Тайная лаборатория

В 1.30 Долтон вошел в гостиную. И сразу увидел бардак в главной комнате. На столе бутылки, обертки от шоколада, переполненная пепельница. На диване — тело! Это уже интересно. Террорист подошел к дивану. Увидел безмятежно спящую, накрытую пледом жену академика. Это был неожиданный подарок. Но почему она спит здесь, а не в спальне и похрапывает? Не так, как люди в обычном сне, а словно находится под наркозом. Или под воздействием какого-нибудь другого препарата. Долтон стянул с нее плед. Увидел совершенно голое тело, не реагирующее ни на что. Да, супругу Стебрина усыпили. Почему? Не потому ли, что она устроила пьянку, а затем и дебош? Стебрин вполне мог подсыпать супруге сильнодействующее снотворное. Но почему она голая? Может, старый развратник, вырубив женщину, пару раз отымел ее? Но следов спермы не видно. Впрочем, ее могло и не быть. Да и не важно это. Важно другое: у Долтона появилось прикрытие на случай засады в квартире. Хотя та ничем не выдавала себя. Пока! Долтон подошел к двери, прислушался. И тут же до него донеслось скрежетание отмычки в одном из замков основной, металлической двери.

К работе точно по графику приступила Милли. Он выждал минуту и вышел в коридор. В квартире находился охранник. ФСБ выставила засаду. Но пассивную, так, на всякий случай. И если бы они с Милли пошли на объект по прямой, через дверь, то… оказались бы в лапах русской безопасности. Охранник стоял к бандиту спиной. Вновь Долтону повезло. А вот фээсбэшнику на этот раз нет. Долтон медленно, держа пистолет двумя руками, поднял ствол, нацелив в затылок охраннику.

В то время, когда Долтон совершал спуск с крыши на лоджию охраняемой подполковником квартиры, Александр заканчивал сборку почищенного им штатного «ПМ». Собирал пистолет, находясь на кухне. Он привел его в боевую готовность, вставил магазин, передернул затворную раму, и этого не слышал Долтон, поставил ствол на предохранитель. Взглянул на часы. 1.30. Хотел закурить, но неожиданно услышал скрежетание в замке входной двери. Тут же вскочил, подняв вверх пистолет. Бесшумно прошел в прихожую. Оттуда осмотрел коридор, прислушался. Слышен был лишь осторожный скрежет в замке. Он понял: кто-то пытается открыть дверь. Вопрос, кто? Террористы, пришедшие по душу Стебрина, или неудачно решившиеся на ограбление местные бандиты? Но те обычно работают днем, в отсутствие хозяев. Быстро, без шума, не обращая внимания на сигнализацию, так как управляются с делом до прибытия дежурного наряда. Да и шпана мелкая в квартиру, где находятся люди, не полезет. В это время. Значит, террористы? Но почему работают так грубо? А главное, достаточно долго. Создается впечатление, что отмычкой просто шевелят сердечник замка. Но тогда, тогда это отвлекающий маневр? Отвлекающий от чего? От проникновения в квартиру подельника с улицы? И тут Тимохин скорее почувствовал, нежели услышал, присутствие постороннего за спиной. Александр рухнул на пол одновременно с тем, как Долтон выстрелил. Пуля впилась в кожаную обшивку двери. Тимохин в ответ выстрелил, перекатившись за стену прихожей и нажав тревожную кнопку, посылая сигнал вызова дежурной группы спецназа.

Стрелял Тимохин вслепую, поэтому и пуля его не достигла цели, а ушла в ванную.

Долтон отпрянул в гостиную.

Черт! Похоже, русские выставили здесь профи. С ним надо кончать. И как можно быстрее. Он наверняка уже вызвал поддержку. Вот только каким образом это сделать?

Он крикнул:

— Эй, ты! У меня в гостиной дамочка на диване. У тебя выбор. Либо бросаешь оружие, при этом я гарантирую тебе жизнь, либо я валю сучку!

Александр промолчал.

Долтон вновь выкрикнул:

— Ты оглох?

В ответ — тишина.

Тимохин ждал. У террористов не так много времени. Еще где-то минут десять. Потом дом заблокирует спецназ, и бандитам уже не уйти. Но жену Стебрина один из террористов убить может. И убьет. Прикрываться ею бесполезно. Выйти из квартиры еще успеет, а потом его срежет снайпер. И это террористы понимают. Что предпримут? Вариант один — нападение. Значит, бандиты будут действовать. Но и Тимохин не собирается до прибытия групп поддержки сидеть сложа руки. Лишь бы Стебрин не натворил глупостей. А тот как раз и совершил грубейшую ошибку. Академику спрятаться бы под кроватью, за шкафом, где угодно, а он, услышав выстрел вышел в коридор.

Тимохин отреагировал на его выход мгновенно. Он вскочил и рванулся к двери гостиной. По физиономии Стебрина понял, что академик видит террориста. А тот видит академика. И сейчас должен прозвучать роковой выстрел. Александр метнулся к противоположной стене. На секунду зацепил взглядом направленный на академика глушитель. Нажал на спусковой крючок. Оглушительный в ночи выстрел «ПМ» и хлопок ствола с глушителем прозвучали одновременно. Но пуля, выпущенная подполковником, ударила в дверной косяк, выбив из него щепы дерева. Что в последнее мгновение заставило руку Долтона дернуться. Посему его заряд задел лишь ухо академика. Стебрин вскричал и отпрыгнул назад. А из комнаты за ним прыгнул террорист, на лету выпустив две пули в сторону Тимохина. Они ударили в стену в каких-то миллиметрах от головы Александра, успевшего выстрелить в ответ по летящей через коридор фигуре. И его пуля попала в цель. Долтон, упав в спальне, вскочил и тут же почувствовал жгучую боль в правом боку. Его рубашка обагрилась кровью. А рука, державшая ствол, начала неметь. Он перехватил пистолет, но Стебрина не увидел. Тот исчез. Скорей всего выскочил на балкон. Но черт с ним, не уйдет, а вот проклятый охранник, все же всадивший в него заряд, рядом. И сейчас он — главная цель.

Долтон, превозмогая боль, бросился к стене. Встал слева от двери. Тимохин просчитал ход террориста. Да тому ничего другого не оставалось. Поэтому сблизился со спальней, передвигаясь вдоль стены коридора. И Александр чувствовал дыхание бандита. В голове билась мысль: что со Стебриным? Убил его террорист или академик сообразил спрятаться? Должен был спрятаться. Тимохин и террорист выжидали. Но если у Александра было время ждать, то у Долтона его не было. Поэтому Тимохин тихо опустился на корточки. И он вновь поступил верно. Раненый Долтон не выдержал, да и ждать ему было нельзя. Он прыгнул в коридор, одновременно выстрелив туда, где секунды назад стоял Александр. Пули угодили в картину. Александр же выстрелил снизу. Долтон по инерции еще раз перевернулся и уперся спиной в стену, задергавшись в судорогах. Пуля Тимохина угодила ему в висок.

Александр поднялся, крикнул в спальную комнату:

— Стебрин! Это я, подполковник, вы живы?

Откуда-то из глубины, из застекленного балкона донеслось: