Страница 48 из 71
Глава 32. Боль
Глава 32. Боль
Мы возвращаемся в академию в гнетущем молчании. Сначала невыносимая поездка в карете, а теперь тяжелая дорога к общежитию, где каждый шаг отдаётся в сердце бешеным стуком.
Крис не разговаривает со мной. Он даже не смотрит. И самое ужасное, что на его лице я не могу прочесть эмоций. Я понимаю, злится. Но прямо сейчас его лицо отгорожено от меня стеной. Каменная глыба, статуя, а не мой горячий, наглый оборотень. Это нервирует. Слишком сильно нервирует, потому что мне это непривычно.
Хочется его встряхнуть и заставить ухмыляться как прежде. Хочется увидеть огонь в глазах и его слова, что всё ерунда, что это обычное дело, что он впредь не будет меня отпускать, раз я так хулиганю. Отшутится, притянет меня к себе и поцелует.
Или может мне самой попросить прощения? Конечно, надо бы объяснить всё, но я не знаю, что сказать. Никак не могу придумать ничего дельного.
Так что я просто молча, в полном смятении топаю рядом с ним. И стараюсь быть тихой, незаметной, практически невидимкой. Где-то в глубине сознания ещё надеюсь, что пронесёт, что он остынет и с ним можно будет нормально поговорить.
Мы подходим к дверям в нашу общагу, и Джейн, бросив на меня полный сочувствия взгляд, бормочет что-то о «срочном деле» и исчезает в спасительных недрах здания. Оставляет меня наедине с нарастающей бурей.
Что ж, спасибо, подруга. Удружила. Сейчас один волк закусит неудачной магичкой-артефактором за её непокорность. Больше не буду брать тебя с собой никуда.
Я останавливаюсь и вздыхаю. Подготовить что-то адекватное, разумное, чтобы его успокоить, у меня так не вышло. В голове сплошной белый шум. Ни одной дельной мысли. Остаётся только одно. Упрямо стоять на своём и говорить, что я не виновата, что это чистая случайность, что так всё вышло.
Я поднимаю глаза на Леманна, и дыхание перехватывает. Ах, как он смотрит! Нет, он не закусить мной хочет, скорее задушить. Чтобы сразу и наверняка. Чтобы я больше не доставляла ему хлопот.
Его глаза снова пылают ледяными искрами и прожигают меня насквозь. Он стоит с прямо спиной. Всё такой же далёкий, всё такой же пугающий.
– Объяснись, – говорит он так тихо и холодно, что у меня мурашки бегут по телу. – Почему ты так долго была в Ориленде? Искала приключений себе на пятую точку, м?
– Я уже говорила! Я просто… покупала ингредиенты для зелья!
Звучит слабо и фальшиво даже для моих собственных ушей. Но я не могу выдать свой план с подарком, это испортит всё. И не сейчас, когда он в таком состоянии. Он просто не поймёт, зачем я это всё затеяла.
И подарок… пришлось его ведь оставить в лавке, когда пришёл Крис. Не могла же я забирать его при нём? Теперь придётся ещё раз наведываться туда, чтобы забрать браслет. Если хозяин меня, конечно, вспомнит.
Впрочем, мы так эпично уходили оттуда, что, наверняка, оставили впечатление старику. Он даже догонять или останавливать нас не стал. От Криса только так молнии летели во все стороны.
Кажется, на его лбу светилась табличка «не трогать, ударит электричеством», ну или на крайний случай «оборотень, который закусит вами и не поперхнётся».
– Не ври мне, Мия, – Крис делает шаг вперёд, заставляя меня инстинктивно отступить к стене. – Я чувствовал твой страх через браслет. Ты думаешь, я не понял, что ты от меня что-то скрываешь?
– Я не обязана отчитываться за каждый свой шаг! – вспыхиваю я, наконец находя в себе гнев, чтобы прикрыть вину. – Я не твоя собственность, которую нужно постоянно держать на поводке!
– А я думал, что это логично, что ты не будешь совать свой любопытный носик туда, где может быть опасно! – его голос повышается, впервые за всё наше знакомство он по-настоящему кричит на меня. Не игриво, не с насмешкой, а по-настоящему. – Эти ублюдки могли тебя… могли… Я почувствовал твой испуг, и у меня сердце остановилось!
В его глазах мелькает нечто большее, чем гнев. Это страх. Тот самый, животный страх, который заставил его мчаться ко мне, чтобы спасти. И от этого моя собственная вина становится невыносимой.
– Со мной всё в порядке! – кричу я в ответ, и слёзы подступают к горлу. Слишком больно от его реакции, от того, что всё так вышло. Эмоции захлёстывают с головой. – Джейн была со мной! Я справилась бы!
– Справилась бы? – рычит он, в ярости врезаясь кулаком в каменную стену рядом со мной. Я вздрагиваю от неожиданности. – Ты даже не понимаешь, о чём говоришь! Это не игра, Мия! Это моя жизнь! Видеть, как ты в опасности, и знать, что я могу опоздать!
Он отскакивает от меня, будто обжёгшись. Его дыхание сбивается, кулаки сжаты, я вижу на костяшках кровь. Он смотрит на меня с таким разочарованием и болью, что мне хочется провалиться сквозь землю.
Это не морок был. Это были просто старшекурсники. Но я снова подвела его, хоть и не хотела. Крис… он слишком переживает за меня. И я не могу сейчас понять, в чём именно причина. Любовь… или боязнь потерять свою собственность.
Я теперь окончательно запуталась в наших странных отношениях.
– Знаешь что? – говорит он снова тихо. – Забудь. Делай что хочешь. Ходи куда хочешь. Но не жди, что я буду каждый раз прибегать, как преданный пёс, когда тебе вздумается поиграть с огнём.
Он разворачивается и уходит. Быстро. Не оглядываясь.
Я остаюсь стоять у стены, дрожа как осиновый лист. Гнев испаряется и оставляет после себя лишь ледяную, тошнотворную пустоту и всепоглощающее чувство вины. Он прав. Я солгала ему. Я рисковала. И я видела в его глазах не только ярость, но и тот ужас, который он испытал при мысли, что может потерять меня.
Я медленно поднимаюсь в свою комнату. Джейн встречает меня встревоженным взглядом. По моим щекам уже бегут слёзы, и она просто прижимает меня к себе без вопросов. Обнимает в знак поддержки.
– Вот же Леманн. Чокнутый оборотень. А я, кстати, его подарочек успела забрать. Может… может когда вы помиритесь…
Подруга вкладывает мне в руку его браслет. Я смотрю на ремешок, смотрю на выгравированную надпись. Учебник артефакторики. Один в один как тот, что прилетел в его голову и стал началом нашего безумия.
Теперь этот браслет кажется мне не символом нежности, а памятником моей глупости. Это наша первая крупная ссора, не та, что с насмешками, не та, что была предвестником нашей химии. Это серьёзно. И я не знаю, как это исправить.