Они придут

«Уходи отсюда. Просто уйди», — взывал внутренний голос, но я, что называется, не внял. Позвонил в дверной звонок и стал ждать.

Марат открыл дверь немедленно, будто караулил возле двери. Да не один, а вместе с Викой и Алисой. Когда я увидел их, мне стало нехорошо. Марат широко распахнул дверь, и все трое стояли навытяжку, как на параде. Улыбались. Смотрели в упор. На женщине и девочке одежда в одинаковых серо-сиреневых тонах. Марат в костюме и при галстуке. Серо-сиреневом, ясное дело. Вика обулась в туфли на каблуках. В жизни не видел, чтобы она такие носила.

— Проходи, — сказал Марат.

— Мы так ждали, — проговорила Вика, которая терпеть меня не могла и ни за что изображать радушие не стала бы.

— Вы нам нужны, — это произнесла Алиса, и я едва не заорал от ужаса.

Все трое были такие неправильные, такие ненормальные! Как там Мара говорил? Скинуокеры? Манеры, интонации, голоса, улыбки, одежда, слова — это было ровно то же самое, что собака, которая из темноты пялится на хозяина или кот, который разгуливает по ночам по квартире на двух лапах.

Я попятился — не мог повернуться к ним спиной.

Так и доковылял затылком вперед до лифта.

— Куда же ты? — спросил Марат, и все трое шагнули за порог, двинулись ко мне.

Где этот чертов лифт?

— Не подходите, — предупредил я, — мне пора, я уйду и всё!

— Уйдешь — и ничего не кончится, — сказал Марат.

Лифт приехал, и я ввалился внутрь, нажал на нужную кнопку. Дверцы поползли навстречу друг другу медленно, со скрипом.

— Ты узнал о нас, — прошелестела лже-Вика, — а мы знаем тебя.

— И заберем, — еще шире улыбнулся ее муж.

— Все равно заберем! — выкрикнуло третье существо детским голоском Алисы.

Двери закрылись, лифт поехал на первый этаж.

С того момента прошло десять дней.

Я больше не сомневаюсь в словах своего друга, точно знаю, что он не лгал и не выдумывал.

И что тогда, когда он рассказывал мне свою историю, я видел Марата в последний раз. Потом его место занял иной.

Квартиру выставил на продажу, на работе написал заявление на увольнение. Переехал в арендованное жилье, сменил номер телефона, удалил все профили в социальных сетях.

Я очень, очень надеюсь, что они не найдут меня, что я запутаю следы, как заяц, сбегу от них, от участи, которую они мне уготовили.

Не желая этого, я заглянул во тьму, в черную бездну зла и безумия.

И теперь бездна эта смотрит в глубину моей души.

Смотрит пристально, не отводя взгляда.