Страница 17 из 48
Глава 9
Лилибет
— Неужели он серьезно собирается отправить нас в ту глушь? — в ужасе прошептала Ингрид, стараясь высмотреть кого-то в окнах дворца. — Что же делать, Лили?
Я пожала плечами. Делов-то, пусть ее Дарий вновь поможет ей бежать.. Хотя тогда нам точно не сносить головы. Лучше пусть официально попросит руки, сердца и полцарства в придачу. Может быть тогда удастся решить вопрос двух голубков миром.
Перевела взгляд на строптивую подругу по несчастью. Она была печальна и подавлена, поэтому я поспешила ее успокоить:
— Уверена, что выход найдется, если надеяться и верить.
Утешение слабое, но лучше, чем ничего.
— Ты права. Костер любви в разлуке разгорается лишь сильнее, правда?
Не знала я, на сколько верны ее умозаключения, но решила, что лучше согласиться.
— Разумеется.
Радости предстоящее путешествие не доставляло и мне.
Мы стояли на боковой аллее у экипажа, запряженного восьмеркой черных, как вороново крыло, лошадей с золотыми подковами. Я пыталась отрешиться от происходящего, чтобы только не выдать истинных чувств. И все бы ничего, да вот только от одной только мысли, что ехать нам придется достаточно долго в тесной карете с генералом, кровь стыла в жилах.
Вопреки убеждениям, девушки уже стояли, готовые к отбытию, а мужчины задерживались. Возможно, всему виной натянутые струнами нервы, но на душе было неспокойно.
Послышался шум, и мы с Ингрид синхронно повернули головы. По лестнице спускался император в сопровождении рыжеволосой девушки. Ее платье, насыщенного изумрудного цвета, было расшито золотыми нитями, и мягко облегало фигуру. Длинные локоны, спадающие на плечи, переливались на свету, словно языки пламени, а талия была столь тонкой, что, казалось, даже осы обзавидовались бы ей.
Ингрид тихо выдохнула, и я заметила, как она сжала руки в кулаки. Император, напротив, выглядел невозмутимо, но его взгляд, брошенный на девушку, был полон нежности. Она отвечала ему смущенной улыбкой.
Ага, понятно, стареющий император решил пристроить свою возлюбленную..
— Ты помнишь Сель? — тихонько спросила Ингрид.
Я покачала головой. Эту девушку я знать не знала, но лучше все валить на потерю памяти.
— Нет. Кто это?
Ответить на вопрос девушка не успела, потому что к нам успели приблизиться император и девица.
— Леди Сель будет сопровождать тебя второй фрейлиной, — поставил перед фактом нас император.
Мы дружненько переглянулись, но возражать не рискнули. По шкале терпимости правителя, мы были у самого предела. Не хотелось знать, что будет следующим этапом.
— Где же альва? — томно выдохнула Сель.
О, хоть кому-то неуравновешенный генерал был интересен.
Внутри неприятно что-то кольнуло. Нет, это не ревность, но соображений о природе эмоций тоже не имелось.
Отправляли нас от черного входа и тайно, чтобы никому в голову не пришло пытаться вновь похитить юную дочь императора. Правда, любой желающий мог спокойно наблюдать за нашим отъездом из окна, так что конспирация была слабенькой.
Стоять долго не пришлось. Из той же двери вышли генерал и отец Лилибет. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять, это категория мужчин, которые и после драки машут кулаками.
Лорд Кателл хмурился, а желваки играли на его щеках, словно он сдерживал порыв кого-нибудь придушить и, кажется, я догадывалась, кого именно.
— Девочка моя, — выдохнул папенька, сжимая мои ледяные от волнения ладони. — Как же так, я прибыл ко двору с коротким визитом, чтобы выдать тебя замуж и передать послу, а теперь..
— Не страшно.. папа, — слово далось мне с трудом, но нужно было помнить, что теперь я леди Лилибет Кателл. — Женихи еще не перевелись в королевстве. Другого найдем.
— О, моя дорогая, но другого нам не нужно, — он бросил многозначительный взгляд на Ингрид, но заметила это только я.
— На все твоя воля, — постаралась я сгладить момент, помня, что посол Норберт помогал юной дочери императора.
— Мы обязательно все решим, — поспешил успокоить меня Кателл.
А вот этого хотелось бы избежать. Мои соображения подсказывали, что Норберт был не так-то прост и мог в любой момент потребовать вместо фиктивного брака абсолютно реальный.
Гораздо больше меня интересовал генерал, который то и дело бросал на меня подозрительный взгляд. То ли сомневался в моей амнезии, то ли в подлинности личности леди Кателл. Стоило рядом с ним быть осторожнее. Меньше всего сейчас мне нужно было его внимание.
Генерал помог быстро забраться сестре в экипаж и устремил хмурый взгляд в мою сторону. Он буквально прожигал меня насквозь, но от неловкости нас спас сладкий голосок:
— Альва, вы не поможете? — Сель захлопала ресницами и протянула ему ручку, затянутую в кружевную перчатку.
Что-то пробормотав себе под нос, генерал все же принял ее руку и помог рыжей забраться в экипаж. Настала моя очередь. Альва протянул раскрытую ладонь, чтобы я могла опереться, но гордые независимые девушки в помощи не нуждались.
Подобрав подол длинного, заплетающегося в ногах, платья, почти до самых колен, я ловко, насколько это было возможно, забралась внутрь.
Генерал ничего не произнес, но гамма эмоций на его лице говорила сама за себя.
Карета мерно покачивалась, периодически подпрыгивая на кочках, за окнами сменялись пейзажи.
Альва смотрел на меня горящим взглядом, буквально прожигая насквозь. То ли у меня на лбу написано «дура», то ли нарисована мишень. Непроизвольно, я посмотрела на отражение в стекле, чтобы убедиться, что это не так.
Хорошо, что леди Сель пожирала его взглядом, словно ревнивая жена гулящего мужа, и хотя бы немного отвлекала внимание генерала. Она мило улыбалась, но было в этой девушке что-то отталкивающее, что-то в её холеной, искусственной красоте пугало меня, и я никак не могла понять что именно.
А бедняжка Ингрид погрузилась так глубоко в свои мысли, что не замечала ничего вокруг. Наверное, думала о своей несчастной любви..
Чтобы не смотреть на лица моих спутников, я сосредоточилась на пейзаже за окном и решила, что буду наслаждаться поездкой, несмотря ни на что. Красивый мир, чистый, дикий, яркий. Он раскрылся передо мной во всей своей красоте.
Густые леса простирались до самого горизонта, высокие деревья тянулись к небу, их кроны сплетались, словно держались за руки.
По обе стороны дороги то и дело сменялись поля, покрытые яркими цветами и колосистыми травами.