значит, я полечу с тобой.
— На Цварг? Думаешь, тебе кто-то даст визу?
— Я что-нибудь придумаю.
Желваки пробежали по скулам мужчины, а я вновь глупо хихикнула.