Страница 6 из 197
Разбудив Олю, семья Тимохиных покинула салон «Волги», и та тут же, развернувшись, ушла по аллее. Полковник указал на здание:
— Это гостиница.
Он повернулся к майору:
— Сейчас, Саня, устроим дам в благоустроенные номера. Пусть отдыхают. Тебе же надо привести себя в порядок, побриться, переодеться. Для тебя, как впрочем и для меня, отдых переносится на более позднее время. В 8.00 мы должны убыть туда, где нас будут ждать Феофанов с Потаповым. Ясно?
— Куда ясней?!
— Ну и хорошо!
— Тогда идем в гостиницу?
Дежурная, предупрежденная о прибытии гостей, встретила их в холле. Провела по коридору. Для Тимохина с Татьяной был выделен двухкомнатный номер, для Антонины Сергеевны с Олей — однокомнатный. Оба помещения со всеми удобствами, небольшими кухнями, полностью меблированные, оборудованные бытовой техникой. Очень удобные, уютные. Оставив Тимохина с женой, Крымов напомнил Александру:
— В 8.00 буду ждать в машине у входа. Прошу не опаздывать!
Татьяна обратилась к полковнику:
— Вадим Петрович, по-моему?
Крымов улыбнулся:
— Для вас можно просто Вадим! А так — да, Вадим Петрович!
— Вадим! Вы сейчас уедете, наверняка надолго. Мы с мамой обойдемся, а вот Оле надо бы позавтракать.
— Я понял! Все предусмотрено! Завтрак будет доставлен в номера в 8.30.
— Спасибо!
— Не за что! Обустраивайтесь.
Полковник вышел из номера.
Татьяна подошла к мужу:
— Саш! Мне что-то тревожно! У тебя не возникнут неприятности?
— Ну, что ты! Все будет хорошо, мы же среди своих.
— Да! И за забором с колючей проволокой! Как в тюрьме с благоустроенной гостиницей. Ты когда-нибудь был здесь? Знаешь, что это за городок?
Тимохин отрицательно покачал головой:
— Нет, Танюш! Здесь я не бывал. Но, судя по всему, это закрытый поселок с повышенным режимом охраны. В таких обычно живут семьи офицеров отрядов или групп специального назначения… но об этом поговорим позже. Если возникнет необходимость. Возможно, нам предстоит жить здесь, но не исключено, что данная гостиница — временное пристанище. Думаю, все будет зависеть от результатов разговора с Феофановым. Его содержание просчитать не удастся, а посему и голову ломать незачем. Ты устраивайся, маму с дочкой проведай, узнай, как они, а я займусь собой. Ты же слышала, к 8.00 я должен быть в порядке и готовности убыть на прием к генералу.
— Да, да, конечно! Я не буду тебе мешать!
— Меня особо не жди. Вернусь, никуда не денусь. После завтрака отдыхайте, благо здесь для отдыха созданы все условия.
— А почему Олю поселили с мамой?
Александр улыбнулся:
— Сама не догадываешься?
— А? В этом смысле? Какое у тебя предусмотрительное и заботливое начальство!
— Ты права! Этого у него не отнять!
В 7.55 Тимохин, поцеловав Татьяну, вышел из гостиницы. Возле входа присел на скамью, закурил. Несмотря на бессонные сутки и пережитое в Городе, Тимохин выглядел свежо. Он сумел заставить себя сосредоточиться, забыть об усталости, сконцентрироваться. «Волга» подошла к гостинице в 7.59!
Крымов, также побритый, указал Тимохину на заднюю дверь:
— Карета подана! А шеф уже ждет нас! Звонил.
Александр устроился на заднем сиденье. Черная «Волга» вышла за территорию режимного объекта. Тимохин спросил:
— Вадим! Что ждать от Феофанова?
Полковник пожал плечами:
— Не знаю! Всего, чего угодно! Кроме, пожалуй, сдачи правоохранительным органам. Уж этого генерал не допустит точно!
— Давно ли он стал генералом?
— Как только возглавил управление!
— А как ты так быстро от майора до полковника дослужился?
— Сам себе звания не присваивал.
— Это понятно, и все же?
— Ну, что тебе ответить? Должности получал, а к ним звания. И не так уж и быстро! Сам-то в каком звании закончил службу?
— В звании майора!
— Вот, и это в начале девяностых, так?
— Ну и что?
— А в группе имел старлея! Тоже неплохую карьеру сделал, как расформировали «Фергану»!
— Да! Неплохую! Дали майора, а следом коленом под зад! Сокращение штатов, видишь ли! Короче, бери шинель, вали домой. Без пенсии на «гражданку». А на «гражданке» — безработица! И семья!
— Но ты-то сумел устроиться?
— И чем это кончилось?
— Могло быть гораздо хуже!
— Могло! До сих пор не могу понять, как сорвался. И откуда этих гондонов озабоченных на аллею вынесло. Если бы не они, менты ни хрена на меня не вышли бы!
Крымов согласно кивнул:
— Да, у них на тебя ничего не было. Но не забывай, тебя пас человек Службы. И если б не случай в парке, то мы с тобой встретились бы в ближайшее воскресенье. 19-го числа. При других, понятно, обстоятельствах, но встретились бы обязательно.
— Какие из этого делать выводы? Я вдруг заинтересовал вашу Службу?
— Выводы делай, какие хочешь. Службу ты заинтересовал, как только начал войну с Мирзой, но встретиться я хотел с тобой просто как бывший сослуживец. Или нам нечего вспомнить?
— Да, вспомнить есть что, а главное — кого! В Афганистане группа отработала свое лихо! И что важно, без потерь. Обидно, что сейчас до этого никому никакого дела нет. Ордена, что кровью доставались, на рынке, как редиску, продают! И хотя не за ордена и медали мы воевали, но все же обидно. Зайди на кладбище. И сравни, какие памятники бандитам ставят, а какие тем, кто в Афгане голову сложил. И станет ясно, в какой мы стране стали жить, Крым!
Полковник заметил:
— А ты, Саня, стареть начал, брюзжать!
— Забрюзжишь тут. Иногда не брюзжать, Крым, а выть раненым шакалом хочется. Только что-то в жизни наладится — раз, и находится ублюдок или шобла ублюдков, стремящихся сломать твою жизнь. Или это у меня одного непруха такая?
— Да, нет, Саш, к сожалению, не у тебя одного. Далеко не у одного тебя, но… разговоры в стороны, подъезжаем.
Тимохин посмотрел в окно, и тут же водитель свернул с шоссе на узкую асфальтированную дорогу, уходящую в лес. Он успел заметить дорожный знак, указывающий на то, что данная дорога ведет к деревне Вольня. Но спрашивать ничего не стал. Проехав озеро, «Волга» свернула налево и в 8.57 въехала на территорию одинокой усадьбы, гармонично вписывающейся в лесной массив. Остановилась у большого двухэтажного коттеджа.
Крымов с Тимохиным вышли из машины. Откуда-то со стороны появился молодой человек в штатском, кивнул Крымову:
— С приездом вас, Вадим Петрович.
Полковник ответил:
— Здравствуй, Володя. У нас все по плану?