Страница 31 из 91
Затем в комнате внезапно оказалось три человека, и это было немного неловко. Но мне было все равно.
«Я тоже хочу быть с тобой», — сказал я.
Я был просто рад, что Джоанна не разразилась аплодисментами или чем-то в этом роде.
Затем Тэнс сказала: «У меня внутри бабочки. Из-за них я странно себя веду. Мне очень жаль».
Тэнс не нужно было сожалеть. Нисколечко.
С того дня я просто хотел проводить с ней каждую минуту божьего бодрствования. Тренировки просто мешали этому. Но оставалось еще одно большое препятствие: Мистер Лу Ламонт, отец Тани.
Лу — воплощение парня старой закалки — прямее любой стрелы. Во время нашего с Тэнс марафонского разговора Лу был в Борнмуте, играл в гольф, поэтому он не знал о том, что произошло. Но нам с Тэнс не потребовалось много времени, чтобы начать проводить больше времени вместе — на самом деле, три женщины по соседству и трое из нас, парней из дома №5 по Хантерс-оук, провели все лето вместе.
Позже тем летом мой друг устраивал свадьбу для своей дочери, и пригласили меня. Это казалось отличной возможностью пригласить Тэнс на настоящее свидание. Я спросил ее, но прежде чем дать согласие, она сказала, что ей нужно поговорить с отцом. Он был во многом главой семьи: он все организовывал, всем управлял, и все проходило через него. Он не был строгим, как таковым, просто прямолинейным — приверженцем. Были правильные способы что-то делать и неправильные способы. И, давайте будем честными, правильные люди и неправильные. Тэнс явно беспокоилась, что я окажусь в последней категории.
Но Тэнс была целеустремленной, и когда она чего-то хотела, то она этого добивалась — не забывай, что это та девушка, которая ездила на своей лошади по Гаддесден-Кресент, когда ей этого хотелось. И вот она пошла к отцу, чтобы рассказать ему о том, что происходит.
Тэнс начала осторожно, сказав Лу, что идет на свидание. Это было первое свидание, на которое она собиралась пойти тех пор, как рассталась со Стивом, так что все было серьезно. Естественно, Лу заинтересовался, с кем это она идет.
Последовала долгая пауза.
«Винсент Джонс, — ответила Таня — она всегда называла меня Винсентом. Но это не имело значения — Лу смог понять, кто это. В то время моя репутация была на национальном уровне, и, скажем так, она была не самой лучшей. Было несколько красных карточек и несколько, скажем так, печально известных подкатов.
Лу в ярости рвал и метал. «Винни Джонс? Да он псих сумасшедший! — кричал Лу. — Ты не пойдешь на свидание с Винни Джонсом».
Но что-то в том, как выглядела Таня и что она сказала после, заставило его прийти в себя.
«Я его давно знаю, — сказала Таня. — Он единственный мужчина, который когда-либо открывал для меня дверцу машины. Он идеальный джентльмен». Тэнс была непреклонна.
В конце концов Лу пришел в себя и согласился на свидание. Мы с ним стали близки (и остаемся таковыми и по сей день); он часто приезжает в Штаты, и мы вместе играем в гольф, и мы часто встречаемся в Великобритании, теперь мы оба без нее. Это единственное, что я не хотел бы с ним разделять.