Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 11 из 80

Глава 5 Новые задания

— Я, быть может, не самый талантливый боевой маг, — медленно проговорил Рюмин, — но и не тупоголовый франт, коих здесь большинство. Я вижу. И делаю выводы.

— И что же ты увидел? — спросил я.

— Я долго был в роте Черного Полка. И тебя знаю давно. Думал, что знаю. Однако после того, как ты стал волколаком, ты сильно изменился. Ты стал другим, Лютиков.

— Да, я сам себя в зеркале не узнаю, — легко сказал я и усмехнулся.

Рюмин покачал головой. Капли падали с его волос.

— Внешность тут ни при чем. Волколак? Ну, да. Но твои изменения больше, чем ликантропия. Взять хотя бы твою амнезию. Думаешь, обхитрил меня? Всё ты помнишь, голубчик, но другое. Потому что сам ты — другой.

Повисла пауза. В глубине пруда квакали лягушки, заполняя тишину.

Первой моей мыслью было атаковать. Я чужой в этом мире и попал сюда через смерть. Сам по себе этот переход делает эту тему вопросом жизни и смерти. Не следует об этом кому-либо знать.

Меня уже раз десять пытались убить, поэтому я был готов ко всему — даже к тому, что сейчас придется утопить Рюмина в пруду. После его оголтелых выходок все поверят в то, что он решил утопиться сам. Кроме Инессы, разумеется. Она была лучшей защитой Рюмина от меня.

Он оказался тем еще типом с двойным дном. Теперь понятно, почему он так легкомысленно реагировал на то, что его называли идиотом. Это все равно что атлета называть дрищом — на такое сложно возмущаться всерьез.

— Ну? — поторопил Рюмин с ответом. — Будешь отпираться или мне продолжить?

— Пока ты ничего толком и не сказал. Да, я другой. Уникум! Удивительный и замечательный. Уверен, то же самое ты думаешь о себе.

— Продолжать? — с нажимом спросил Рюмин.

— Да.

— В Университете я изучал метафизику Универсума и знаю о подобных случаях в истории. Есть иные миры, с которыми каждый из нас связан. Эти миры не как Бездна, в которую можно попасть через портал, это миры, где живут наши двойники. Даже не миры, а единый Универсум, представленный в бесконечных вариациях.

— Этому обучают в магическом Университете? — удивился я.

— Сами преподаватели не шибко смыслят в этом, лишь пересказывают мысли древних. Но есть библиотека, есть трактаты. В поисках хоть какого-то смысла этого сраного бытия я вычитал в них много интересного.

— И эти трактаты имеет отношение ко мне?

— Древние знания не имеют срока давности, Лютиков, они говорят о настоящем. В тот день, когда тебя покусали, я слышал особый вой в лесу. Я почувствовал магическое возмущение. Капитан Лютиков мертв, и ты занял его место. Но ты — тоже Георгий Лютиков.

— Придумай ты это прямо сейчас, я бы сказал, что Свиридов слишком сильно настучал тебе по голове, — сказал я. — Но ты сделал такой вывод еще весной, так?

— Как только допросил тебя. Я всегда видел чуть глубже. Может, поэтому мне всё кажется мишурой и фарсом, в котором нет смысла участвовать. Поэтому я пришел к тому, к чему пришел…

Он сделал неопределенный жест рукой, указывая на свое избитое лицо и на усадьбу Каменского.

— И ты решил сообщить об этом Канцелярии?

— Разумеется. Твое появление — это уникальное событие. Такое всегда влечет за собой грандиозные перемены. Огненной тайнописью я написал в рекомендации, что ты не просто волколак, а перерожденный.

— И что это значит?

— Новый элемент, лишняя песчинка в устоявшемся порядке вещей, которая нарушает баланс — в ту или иную сторону. Поэтому я подкинул монету. Она сказала, что ты станешь благом для Державы. Вряд ли ты был бы еще жив, если бы она упала решкой вверх.

— Раз монета никогда не ошибается, то как насчет тебя? Ты согласен, что изгнание из рода для тебя благо?

— А ты не уходи от темы, раз спросил. Кто ты, Лютиков?

— Я тот, кто я есть. Почему спрашиваешь, раз монету уже подкинул?

— А что мне Держава? Она стоит испокон веков и будет стоять после нас. Меня волнует, с кем связалась Инесса.

— На этот счет можешь быть спокоен, — сказал я. — Со мной она в большей безопасности, чем без.

Рюмин помолчал, глядя на черную воду пруда.

— Да, — кивнул он своим мыслям. — Никакой служилый дворянин такое бы не сказал. Вообще не подумал бы смотреть в сторону аристократки из могущественного рода. Другой ты. Нездешний.

— Скажи лучше, какие выводы из твоей рекомендации сделает начальник Канцелярии.

— А чего тут думать? Канцелярия действует всегда одинаково: использует людей на благо Державы. Это универсальное правило для всех.

Я поднялся со скамейки, расставил руки в стороны и потянулся так, что хрустнуло в суставах. Рюмин, наоборот, откинулся, взглянул на меня испытующе.

— Что скажешь, Лютиков? Я хочу услышать подтверждение своей теории. Ты признаешь, что ты перерожденный?

— Я тебе скажу другое, — задумчиво проговорил я. — Дело не во мне, а в тебе. Это ты сегодня считай что умер, после чего переродился. Все, что ты сейчас говорил обо мне, точно так же подходит и для тебя.

— Для полноты сегодняшнего вечера не хватало только философии от волколака, — скривился Рюмин в фирменной усмешке, но после этого добавил хоть и с иронией, но внимательно глядя мне в лицо: — Что же ты посоветуешь мне делать, а? Гипотетически. Если бы я вдруг спросил у тебя совета.

— Я бы посоветовал не спрашивать у меня совета. Ты получил свою свободу, хоть при этом и потерял всё, что принадлежало тебе от рождения. Теперь делай что хочешь. Желательно, в рамках приличия — а то явно своей смертью не помрешь!

Говоря это, я обратил внимание на браслеты из красной осины, что до сих пор были на его запястьях.

— Погоди минуту, — сказал я и пошел в заросли кустарника у аллеи, на ходу принюхиваясь.

Вычленить запах ключа было довольно просто. Кругом пахнет землей, древесиной и листвой. Ключ же обладает резким металлическим запахом, что выделяется в природном фоне. Вдобавок на нем следы моего собственного пота с ладони и запах сумки из коровьей кожи. Во влажном ночном воздухе все это подчеркнуто реакцией с водой…

В нужном месте с наклонился и не глядя опустил руку в траву, нащупал маленький ключик, холодный и скользкий.

Рюмин ждал меня, разглядывая темное небо. Изо рта торчала, словно антенна, неприкуренная сигарета. Должно быть, хотел закурить, но забыл, что в наручах не может создать даже малюсенький огонек. Само собой, маг огня не носит с собой спичек.

— Держи, — сказал я, протянув ему ключ.

Рюмин задумчиво повертел его в пальцах, не торопясь снимать браслеты.

— Дай спички, Лютиков, — сказал он наконец.