Сид: Господство

Глава 13

Игроки оказались крепкими орешками. Предполагаю, что где-то у них затесались возможности по сокращению количества боли, которое они могут испытывать. Хотя в пользовательском соглашении не было ничего подобного… В общем и целом, моих навыков не хватило, чтобы их разговорить. Я… пожалуй, слишком усердствовал. Большая часть людей в моих руках лишилась возможности говорить быстрее, чем была готова заговорить. Было бы действительно неплохо разузнать насчет этой невероятной ментальной стойкости попавших в мои руки людей, ибо ни один из них так и не удосужился раскрыть свой рот и заговорить.

Вся моя тяжелая работа пошла на три веселый буквы. Методы я применял разные, от пыток водой, до вырывания зубов, медленного снятия кожи и тому подобных процедур. Мои физиологические способности позволяли поддерживать жизнь в пленниках достаточно долго, чтобы они были живы на момент окончания всех доступных процедур. Для чего-то более сложного и изощренного мне не хватало как знаний, так и инструментов. Последний человек скончался на моем столе где-то минут пятнадцать назад, оставив после себя только надгробие и следы крови. Я, оставшийся крайне недовольный результатом, молча вытирал тряпкой руки возле стола. Стойкие оловянные солдатики. И зачем так упорно молчать было? Я же простые вопросы задать хотел, без выяснения каких-либо смертельных секретов…

Вот бывает ведь так, не идет на контакт человек – и все тут. Ты к нему и так, и эдак, а он просто наплевал на твои усилия. Я грустно вздохнул. Нужно будет больше литературы на тему прикладных пыток прочитать. Да и в следующий раз нужно по максимуму использовать мои знания анатомии человека для достижения лучших результатов. В конце концов, неудача – это тоже результат. Будет над чем подумать на досуге. Кивнув своим мыслям, я коснулся надгробия последнего отправившегося на перерождение игрока. Символ смерти игрока рассыпался в пыль, оставив после себя пару предметов. Какой-то плащ, кольцо и железная бляшка. Негусто. Я со вздохом подобрал предметы и, осмотрев их, уже собирался закинуть в сумку, как вдруг взгляд резанул знакомый орнамент.

Привлекла мое внимание именно бляшка. Закинув остальное в инвентарь, я внимательно пригляделся к этой находке. Какой-то знакомый орнамент, да и символы тоже… Немного напрягшись, я вытащил из своей памяти воспоминание, соответствующее этому неуловимо знакомому изображению. Ну да, точно… Запустил руку в сумку и, пошарив там пару секунд, вытянул на свет монетку, которую обнаружил у себя при пробуждении после грифонов. Ее мне оставил тот, кто прикончил оставшуюся стаю летающих хищников. Я сравнил бляшку и монету. Ну да. Символы идентичные, орнамент – тоже. Различия только в материале. Моя золотая, эта железная. Что это такое? Какой-то символ? Знак принадлежности к чему-то? И почему незнакомый спаситель дал его мне? Может, это знак должника? Я задумчиво поморщился. Ничего не понятно.

– Локк, – Произнес я, повернувшись к вампиру, скучающему в углу комнаты, – Как думаешь, в городе можно найти надежного информатора?

– Разумеется. – Без тени сомнения ответил Локк, – Более того, у нас даже несколько вариантов. Можно под прикрытием Валтериана запросить информацию у гильдии охотников на монстров. А можно поискать местных сборщиков слухов.

– Сборщики слухов? – Переспросил я.

– Ну, это я их так называю. – Пожал плечами вампир, – Они скорее представители организованной полупреступности.

– Это как вообще? – Все еще не понимал я.

– Есть целая когорта людей, которая вроде и законов не нарушает, но существует будто не благодаря государственному устройству, а вопреки ему. – Постарался пояснить вампир, но, заметив мое только усилившееся непонимание, решил уточнить: – Попрошайки, бездомные, игорные дома или бордели. В обществе подобных… кругов… всегда есть пара-тройка лиц, обладающих обширным пластом информации.

– Мы сможем их найти?

– Сможем. – Без сомнения отозвался вампир, – Я могу жалом поводить, если тебе нужно. Но это займет время.

– Сколько?

– Если пойду сейчас, может, до ночи обернусь. – Задумчиво прикинул Локк.

