Тайная лаборатория

Потапов, Крымов и Тимохин выполнили распоряжение начальника.

— Значит, интересуетесь, чем будем заниматься сейчас? А по-моему, все ясно, готовиться к работе в Лагосе.

Тимохин заметил:

— Это если подтвердится информация, что Андорина перетащили именно туда.

Генерал взглянул на Александра:

— У тебя по этому поводу есть сомнения?

— А у вас нет? Не кажется ли вам, товарищ генерал, что Кумати как бы специально ведет нас в Лагос? Он что, не мог убрать свидетелей по-другому? Тихо, незаметно, дабы пусть и на время, но надежно замести следы. Что же вместо этого делает террорист? Валит всех своих подельников, да так, что об этом узнают не только спецслужбы, но и все, кому не лень.

Феофанов спросил:

— Но сказал же Казаков, что таков стиль работы Кумати.

— Странный стиль, не находите? Замести следы, указывая путь своего отхода.

— Ну… что имеем, то имеем. Ты считаешь, Кумати играет с нами?

— Не знаю! Возможно, он болен манией величия, переполнен самоуверенности, убежден в собственной непогрешимости.

Крымов добавил:

— Или уверен в том, что в Лагосе, даже узнай мы о местонахождении Андорина, нам ничего не светит.

Тимохин усмехнулся:

— А нам и так в джунглях ничего не светит. Мы не имеем никакой практики работы в условиях тропического леса. Да что там практики, мы и теоретически не готовы к действиям в Лагосе.

Феофанов поднял указательный палец правой руки:

— Вот! Вот вам и ответ, чем заниматься в ближайшие дни. Изучать материалы по Лагосу. Дабы знать, что представляют собой эти джунгли, какая опасность в них таится, животный мир, особенно те особи фауны, что потенциально могут представлять угрозу. Рельеф местности, особенности реки Монг, климат. Короче, загрузить мозг всем, что может пригодиться в Лагосе. Независимо от того, будем мы там работать или нет.

Потапов поднялся:

— А я просто дурею от нашей системы безопасности. И бдительности тех лиц, что отвечают за эту безопасность. Безопасность и элементарный порядок. Террористы похищают известного профессора и его невесту. Готовят, отмечу, не в тайнике, а открыто вагон для переправки их через всю страну, цепляют вагон к составу. Отцепляют, где захотят. Устраивают пожары, свободно выходят в открытый океан, минуя пограничный заслон. Что происходит?

Тимохин усмехнулся:

— Ничего особенного. Просто сейчас у нас в России можно все и вся купить. Были бы деньги. А деньги у террористов есть. Вот и покупают чиновников. Тем же до фени национальная безопасность государства. Для них это пустой звук, а вот баксы в карманах — совсем другое дело. Железнодорожников купили, пограничников купили, а с наемниками вообще никаких проблем. Желающих быстро срубить «бабло» хоть отбавляй. И тем совершенно без разницы, каким путем. Хищением, грабежом, убийством, предательством. Все средства хороши ради денег. Вот и получаем мы проблему за проблемой. А что, интересно, станет со страной, если еще и мы бросим все к чертовой матери и пойдем заколачивать деньги? Уж нас-то везде возьмут на работу.

Феофанов ударил кулаком по столу:

— А ну, отставить пустые базары! Чего заводитесь? Еще будет время завестись. А сейчас, Крымов с Тимохиным, езжайте в городок, заскочив по пути в штаб управления, где возьмете весь имеющийся материал по Индокитаю. И готовиться к работе в Лагосе. Но так, чтобы ни одна посторонняя душа не узнала о вашей подготовке. Все! Свободны! Как до конца прояснится обстановка, я вас вызову. И не надейтесь на долгое безделие. Чует мое сердце, ситуация взорвется скоро и, как всегда, неожиданно. Так что держать себя в повышенной готовности. Себя и своих подчиненных. До связи!

Крымов с Тимохиным поднялись, вышли из кабинета, а затем и из здания резиденции.

Закурили. Крымов спросил:

— И что обо всем услышанном ты думаешь, Саня?

Тимохин ответил серьезно:

— То, что нам действительно совсем скоро предстоит работать в этом богом забытом Лагосе.

— Хреновый вариант.

Александр согласился:

— Да, Крым, хуже не придумаешь. Но ничего не поделаешь. Тропики так тропики. Поэтому нам на самом деле нужно как можно больше узнать о том, что реально представляет собой Лагос.

— Тогда едем в штаб управления?

— Да! В штаб!

Южный Лагос. Вторник, 27 марта. 10.00 местного времени

Старый баркас, отчаянно колотя поршнями давно отработавшего свой положенный моторесурс дизеля, медленно поднимался вверх по течению мутной реки Монг. Март для Лагоса — время жаркой погоды. Зной держится до мая. С мая начинается сезон дождей. Но жарко только днем, ночью прохладно. В 10.00 температура поднялась до +28. Из трюма в рубку судна, каким-то чудом державшегося на плаву, поднялся Кумати. Обратился к капитану:

— Вайдон! Долго нам еще тащиться до горы?

— Нет, господин. Уже недолго. Еще часа два, если, конечно, ничего не произойдет!

— А что может произойти?

— Не нравится мне, как дизель работает. Может заглохнуть.

Кумати вспылил:

— Так какого черта вы выходили в устье на этом старом корыте?

— Где ж лучше взять?

— Что, Саясон не мог купить новый баркас?

— Не знаю! Это у него спросите. Я к Саясону доступа не имею. Мне сказали, плыви в устье. Я поплыл.

— А если дизель заглохнет?

— Прибьемся к берегу, бросим якорь, будем ждать!

— Чего?

— Когда кто-нибудь поможет!

— Черт бы вас, идиотов, побрал. И что вы за народ, Вайдон? Меланхолики. У тебя жену из-под носа уводить будут — ты и пальцем не пошевелишь!

— Пусть уводят. Другую найду.

— А дети?

— Другая жена еще родит детей!

Кумати покачал головой:

— Да, у меня просто нет слов!

— Когда нет слов, человек молчит. Когда человек молчит, это хорошо. Шума меньше. Не зря же старики молчат. Они мудрые, думают!

— О чем им думать?

— О! Они знают, о чем! А нас это не касается!

— Ты вот что, Вайдон, моли своего бога, чтобы баркас благополучно дошел до горы. Иначе я пристрелю тебя!

Капитан шхуны вздохнул:

— Нить человеческой жизни тонка, ее оборвать может любой. А умирать все равно когда-нибудь придется. Так какая разница, сейчас или через двадцать лет?

Кумати сплюнул на пол рубки:

— Тьфу! Проще с деревом общаться, чем с тобой, Вайдон! Философ тоже мне. Думай, если есть чем. Одно помни — чтобы через два часа мы были у горы.

— Хорошо, господин!