Страница 39 из 48
Терпеть не мог эту женскую особенность, когда бросали интригой, а затем замолкали. Мужчине нужно было поставить четкую достижимую цель, чтобы он смог решить проблему, а не разводить море слез.
Я бросил взгляд на Лилибет. Она неопределенно пожала плечами и покачала головой.
— Ингрид, — утробное рычание вырвалось из груди, несмотря на то, что я мог напугать этим ее. — Он обидел тебя?
Я уже представлял, как испепеляю негодяя, который посмел причинить ей боль.
Дверь за моей спиной распахнулась, и в комнату вошел сам Дарий. Следом за ним вплыла горничная. В ее руках был серебряный поднос.
— Ты.. — я набрал полную грудь воздуха и сделал шаг к обидчику сестры.
Он бросил на меня непонимающий взгляд, но сам бросился к Ингрид. Служанка торопливо поставила поднос на тумбу и наполнила принесенный стакан водой. Сестра благодарно приняла его и сделала глоток.
Я застыл, ничего не понимая.
— Что происходит?
Моя Лили печально улыбнулась, медленно приближаясь ко мне.
— Мы узнали, что его императорское величество прибыл в скверном настроении. Как видишь, — любимая кивнула в сторону влюбленной пары голубков, — Ингрид сильно переживает на сей счет.
Я покачал головой, обнимая Лилибет.
Мы с сестрой отлично знали характер отца. Маловероятно, что он одобрит брак дочери с принцем крошечного подавленного королевства. Пусть он наследник, а она однажды станет королевой, это не отменяло неравенства в положении.
— У нас есть небольшой шанс бежать, — всхлипнула сестра.
Бежать? Наивная.
— Нет, — решительно заявил Дарий, вероятно, задумав очередную авантюру. — Я встречусь с ним и попрошу твоей руки.
Задумка хромала на обе ноги. Правда, и это уже не имело никакого значения.
Дверь распахнулась, и нам явился разъяренный император. За его спиной с видом победительницы гордо маячила леди Сель. Почему-то не оставалось сомнений, кто доложил отцу о том, где всю нашу дружную компанию можно найти.
— Так вот где притаились заговорщики! Я-то все время ждал нападения от внешнего врага, а оказалось, что ходить далеко не надо. — синие вены проступили на лбу и шее отца от напряжения.
Я выступил вперед, прикрывая собой Лилибет. Краем глаза заметил, как Дарий повторил мой манёвр, но со своей возлюбленной.
Все-таки было глупо думать, что он мог ее чем-то обидеть, но я ничего не мог с собой поделать. Я был обязан защищать свою сестру. Это был мой долг и как брата, и как мужчины.
Девушки тут же присели в глубоких реверансах и склонили головы, как положено, когда входит император. Он обвел всю нашу четверку суровым взглядом и остановился на Дарии. В его глазах тотчас же появилось подозрение.
— Иммериец, — почти прорычал он сквозь стиснутые зубы.
Мир миром, а долгие десятилетия набегов на приграничные территории не стираются из памяти, тем более драконьей.
— Папа, я люблю его! — Ингрид быстро выскользнула вперед.
Ее глаза были полны мольбы и страха. Ее прекрасное личико покрылось лихорадочным румянцем, а я пожалел, что при прошлом разговоре не отправил их в Иммерию.
Для генерала драконов непозволительная роскошь совершать одну за другой ошибки. Оставалось только быстро сообразить, как сымпровизировать так, чтобы из этой битвы взглядов выйти с минимальными потерями.
Император нахмурился и замер. Он всегда поддавался на маленькие хитрости сестры. Сейчас она была как никогда в отчаянии, а глазам, полным слез, невозможно было не верить.
— Ингрид, — угроза явственно слышалась в голосе отца.
— Меня зовут Дарий Иммерийский, — молодой принц мягко взял сестру за плечи и взял ее ладонь в свою руку. — И я прошу у вас руки и сердца вашей дочери, ваше императорское величество.
Парень не пасовал, а смотрел отцу прямо в глаза. Это не было вызовом, а отчаянной смелостью ради любви.
— Что ты сможешь дать дочери императора?
Всего несколько минут назад он был готов одним взглядом испепелить меня и Лилибет, но эффект неожиданности возымел свое действие. Император пристально посмотрел на Дария, но лицо его стало совсем непроницаемым.
— Я бы мог обещать свернуть горы и достать луну, но не стану бросать слов на ветер. Я дам Ингрид свою любовь и всего себя, защиту и будущее, в котором она непременно станет счастливой.
Надо будет потом, на досуге, если Дарий все же останется жив, дать ему ценный совет на будущее: король романтиком быть не должен. По крайней мере, чтобы об этом никто даже не догадывался.
Казалось, слова Дария не произвели никакого впечатления на императора.
Он оглядел вновь нашу четверку и проговорил:
— Это сговор?
Нужно было вмешаться, чтобы защитить счастье сестры, но я был уверен, что если сейчас Дарий не отстоит их любовь, то сам потом не будет уважать себя. Все же будущий король должен уметь договариваться.
— Мои чувства искренние, и я готов нести всю ответственность. Если потребуется, мое королевство пришлет официальное предложение от имени нашей страны.
Отец удивленно выгнул бровь, глядя на Дария.
Принц выбрал правильное направление разговора и верный темп.
— Что ж, детали мы можем обсудить в кабинете, — проговорил отец, указывая на дверь.
Дарий кивнул, чуть сжал ладонь Ингрид и направился к двери. Поравнявшись со мной, коротко кивнул и вышел.
Сложно было представить, как дорого может обойтись этот брак для Иммерии, но, уверен, для влюбленного это не имело никакого значения.
— Мой бедный Дарий, — ахнула сестра, как только принц и отец ушли.
Она драматично приложила руку ко лбу и упала на кровать.
Мы с Лилибет понимающе переглянулись.