Страница 92 из 103
— А потом стал жить, работать. Нашел их и не выпускал из виду. Они друг друга стоили. Я неплохо учился в вузе. Мне предрекали научную карьеру, но не сложилось. А эти.. смогли. Все в дело. Не постеснялись черновик моей дипломной работы использовать. Опубликовали под своими именами. Проверьте..
— А почему Харза?
— И это узнала.. Способная.. Охотница так меня назвала, я в тайге изучал харзу, самый крупный вид куницы. Занятные зверьки.
— Что вы почувствовали, когда поняли, что убитый не сын Михаила Лихоманова?
— Ну и что? Так ему еще больнее. Его обманула жена.. Прости, но мне пора. На все твои вопросы я ответил. – Профессор встал.
— А кролики? – Ася вдруг заметила, что ряды ушастиков в клетке поредели. – Почему их стало так мало?
— Смешная ты, Ася. Кроликов очень любит Лола. Кстати.. – Харитонов что-то вспомнил. – Я хотел познакомить тебя с еще одной милашкой.
Ворожцова напряглась. Ей хватило Лолы.
— Подойди. – Харитонов снял с полки около дверей миниатюрный аквариум.
Асе сначала показалось, что он пуст. Присмотревшись, увидела симпатичную лягушку.
— Протяни руку.. – Директор перевернул емкость, и малышка упала на ладошку девушки. – Эта очаровательная крошка – золотая дротиковая лягушка. Милая, но до неприличия ядовитая.
— Шутите?
— Нет, Ася, не шучу. Яд она выделяет через кожу. Токсины поражают нервные клетки, воздействуют на дыхательную и сердечно-сосудистую систему. Бр-р-р! – Его передернуло. – Примерно через двадцать-тридцать минут начинаются судороги. Не обижай ее, ладно?
Ворожцова зависла. Ее смерть забавно нарядилась в ярко-желтый горошек. Борис Станиславович, легонько подталкивая девушку в спину, выставил ее за дверь.
Ася боялась пошевелиться. Так и стояла с вытянутой вперед рукой.
Подошел Уфимцев:
— Я все оплатил. Что дальше?
Оценил вид девушки с лягушкой:
— Ты что, Ворожцова, практикуешь превращение из Аси Премудрой обратно в земноводное? Скажу по секрету, я не Иван-царевич, секс с лягушками меня не заводит.
— Егор, слушай меня внимательно. Вызывай группу. Борис Станиславович признался.
— В чем? – не понял Уфимцев.
— Харитонов заказал Лихоманова.
Егор скинул лягушку с Асиной ладони.
— Она ядовитая. Я скоро умру.. – Ася пошатнулась.
— Нет, Ворожцова, ты точно не в себе, – удивился Егор, но поддержал девушку за талию.
— Ой, а что здесь Манюня делает? – проходящий мимо продавец поднял земноводное с пола.
— А разве она не ядовитая? – опешила Ася.
— Самая ядовитая, – подтвердил молодой человек. – Правда, только в живой природе.
Выиграв себе некоторое время, Борис Станиславович подошел к водопаду с орхидеями и отключил его, щелкнув спрятанной под рельефами оформления кнопкой. Обнажился натуральный фон из коры, поддался легкому касанию, развернулся и приоткрыл нишу, в лоно которой аккуратно лег диктофон. Тайник захлопнулся, и через секунду в чашу с рыбками снова устремились бодрые ручейки.
Харитонов подошел к шкафу, сдвинул висящую одежду, уперевшись двумя ладонями в заднюю стенку, с усилием толкнул ее от себя и в сторону, захлопнул створки и нырнул в открывшийся проход.
Ася дозвонилась до Свистушкиной, объяснила, что произошло, получила приказ: ждать группу.
— Куда он делся?
Профессора в комнате не было. Они заглянули за массивные подлокотники дивана, открыли шкаф.
Ася обратила внимание, что костюмы и спецовки сгружены в одну сторону.
— Это проход, – сообразила она.
Уфимцев отстранил Асю и пытался понять, как открыть дверь. Это заняло несколько минут.
«Как остановить Харитонова?» – думала Ася, перебирая вариант за вариантом.
Наконец стенка шкафа подалась назад и поехала влево.
Егор кинулся вперед, но Ворожцова его удержала.
— Вы так и не поняли, что убили своего сына?! – изо всех сил крикнула Ася.
В квартире, куда они попали, тишина стояла напряженная, сотканная из электрических волн, готовых заискрить в любую секунду.
Полный безысходности крик ворвался в заряженное пространство квартиры. Раздался хруст, трещина молнией разрезала бок объемного, литров на семьсот, аквариума. Секунда, и вода, выдавив большую часть стекла, хлынула на пол. Хватая воздух зубастыми ртами, бились на паркете пираньи.
Прижавшись к полотну распахнутой в подъезд двери, сидел человек. Ася не сразу узнала в безучастном и потрясенном мужчине Харитонова. Без бороды и усов, без очков и берета, в накинутой наспех молодежной куртке, он совсем не был похож на пожилого директора зооцентра.
«Так просто, так очевидно. Вот чьи гены превращали его в тирана», – бормотал он.