Страница 11 из 46
Однако не следует забывать, что «Пополь-Вух», в котором представлено детальное описание владык Шибальбы, был записан в колониальный период, поэтому проецировать описанные в нем представления на то, что было у майя классического периода, неверно. В изобразительном искусстве майя встречается множество изображений скелетоподобных персонажей. Однако мы не знаем ни их имен, ни то, чем они занимались. Даже сложно сказать, считались ли эти персонажи божествами или же были просто одними из ваай-об — призраков или сверхъестественных существ, которых в искусстве классических майя было великое множество.
Правда, некоторые исследователи выделяют одного бога-скелета. Скелет встречается исключительно в рукописях майя. Его очень легко узнать по его скелетоподобному облику. Также у него часто могут быть изображены трупные пятна и украшения с так называемыми мертвыми глазами, которые присутствуют как атрибуты у персонажей, ассоциируемых с миром духов[59]. Впервые скелет был отмечен немецким ученым-майянистом Паулем Шельхасом, который в свое время назвал дешифровку письменности майя неразрешимой задачей и неосознанно подтолкнул Ю. В. Кнорозова к доказательству обратного.
В Мадридском кодексе есть имя этого бога — Cizin, что можно перевести как «вздутый». Также в текстах встречаются имена, указывающие на трупную природу этого божества: Йум-Кимиль (Отец Смерть), или Кими (Смерть), или Йум-Цек (Владыка черепов)[60].
Фрагмент страницы 13 Дрезденского кодекса. Фигура слева — скелет с так называемыми мертвыми глазами в виде украшения.
Sächsische Landesbibliothek
Можно выделить еще одного бога-скелета по имени Кан-Нич (по Ю. В. Кнорозову). Он встречается исключительно в сценах жертвоприношений, и в частности с отсеченной головой в руках[61].
Однако, как уже было сказано ранее, в искусстве майя классического периода есть множество различных изображений скелетов: с гипертрофированно большими черепами, с завитками в районе вздутых животов, которые обозначают кровь или вываливающиеся внутренности. По данным изображениям, увы, невозможно опознать, действительно ли данные персонажи являются божествами, а не просто одними из ваай-об. Так же как не представляется возможным реконструировать мифологические представления майя классического периода[62].
Фрагмент страницы 27 Дрезденского кодекса с изображением Бога Q.
Sächsische Landesbibliothek
В рукописях майя встречается еще один персонаж, связанный с миром мертвых. Речь идет о богине по имени Иш Таб, которую Ю. В. Кнорозов называет веревочницей. Изображение этой богини встречается только единожды — в Дрезденском кодексе. Кнорозов описывает ее следующим образом: «Богиня Ч’е-бал-йаш (“покровительница зелени”), она же Иш Таб (“веревочница”) — хозяйка ливня и покровительница повесившихся (то есть посвятивших себя богине), с закрытым глазом и трупным пятном на щеке висит в петле, указывая вперед и вниз; петля продета через небесные символы»[63].
Описания Иш Таб также встречаются в «Сообщении о делах в Юкатане» Диего де Ланды: «…они говорили так же и считали вполне достоверным, что в этот их рай шли те, которые повесились. И поэтому были многие, которые из-за небольшой печали, тягости или болезни повесились, чтобы избавиться от них и идти блаженствовать в свой рай, где, говорили они, выходила их принимать богиня виселицы, которую они называли Иш Таб»[64].
Иш Таб упоминается в пророческих текстах Чилам-Балам из Тисимина: «…количество мужчин здесь, на нашей земле, увеличится в десять раз, и, когда они прибудут, они исполнят слова воинов к’атуна. Пусть пьяницы будут вырваны с корнем! Пусть Иш Таб несет их, свисающих с ее рук, еще до того, как мы перевяжем лицо к’атуна»[65].
Изображение ваай-об. Третий персонаж слева — скелет с отрезанной головой в руке. Расписной сосуд майя, 600–900-е гг.
Library of Congress / Photo © Justin Kerr, Kerr Associates, Maya Vase Database
Имя богини делится на две части: «Иш» — префикс для женских имен, а «Таб» в словаре языков майя Cordemex — «веревка». Вспоминается вышеописанный символ «веревки крови», которая ассоциируется с пуповиной, Млечным Путем и связью с предками. В современных общинах майя существует поверье, что если ребенок родится с пуповиной, обернутой вокруг его шеи, то в будущем он попытается повеситься. Это поверье также распространяется и на партнера, с которым он вступит в брак.
Несмотря на неопределенность происхождения образа Иш Таб, она стала популярной в современной массовой культуре. В новостях периодически встречаются ее упоминания в заметках о самоубийствах. К слову, уровень суицида на Юкатане превышает уровень по всей Мексике в два раза. На обложке американского журнала Newsweek от 8 марта 2020 г. появился кричащий заголовок: «Самоубийство: скрытый позор Юкатана». В журнале была опубликована статья, посвященная самоубийствам на Юкатане, и одним из значимых факторов касательно восприятия суицида служило отношение к этому акту как к культурному наследию, связанному с богиней Иш Таб. Также встречаются упоминания некоего культа, поклоняющегося ей.
Такое видение самоубийства разительно контрастирует с христианской доктриной, которая считает его едва ли не самым страшным грехом. Это любопытно, учитывая тот факт, что Мексика, как и множество других латиноамериканских стран, отличается очень консервативным следованием традициям католицизма. И подобное восприятие самоубийства как некоего акта чести более походит на японскую философию, где суицид воспринимается как почетный способ умереть. Однако исторические корни и восприятие повешения как достойного способа умереть вызывают вопросы.