Страница 13 из 21
Глава 12
Глава 12
Демид сказал, что свидание состоится вечером, и Вера весь день ходила по комнате, не находя себе места от странного, давно забытого предвкушения. Перебрав весь свой скромный гардероб, где всё казалось слишком простым и будничным, она остановилась на темно-синем платье. Купленное два года назад на распродаже, оно так и висело в шкафу, дожидаясь своего часа. Вера разгладила ткань ладонями, собрала волосы наверх и посмотрела на своё отражение в зеркале.
— Ну что, — тихо шепнула она зеркалу, — пора.
У подъезда её ждал Демид. На нём были всё те же джинсы и футболка, но держался он совершенно иначе — свободно, уверенно и спокойно. За спиной больше не было тени прежнего жесткого бизнесмена, но проглядывала сила мужчины, который точно знает, чего хочет. В руках он сжимал неброский букет полевых цветов — тех самых, скромных, что рвал для неё во дворе.
— Ты очень красивая, — проговорил он, протягивая цветы.
— Ты говоришь это каждый раз, Горский, — улыбнулась Вера, прижимая букет к груди.
— Потому что каждый раз заново удивлен, как мне с тобой повезло.
Он взял её за руку, и они пошли через тихие дворы спального района. Вера не спрашивала, куда они идут, впервые в жизни полностью доверившись чужому маршруту.
Демид привёл её к старому заброшенному зданию бывшей водонапорной башни на краю парка. Облупившийся кирпич, выбитые окна верхних ярусов... Но Горский уверенно толкнул тяжелую дубовую дверь.
— Нам точно туда можно? — с легким опасением спросила Вера на пороге.
— Я договорился со здешним сторожем, — усмехнулся он. — И лично проверил каждый пролёт. Заходи.
Они поднялись по крепкой винтовой лестнице на самую верхнюю открытую площадку. Выйдя на крышу, Вера замерла и перевела дыхание.
Перед ними как на ладони лежал вечерний город. Внизу цепочками зажигались золотистые уличные фонари, а над головой расстилалось глубокое темно-синее небо с первыми короткими вспышками звёзд. Прохладный июльский ветер подхватил прядь её волос.
— Господи, как красиво... — выдохнула она.
— Я искал это место три дня, — тихо признался Демид, раскладывая на бетонированном полу старый плед.
Из рюкзака появились пара свечей в стеклянных баночках, зажигалка, бутылка недорогого виноградного сока, два пластиковых стаканчика, свежий багет и ломтики сыра.
— На мишленовский ресторан не тянет, — улыбнулся он, зажигая фитили. — Но это лучшее, что я смог организовать на законно заработанные.
— Это в тысячу раз лучше любого ресторана, — Вера опустилась на плед, подогнув ноги. — Посмотри вокруг. Это настоящее.
Они сидели на крыше, наблюдая, как город погружается в ночь. Когда ветер стал прохладнее, Демид бережно накинул на её плечи свою куртку.
— Вера, — он повернулся к ней, и в свете свечей его серые глаза казались совсем тёмными. — Я много думал о том, что со мной произошло за эти недели. Раньше я искренне верил, что сила — это цифры на банковских счетах, возможность купить любого человека и контрольные пакеты акций. А потом встретил тебя. И понял, что был нищим.
Вера смотрела на него, боясь смахнуть это звенящее мгновение.
— Настоящее счастье — это когда тебя принимают со всеми твоими шрамами, — продолжил Демид, накрывая её ладонь своей. — Я люблю тебя. Не за то, что ты спасла меня тогда на дороге. И не за то, что вытащила из болотного цинизма. Я люблю тебя просто за то, что ты есть.
Горячая слеза скатилась по щеке Веры, но это была слеза абсолютного, чистого облегчения.
— Я тоже тебя люблю, Демид, — ответила она, подаваясь вперёд. — Так сильно, что сама боюсь этого чувства.
Он наклонился и поцеловал её — медленно, тепло и глубоко. И никакой ветер больше не мог их заморозить.
Они просидели на башенной крыше почти до полуночи. Говорили обо всём на свете: Вера рассказывала про детство, про мечту стать врачом, которую пришлось отложить из-за болезни мамы и отсутствия денег.
— А ты? — тихо спросила она, когда свечи уже почти догорели. — О чём ты мечтал, когда был мальчишкой ?
— О семье, — без колебаний ответил Горский. — Мечтал, что однажды приду в дом, где меня ждут не ради денег или распоряжений, а просто потому, что я вернулся.
— Теперь у тебя есть такой дом, — Вера прижалась щекой к его плечу. — Мы с мамой.
Демид молча сжал её пальцы, и в этом молчании было больше обещаний, чем во всех юридических договорах мира.
Они спустились вниз, когда город окончательно погрузился в сон. У её подъезда Демид остановился и нежно поцеловал её на прощание.
— Спасибо тебе за этот вечер, — прошептала Вера. — Это было лучшее свидание в моей жизни.
— И в моей, — улыбнулся он, вытирая подушечкой пальца капельку тени у её глаза. — Оказывается, для счастья не нужны миллионы. Нужна только ты.
Вера вошла в подъезд, прижалась спиной к дверному косяку и дождалась, пока он зайдет в подьезд. Оставалась всего одна неделя пари, но это больше не имело значения: они оба уже выиграли свой главный приз.