Страница 32 из 39
ГЛАВА 31.
Не было смысла волновать свое сердце долгим ожиданием, а Наташа никогда не отличалась терпеливостью. Поэтому сразу после пар она пошла в аптеку рядом с университетом с одной-единственной целью — купить тест на беременность.
На самом деле она могла бы заказать его домой. Могла бы зайти в другую аптеку. Могла бы вообще ничего не покупать еще несколько дней и убедить себя, что ХГЧ покажет отрицательный результат.
Но ждать Наташа не умела. Особенно когда дело касалось вещей, которые невозможно решить логикой.
Вторая половина дня выдалась теплой, почти летней. Солнце отражалось в стеклах университетских окон, а на тротуарах уже появились первые легкие тени от молодых деревьев. Студенты высыпали из корпуса небольшими группами, шумели, смеялись, спорили о каких-то контрольных.
Наташа шла среди них с ощущением, будто находится внутри чужой жизни. Она только что закончила лекции.
На первой студент третьего курса умудрился задать ей вопрос, на который она отвечала почти двадцать минут. На второй она поймала себя на том, что рассказывает слишком увлеченно и совсем забыла о времени. Это раньше было невозможно. Раньше она смотрела на часы. Теперь забывала о них. Странно.
Она свернула к аптеке. Небольшая, с зелено-белой вывеской, она находилась на первом этаже старого дома. Наташа заходила сюда уже несколько раз — за обезболивающим, пластырями, витаминами, которые Паша настойчиво рекомендовал всем преподавателям, будто ему доплачивали за их рекламу.
Сегодня ей было не до витаминов. Над дверью тихо звякнул колокольчик. Внутри пахло мятой, картоном и чем-то лекарственным — чистым, сухим, почти стерильным запахом. Наташа остановилась у витрины. Сердце вдруг забилось сильнее. Совершенно нелепо. Она ведь не на операции. Не в кабинете следователя. Не на месте преступления. Просто аптека. Просто коробочка.
Она подошла к фармацевту.
— Мне нужен тест на беременность.
Собственный голос показался ей чужим. Слишком спокойным. Фармацевт кивнула с такой будничностью, словно Наташа попросила аспирин.
— Есть несколько вариантов. Обычный или повышенной чувствительности с определением срока.
— Повышенной.
Ответ вылетел слишком быстро. Женщина протянула ей коробочку.
— Еще что-нибудь?
— Нет.
Наташа уже потянулась за кошельком, когда за ее спиной звякнул дверной колокольчик.
Она не обернулась.
— Добрый день, — сказал мужской голос.
И мир на мгновение остановился. Не потому, что она сразу узнала его. Сначала узнало тело. Плечи напряглись. Пальцы замерли на молнии сумки. Дыхание стало коротким. А уже потом мозг, медленно и мучительно, словно отказываясь принимать очевидное, произнес: Денис.
Сзади послышался звук закрывающейся двери. Денис подошел ближе. Он не сразу ее увидел. В руках у него была небольшая спортивная сумка. А сам он был одет в темно-серый спортивный костюм.
Денис остановился у соседнего стеллажа.
— Есть тейпы для запястья? — спросил он у второго фармацевта.
Наташа не обернулась. Она смотрела на банковский терминал и вдруг совершенно перестала понимать, что именно делает. Палец завис над экраном. Где-то справа женщина отсчитывала мелочь. За стеклом холодильника тихо гудел компрессор. Фармацевт что-то ответила Денису, но Наташа не расслышала.
Потому что услышала, как он снова произнес:
— Черные, обычные.
Господи. Он был здесь. В нескольких шагах. После всего. И в ее руке лежал тест на беременность. Наташа медленно выдохнула. Не оборачивайся. Можно просто заплатить. Выйти. Уехать. Никто ничего не узнает. Она уже протянула карту, когда Денис наконец поднял глаза. Узнал ее не сразу. Сначала увидел знакомый силуэт. Потом каштановые волосы. Потом профиль. Он замер. У него из головы мгновенно вылетело, зачем он вообще пришел в аптеку. Тейпы. Запястье. Тренировка. Все исчезло. Осталась только она — Наташа. Живая. Совсем рядом. На расстоянии вытянутой руки. Он несколько секунд просто смотрел. Она изменилась. Не настолько, чтобы он мог не узнать ее. Просто изменилась так, как меняются люди, когда переживают что-то, о чем не рассказывают. Каштановые волосы вместо белых. Каре. Другая одежда. Другое выражение лица. Но глаза остались прежними. И от этого у Дениса внутри что-то болезненно дернулось. Он машинально выпрямился.
— Наташ...
Она закрыла глаза на долю секунды. Потом повернулась.
— Привет.
Всего одно слово. А ему показалось, что он снова услышал ее голос после долгого сна.
— Привет.
Денис улыбнулся. Попытался улыбнуться, но получилось плохо.
— Не ожидал тебя здесь увидеть.
— Я тоже.
Фармацевт тем временем положила перед Денисом упаковку тейпов.
— Вот эти подойдут?
— Да.
Он достал картхолдер. И только тогда снова посмотрел на Наташу. Она держала в руке небольшую коробку. Он увидел название и замер. Сначала смысл не дошел. Просто знакомые слова. Потом дошел. Тест на беременность. Внутри будто что-то резко оборвалось. Денис перевел взгляд на Наташу. Она заметила это мгновенно. И увидела, как за одну секунду его лицо стало совершенно другим.
Взгляд потемнел. Челюсть напряглась. Пальцы, державшие картхолдер, сжались. Он снова посмотрел на коробку. Потом на нее. И в голове, прежде чем он успел остановить эту мысль, возникло самое простое и самое болезненное объяснение. У нее кто-то есть.
Конечно. Прошло несколько месяцев. Она красивая. Свободная. Молодая. Почему бы и нет? Почему он вообще решил, что она все это время ждала его? Он почувствовал почти физическую боль. Глупую. Мужскую. Ревнивую. Хотя не имел на нее никакого права. Он сам ушел. Сам решил, что больше не станет навязываться. А теперь стоял в аптеке и почему-то не мог спокойно смотреть на коробку в ее руке.
— Ты...
Он остановился. Наташа смотрела на него внимательно. Она знала его слишком хорошо. Видела, как в нем за секунды сменились удивление, растерянность и что-то очень похожее на ревность.