Штормбрейкер

Комната погружается в хаос: люди одновременно пытаются протиснуться ближе к телу и в то же время отойти подальше. Я проталкиваюсь сквозь толпу, скользя в промежутках между людьми, пока не оказываюсь у двери.

Я оглядываюсь назад. Я не должна уходить в такое время, но кто-нибудь с этим разберется. У нас есть уборщики для подобных инцидентов, да и слишком много людей уже путаются под ногами.

Тихо улизнув, я взлетаю на несколько этажей вверх и распахиваю дверь в пентхаус моих родителей, только чтобы обнаружить, что он пуст. Должно быть, они ушли в один из своих любимых шикарных ресторанов с друзьями. По крайней мере, мне не нужно объяснять, почему я уже дома.

Я направляюсь в свою спальню, которая по-прежнему обставлена так, будто мне все еще десять лет: с кружевными белыми простынями, подушками и балдахином с оборками. По крайней мере, мягкие игрушки я раздала, хотя оставила своего любимого коричневого мишку Тедди, чтобы он сидел на комоде и приглядывал за мной.

Мне только что исполнилось девятнадцать, но с ним я чувствую себя в безопасности.

Я запираю за собой дверь и сбрасываю туфли, прежде чем осторожно прокрасться по мягкому белому ковру. Даже в собственном доме я стараюсь никогда не занимать слишком много места.

Вцепившись в оконную раму, я фокусирую взгляд на далекой точке, где, я знаю, будет ждать генерал Сол.

Ветер воет, сотрясая фундамент. Я замечаю фигуру, бегущую по площади далеко внизу, и прижимаю руку к стеклу, мысленно подгоняя их бежать в укрытие.

Мгновение спустя еще одна вспышка озаряет небо. Линии энергии расходятся, сливаясь воедино при ударе о тротуар и отскакивая в виде характерной плазменной дуги. Она распространяется, поглощая фигуру в граде Искр, прежде чем тот спотыкается и падает лицом вниз на мостовую — мертвый.

Я давлюсь тихим всхлипом, прежде чем поднять глаза, чтобы увидеть генерала Сол, позолоченную аметистовым светом.

Она стоит на вершине Цитадели, ее длинные волосы развеваются на ветру.

Она слишком далеко, чтобы разглядеть детали, но я знаю, что на ней ее обычная форма. Облегающая черная кожа с головы до пят, с крошечными пуговицами, идущими вдоль голенищ сапог, и шнуровкой крест-накрест, затянутой на спине.

Ее темный силуэт показывает, что она стоит с распростертыми руками и лицом, поднятым вверх, словно предлагает себя небу. Вспышки Искры ударяют в ее протянутые руки и трещат по всему телу, на мгновение освещая яркую прядь в ее волосах.

Она — единственный официальный Хранитель Искр Нового Манхэттена. Века эволюции в мире, терзаемом яростными электромагнитными силами, выработали у таких людей, как она, иммунитет к их смертоносному воздействию.

Раньше в наших границах жило больше таких Хранителей, как она, но их связь с Искрой сводила их с ума и толкала на насилие. Они оказались слишком опасны, чтобы существовать.

Без генерала Сол мы были бы потеряны.

Каждый раз, когда погода портится, она мчится на свой пост, собирая мощь шторма, чтобы питать городские генераторы.

Еще одно облако разрывается над небом, но генерал готова. Я смотрю, как она собирает следующий удар, а затем касается десятков светящихся узлов, окружающих ее кругом. Огни загораются в отдаленной части города, которая не наслаждается роскошью постоянного электричества.

Здесь, в одной из башен Дома Фиама, мы получаем стабильную энергию, пока не иссякают генераторы. Но никогда не проходит много времени до начала следующего шторма.

Я открываю окно, готовясь к порыву ветра.

Он дергает меня за волосы, когда я подаюсь вперед, вглядываясь вниз, в освещенные окна квартиры Арденов, но здесь я надежно скрыта в тенях. Протянув руку, я выставляю ладонь и тяну пальцы к небу.

Я всматриваюсь вверх, ожидая, надеясь. Ветер обжигает щеки и заставляет глаза слезиться, но я должна быть терпелива.

Затем это случается.

Очередная яркая вспышка посылает разряд Искры, несущийся ко мне, словно в замедленной съемке.

Он ударяет в мою ладонь, и я пытаюсь сделать еще один глубокий вдох, пока мое тело поглощает заряд. Прозрачная плазменная дуга окутывает меня, Искра с треском бежит вверх по руке, охватывая плечи, грудь, бедра и ноги.

Мои глаза трепещут и закрываются, пока электричество разрывает меня изнутри, поджаривая органы, обжигая вены, выжигая нервы. Мой разум искажается, зубы стучат, мысли путаются, пока я держусь из последних сил, заставляя себя пройти сквозь эту боль.

Я никогда не знаю, сколько это длится. Иногда кажется, что часы. Иногда — годы.

Но проходит не больше минуты или двух, прежде чем я могу открыть глаза. Кости и кожа ноют. Корни волос и десны отзываются болью.

Пузырь исчез, но я все еще дрожу, глядя вниз, чтобы полюбоваться фиолетовыми искрами, танцующими на моей одежде и коже. Я подхожу к зеркалу на нетвердых ногах, чтобы насладиться эффектом. Словно я окружена танцующими светлячками. Словно я фея из другого мира. Это не магия, но ощущается именно так.

Поворачиваясь влево и вправо, я продолжаю наблюдать, как искры танцуют вверх-вниз по моим рукам и мерцают в волосах. В конце концов, мое дыхание выравнивается. Дрожь проходит, когда эффект сменяется с резонирующих импульсов на эйфорию, которой я так жажду. Теперь я парю.

Каждый раз, когда я делаю это, часть меня исчезает.

Я не могу объяснить это, но чувствую, как оно медленно отламывает нечто фундаментальное внутри.

Неправильно принимать это.

Но сопротивляться — все равно что решить не дышать.

Я хотела бы поделиться этим с кем-то. Но не могу.

На самом деле, пройдет еще несколько часов, прежде чем я буду готова показаться кому-либо вообще, поэтому я снова устраиваюсь у окна, каждые несколько секунд проверяя искры.

Пока я жду, я смотрю наружу, наблюдая за нашим лидером и ее потрясающей силой.

Правда в том, что генерал Никсия Сол — не единственный живой Хранитель Искр в Новом Манхэттене.

Но это секрет, о котором никто никогда не должен узнать.