– Иди. – Кивнул я, – Мои «хотелки» отложим на потом, если оно вообще настанет.

– Думаешь, все настолько серьезно? – Приподнял брови вампир, поднимаясь со своего места, – Это же просто какие-то хулиганы местные были.

– С одной-то стороны да, это и вправду шпана… – Я погладил подбородок пальцами, – А с другой… Моя интуиция прямо-таки вопит, что это все может обернуться существенными проблемами.

– Хм… – Задумчиво хмыкнул вампир, но никак иначе выражать свои сомнения не стал: – Хорошо, я тогда займусь поиском информатора. Что ты хочешь узнать?

– Кому принадлежит этот знак. – Я перекинул Локку полученную с трупа игрока бляшку, – Хочу понимать, с кем мы столкнулись. И денег возьми! За красивые глаза тебе хрен кто что расскажет…

Я передал Локку приличную сумму денег и, распрощавшись с ним, направился дальше в город. Конечно, без опытного проводника у меня был нешуточный шанс заплутать в городском лабиринте, но на такой случай мною был подготовлен план. Я просто подкупил местного беспризорника за пригоршню монет, чтобы он меня провел по городу до нужных мне мест. Мы прямой наводкой направились в торговый квартал, где я и собирался немного потратиться. Книжный магазин обнаружился без проблем – он был единственный на весь квартал. А вот внутри магазина было не очень много того, что мне на самом деле было интересно. Нашелся только один-единственный томик с небольшим количеством магических схем. Не редкое издание, но все же лучше, чем ничего.

Ресторанчики и продуктовые лотки оказались более интересными. Поскольку Нерушимый все же являлся торговым городом, разнообразие продуктов тут было довольно широким. Я покупал практически каждый ингредиент, который еще никогда не пробовал. Некоторые были вкусными, некоторые – не очень, но подавляющая масса оказалась весьма средней. Впрочем, это меня нисколько не расстроило, даже наоборот. Понимание того, насколько исключительными должны быть ингредиенты, чтобы мне понравиться, меня немного воодушевило. Впрочем, пробовать я решил не только съедобные продукты. Скажем так, решил пробовать вещества одноразовой съедобности. Это те, которые обычные люди хоть и могут попробовать, но лишь единожды в жизни. Просто потому, что вещи эти ядовиты. Поедать на глазах у людей я подобные штуки не стал, а просто покупал и складировал в сумке. Испробую позже, в укромном месте.

Более того, мне повезло найти лавку (или даже мастерскую) алхимика. «Повезло» - это правильный термин, поверьте. Дело в том, что алхимия в этом мире, несмотря на всю его магическую природу, не считается настоящей наукой, да и вообще хоть сколько-то уважаемым ремеслом. Дело в том, что ингредиенты, используемые для алхимии, зачастую содержат в себе разное количество энергии от кусочка к кусочку. Оттого содержание маны в готовящейся субстанции может оказаться как недостаточном, так и избыточным. А что делает магически перенасыщенные предметы? Взрываются. Ну, не всегда… Но в подавляющем большинстве случаев. Рассчитывать точные пропорции магических энергий с учетом физико-химических свойств ингредиентов… Ну, сложная задача. Сложнее, чем я даже могу себе представить. Стать хоть сколько-то сведущим в этом ремесле не каждому дано. А уж добиться мастерства… Тут без природного таланта не обойтись…

В общем, да, мне повезло с этой лавкой. Алхимиком оказался эльф, первый увиденный в моей жизни. Высокий, стройный, с небольшой испанской бородкой… Красивый, зараза. Хоть и излишне смазливый, как по мне. Будто какая-то молодежная поп-звезда. Общение у нас сложилось продуктивное. Хоть приветливостью алхимик не отличался, но гнать меня взашей не стал. Выяснил, что мне нужно, немного подумал, и все же согласился изготовить мне различные ядовитые и кислотные растворы за щедрое вознаграждение. Единственное, что он с меня потребовал – это клятвенное заверение, что ни один из его продуктов не будет использоваться для нанесения вреда разумным. Я с легкой душой поклялся, как он и требовал. Я и вправду именно его продуктами никого травить не буду. Выясню состав, адаптирую под свои способности, соединю с уже имеющимися в моем арсенале смертельными штуками – и буду радоваться жизни. И даже клятву не нарушу.