Страница 13 из 71
Я растерянно тянусь к соли, чтобы сделать рагу более или менее съестным и неожиданно натыкаюсь на руку Криса. Он тоже, оказывается, полез за солонкой. Наши пальцы соприкасаются, и над столом летят искры.
Реальные искры! Маленькие, голубоватые, как от магического замыкания. Стол вздрагивает. Салфетки взлетают вверх. Папа аж подпрыгивает. Леманны переглядываются. А мы с Крисом замираем, разглядывая друг друга.
Хм… В прошлые разы, когда он успевал меня немножко пощупать, ничего подобного не было! Это что за новые эффекты? Ненависть стала приобретать физическое воплощение?
– О! – восклицает папа, глаза возбуждённо горят. – Энергетический резонанс! Смотрите! Их прикосновения вызывают колебания поля!
– Это не резонанс, – шиплю я, стряхивая с пальцев остатки магии, – это реакция отторжения организма!
– А мне кажется, наоборот, – говорит Крис, не отводя от меня взгляда. – Очень сильная связь. Почти животная.
– Тыживотное ! И не надо приписывать этому метафизический смысл!
– А может, это и есть метафизика, – усмехается он. – Инстинкт. Природа. Предназначение, – он наклоняется ко мне так близко, что я переживаю, что сейчас опять начнут лететь искры. Его губы почти касаются моего уха: – Предлагаю в нашей практике перейти сразу к самому интересному. Представляешь, какой фейерверк случится?
Я краснею и отшатываюсь от него, чуть не слетев со стула. Вцепляюсь в стол и остаток обеда делаю вид, что ничего интереснее рагу и странного печенья тут больше нет. Игнор. Полный игнор Криса и его пошлых намёков.
Краем уха слышу, как родители договариваются об официальной помолвке через неделю, чтобы «объявить пару миру». Папа мечтает о магическом фонтане, который будет бить радугой на этом мероприятии. Мистер Леманн обсуждает цвет герба будущего союза. Мама Криса молча собирает сумочку.
Когда Леманны наконец уходят, я провожаю их до двери. Крис задерживается последним.
– Ну что, невеста, – говорит он, усмехаясь. – Жди понедельника, готовься к практике.
Я качаю головой. Он просто невозможный. У меня даже сил нет с ним спорить в очередной раз. Кажется, я начинаю сдаваться под натиском этой всепоглощающей наглости.
Он отступает, поворачивается к двери, но на пороге оглядывается.
– Спи сладко, пташка. Мечтай обо мне. Это ведь теперь твоя обязанность.
Дверь захлопывается. Я пронзаю её гневным взглядом и отворачиваюсь. Проклятый Леманн! Пусть и не надеется, что я с ним в чём-то буду практиковаться!