Страница 46 из 87
Черная магия
Черная магия
Лиля сидела в пустом зале кофейни и разрывалась между удовлетворением от проделанной работы и неверием в реальность происходящего.
Войцех все-таки сделал это — сумел заполучить помещение на первом этаже их дома! И это заняло у него меньше недели. Именно это достижение, совершенно невероятное в современном мире, окончательно убедило Лилю в том, что он — великий колдун. Все остальное, включая его внезапное появление на берегу реки и почтенный возраст, меркло на фоне победы над представителями городских властей в самых разных сферах.
Лиля оценивала составленную на скорую руку смету, проверяла внесенные туда траты и планировала остальные — те, которые должны быть сделаны еще до открытия заведения. Каждый раз, бросая взгляд в бланки документов, она качала головой, видя название — ООО “Черная магия”, под которым Войцех зарегистрировал свою кофейню. Учитывая обстоятельства, такая игра слов казалась ей бравадой и ребячеством, но она не могла не оценить иронию. Разумеется, для посетителей “черная магия” будет подразумевать волшебный вкус черного кофе, а истинную суть будут знать только они четверо.
Она в который раз оглядела зал, не уставая удивляться, как много уже сделано. В первую очередь, конечно, мебель: столы, диванчики, кресла. Все это было в винтажном ретро стиле, но смотрелось очень гармонично и уютно. Светильники на потолке, стилизованные под кованые люстры со свечами, с которых свисали искусственные ветви и цветы, снизу почти неотличимые от живых.
Рабочие заканчивали монтировать стеклянные витрины для десертов, а сам Войцех был поглощен изучением возможностей недавно привезенной кофемашины. Консультант заливался соловьем, показывая различные техники и премудрости управления кофейным агрегатом.
Зазвонил мобильник Войцеха, которым древний маг обзавелся сразу после решения открыть кофейню. Очевидно, надумал окончательно играть по правилам современности. Надо отдать Войцеху должное, освоение любых современных технологий давалось ему очень легко. Он даже не трудился удивляться в стиле “до чего дошел прогресс”, а просто начинал пользоваться тем или иным новшеством, которое даже в девяностые годы прошлого века показалось бы фантастикой. Лиля подозревала, что и тут не обошлось без магии. Взять хотя бы тот же Excel. Лиля помнила, как долго и мучительно айтишники обучали Надежду Геннадьевну, а Войцех уже через четверть часа с легкостью управлялся с таблицами.
— Да? — Войцех взял трубку, продолжая внимательно следить за консультантом, который демонстрировал систему очистки. — Хорошо. Сможете подъехать ко входу? Ребята примут и занесут. — Лилечка, — обратился он уже к ней. — Сейчас доставят посуду. Ту самую, которую выбрали вы с Варенькой. Сможешь оценить состояние и принять по накладным?
— Смогу, — кивнула она.
Вообще-то сказать, что посуду выбирали они с Варенькой, было явным преувеличением. Выбирала Варенька. Ее вкус куда больше совпадал со старомодными представлениями Войцеха о прекрасном. Лиля же участвовала в выборе, чтобы не дать этим двоим выбрать что-то непомерно дорогое и выйти за рамки бюджета. Она уже поняла, что колдун обладает довольно впечатляющими средствами, но это не повод пускать их на ветер.
Рабочие оставили витрины и пошли принимать коробки с посудой. Лиле пришлось к ним присоединиться. Она вскрывала каждую коробку и проверяла целостность и комплектность чашек, блюдец, тарелок. Дизайн посуды на ее взгляд был слишком вычурным: все эти цветочки, позолота, изящно выгнутые ручки чашек. По мнению Лили такая посуда больше годилась для семейного чаепития, чем для кофейни. Но Войцеху уж очень хотелось воспроизвести атмосферу минских кофеен “его молодости”, то есть начала двадцатого века. Разумеется, Варенька была в полнейшем восторге от этой идеи.
И ни один из этих упертых эстетов не подумал о том, что такая не в меру красивая посуда совершенно непрактична. Фарфор слишком тонкий, особенно у чашек. Такую можно в руках раздавить, сжав чуть посильнее, а уж как они будут биться…
Лиля вздохнула и продолжила осмотр. В конце концов, сохранность посуды и процветание кофейни — не ее забота. Хочет Войцех транжирить свое непонятно откуда откопанное золото — его дело. Если он прогорит, то в этом точно не будет ее вины. Впрочем, кто его знает, может, он умеет склеивать разбитые чашки магией? Или наложит на них заклятие неразбиваемости?
Прием посуды занял куда больше времени, чем она рассчитывала, и к концу Лиля чувствовала, что по-настоящему устала. Куда больше, чем от привычной работы с цифрами.
— Я устала, — пожаловалась она Войцеху, с облегчением присаживаясь на диванчик.
— Что, считать чашки с тарелками сложнее, чем расход и прибыль? — на его наглом лице не было ни капли угрызений совести.
— Однозначно. До конца сегодняшнего дня я неработоспособна.
— Сделать тебе кофе, душа моя? Как раз опробую новые навыки в деле.
— Вообще-то я предпочитаю чай, — проворчала Лиля. — Но, так и быть, кофе сойдет. Жаль, что десерты еще не поставляют.
— Могу отправить кого-нибудь в “Галерею”, — предложил Войцех. — В “Булочках” есть пирожные.
— Да ладно, не надо, — она милостиво махнула рукой. — Все равно скоро Никита меня заберет. Мы с ним собирались куда-нибудь зайти поужинать.
— О, тот самый Никита, — Войцех заговорщицки подмигнул. — Давно хочу на него взглянуть.
— И зачем тебе на него глядеть? — насторожилась Лиля.
— Интересно, кто похитил сердце ведьмы.
— Ой ладно, какая из меня ведьма? Давай-ка лучше, неси мне кофе. Только послаще и молока побольше.
— Значит, латте, — кивнул сам себе Войцех и направился к кофемашине.
— Небось в твое время и слов-то таких не знали?
— Не знали, — подтвердил он. — Но не думай, что в минских кофейнях не было разнообразия. Само собой, речь о временах до революции, потом все действительно стало однообразно и тоскливо, хотя кое-где хорошо варили кофе даже в советские времена. Старая школа.
— Серьезно? — удивилась Лиля. — И что же подавали в дореволюционных кофейнях, кроме обычного черного кофе? Кофе с молоком? Кофе со сливками?
— Не только, — Войцех говорил, попутно управляясь с кофемашиной, как будто полжизни работал бариста. — В Минске очень популярен был кофе по-венски со взбитыми сливками. Сказывалась близость Европы. А еще кофе по-турецки.
— Сказывалась близость Азии? — не удержалась Лиля.