Страница 56 из 133
Глава 19. Ахейя
Поднимаясь по лестнице в свой коридор, Ахейя кипела от гнева. Все тело было в таком напряжении, что казалось, будто она сейчас взорвется. Ее трясло – частично от голода, но в основном оттого, что Ариок довел ее до предела, а потом ушел. Нужно было побыть наедине с собой, перевести дыхание, успокоиться, но, когда она открыла дверь своей спальни, оказалось, что к ней явилась незваная гостья.
– О Боги, вот и ты, наконец! – раздался громкий, веселый голос.
Голос принадлежал женщине-нефилиму, которая стояла в ногах кровати Ахейи и держала в руках какую-то сверкающую одежду.
Она выглядела прекрасно; длинные зеленые волосы были заплетены в косы, спускавшиеся ниже талии, белая кожа была украшена таким обилием татуировок, что на теле не оставалось свободного места. Тонкие узоры были вытатуированы даже на переносице. Женщина была одета в черное платье, на котором сверкало множество золотых украшений. Сияли изумрудно-зеленые глаза, обрамленные густо накрашенными ресницами и черными стрелками.
– Ой… – растерянно пробормотала Ахейя. – Я не думала…
– Да, следовало подождать в коридоре, но мне сказали, что ты будешь в комнате. Чтобы выбрать платье. – Ее глаза буквально вспыхнули, и Ахейя заподозрила, что за этим энтузиазмом скрывается что-то еще. – Но когда оказалось, что тебя нет, я решила пока разложить их на кровати, чтобы ты могла посмотреть.
– Это для сегодняшнего вечера? – спросила Ахейя, подойдя к кровати и ощупывая дорогие ткани.
– Да.
Ахейя нахмурилась.
– Ты давно меня ждешь?
– Довольно давно.
«Он заранее все это спланировал…»
– Как тебя зовут? – спросила Ахейя.
– Каримэ. Только, прошу тебя, не называй меня так – если тебе придется каждый раз выговаривать мое полное имя, думаю, ты меня скоро возненавидишь. Кар будет вполне достаточно.
Ахейя медленно вдохнула, выдохнула, чувствуя, как постепенно спадает напряжение. К несчастью, со спокойствием пришла легкая паника. Она понятия не имела, чего ожидать от сегодняшнего вечера, не знала, что нужно от нее Ариоку, почему он приказал ей прийти… хотя нет, знала. По-видимому, у него были какие-то политические причины продемонстрировать ее, но последствия этой демонстрации пугали ее.
– Какая-то ты бледная. – Нефилим наклонила голову набок, наморщила лоб, и темно-зеленые волосы упали ей на глаза.
– Я всегда бледная, – ответила Ахейя, садясь на кровать.
– Ага… кстати, какого черта он заставил тебя надеть белое… белый цвет тебе совершенно не идет, дорогая.
Ахейя чуть не вытаращила глаза, услышав эти дерзкие слова, произнесенные певучим, легкомысленным голосом. Уже очень давно с ней не разговаривали нормальным тоном – не мрачным, не угрожающим, не жестким.
– Что ты такое? – спросила Ахейя и рассмеялась.
Женщина-нефилим пожала плечами; при этом золотые цепочки, браслеты и серьги мелодично зазвенели.
– Я… – Она в задумчивости постучала пальцем по подбородку. – Я – воплощение божественной энергии. Я влюблена в цвета, и еще я – самое важное существо в этом мире. – Она подмигнула. – Но у меня такое ощущение, что ты спрашивала не об этом.
Она села рядом с Ахейей, взяла ее руку и слегка сжала. Что-то было в этой женщине приятное и располагающее, и поэтому жест показался Ахейе вполне естественным, как будто они знали друг друга много лет.
– Я левиафан, но в то же время я эмпат, и от этой твоей тревоги у меня мурашки бегут по коже.
Ахейя покачала головой.
– Я…
– Нет-нет, не волнуйся. – Кар ободряюще похлопала Ахейю по руке. – Ты будешь выглядеть отлично.
– Вообще-то меня не это тревожит, – произнесла Ахейя, на секунду закрыв глаза.
Открыв их, она увидела, что Кар смотрит на нее в упор, очень серьезно, как будто решила ненадолго отказаться от присущей ей беззаботности.
– Львы не боятся волков, – сказала она.
Это было произнесено сильным, уверенным голосом, и слова эмпата заставили Ахейю задуматься о том, скольких волков ей приходилось встречать за свою жизнь.
– А как насчет других львов? – спросила Ахейя.
– Если ты с Ариоком, других львов рядом не будет. – Каримэ улыбнулась, и ее глаза превратились в щелочки. – О-о, вот это уже совершенно другая эмоция. – Ее улыбка стала еще шире, она прикусила нижнюю губу, изучая лицо Ахейи. – Поосторожнее со всеми этими чувствами.
– Он забрал мою душу. Я не могу это контролировать, – с раздражением произнесла Ахейя.
– Хм-м… – Левиафан ухмыльнулась, хитро блеснула глазами. – Ну хорошо, а теперь иди и прими ванну. Но сначала… Боги, как же здесь темно.
Каримэ подошла к двери и провела ладонью по стене, словно пытаясь нащупать что-то. Когда она нашла то, что искала, то изобразила на камне какой-то символ. И в этот момент на потолке, по периметру комнаты, вспыхнули огни. Ахейя вскрикнула. Это была не просто какая-то там энергия; это было самое настоящее пламя.
– Послушай, покажи мне, что ты сейчас сделала. – Ахейя улыбнулась, чувствуя, как в комнате становится теплее.
Кар протянула руку и, когда Ахейя подошла к ней, взяла ее кисть и провела ее пальцами вдоль стены у двери.
– Чувствуешь?
Бороздка между двумя каменными плитами была теплой и мягкой на ощупь, и Ахейя заметила, что она была немного светлее стены; ее было довольно трудно заметить. Пламя взревело, когда она провела рукой вниз, и почти погасло, когда сделала жест в противоположном направлении.
Ахейя с досадой покачала головой, обнаружив такой же «выключатель» в ванной комнате. Когда под потолком вспыхнуло пламя, она смогла, наконец, рассмотреть помещение. Подошла к душевой кабине и остановилась перед полками со склянками, среди которых шарила в темноте в день своего появления в Алхире. Баночки были наполнены жидким мылом и шампунями, разными парфюмами, и на каждой обнаружилась этикетка с надписью, сделанной от руки. Банка, которую Ахейя взяла в прошлый раз, была из черного стекла; на этикетке было написано название пряности, о которой она никогда не слышала.
Ахейя быстро приняла душ, на этот раз нашла в шкафчике под раковиной пушистое полотенце и завернулась в него. Когда она вышла из ванной, пришлось прикрыть рукой глаза – казалось, что солнце в упор светит ей в лицо. Она даже приоткрыла рот от изумления, разглядывая разложенные и развешанные на кровати, на спинках кресел, на дверцах шкафа платья из тонкого шелка, кружева и тюля.