Штормбрейкер

— Я стану Истребителем, — с гордостью заявляет она. — Они ищут новобранцев и сказали, что помогут мне пройти тесты, если я соглашусь записаться к ним.

— Истребителем? — переспрашиваю я, и мой голос звучит глухо. — Но… почему?

— Фиама поставила на мне крест, По. Девон сказал, что у меня почти нет шансов. — Ее глаза наполняются слезами. — Я должна была это сделать.

— Но твоя семья все равно отречется от тебя!

— Я знаю, но это все равно лучше, чем альтернатива, — отвечает она. — По крайней мере, я остаюсь в Обществе.

— Да, но ты будешь… — я даже не могу заставить себя произнести это вслух. Моя лучшая подруга хочет вступить в ряды монстров, которые охотятся на людей и убивают их.

На таких, как я.

— В чем Неприятность? — спрашивает она. — Я всё уладила! Мы обе можем вступить в Арию вместе. Это же идеально!

Я откидываюсь назад.

— Трин, я не собираюсь вступать в Арию. С чего ты это взяла?

— Твой первый тест… — говорит она. — Ты проходила отбор в Дом Ария!

— Я знаю, но это была ошибка. Я должна вступить в Фиаму. Ты же знаешь.

Часть ее энтузиазма угасает, когда она понимает, что я говорю серьезно.

— Трин, ты ведь не думала, что…

— Что с тобой случилось? — раздается другой голос. Это Нокс. Его глаза расширяются, когда он оглядывает меня с ног до головы.

— Я проходила второй тест, — отвечаю я. Встречаюсь взглядом с Тринити, которая, похоже, только сейчас замечает кровь, хотя я уверена, что не заметить ее было трудно.

Нокс делает шаг ближе, нависая надо мной.

— Что произошло?

Я выпрямляюсь и прислоняюсь к стене.

— Ты же знаешь, я не могу об этом говорить.

Он бы все равно не понял, почему я так поступила.

— Поэт, ты прошла тест Дома Фиама?

Я чувствую, что Тринити тоже ждет моего ответа.

Она и правда думала, что нашла идеальное решение своих проблем.

Я никогда не была так благодарна за то, что нам запрещено разглашать детали инициации.

Когда я отказываюсь отвечать, Нокс садится по другую сторону от меня. — Поэт, мы поженимся через несколько лет; ты можешь мне сказать. Я все равно скоро узнаю.

Я вздыхаю и зажимаю переносицу, отчего рана на лбу начинает ныть.

— Погоди, а что ты здесь делаешь, если только что закончила тест? — спрашивает он следом.

Теперь его выражение лица становится подозрительным, когда он складывает два и два.

Я плотно сжимаю губы.

— Жду Девона и Стиви.

— Зачем?

Мой взгляд смещается в сторону, и я уверена, что выглядела бы более виноватой, только если бы очень постаралась. Нокс хватает меня за подбородок и разворачивает мое лицо к себе.

— Что они делают? — требует он ответа. — Почему ты их ждешь?

Я вырываюсь из его захвата.

— Просто так.

— Поэт…

— Им нужно было обсудить мои результаты.

Эти слова срываются с губ, и я тут же жалею о них.

Глаза Нокса вспыхивают, он рычит: «Да твою ж мать, что произошло…»

Дверь в комнату открывается, спасая меня от его расспросов. Несколько человек выходят наружу, сжимая в руках маски.

— Они примут тебя сейчас, — говорит Анан. По его тону я не могу понять, в какой глубокой яме я оказалась. Впрочем, я вскакиваю, благодарная за шанс уклониться от расспросов Нокса и Тринити.

Я не оглядываюсь, проскальзываю мимо Анана и вхожу в комнату.

Девон и Стиви стоят посреди гостиной, оформленной в изумрудных и золотых тонах.

— Закрой дверь, — говорит Девон. Я оборачиваюсь, чтобы выполнить его просьбу, а затем смотрю в пол, заставляя себя снова взглянуть на них.

— Подойди, — говорит Девон. Я сжимаю руки и делаю несколько осторожных шагов по плюшевому ковру; сердце бешено колотится в висках.

— Ты действительно усложнила нам жизнь сегодня вечером, — говорит Девон.

Я не отвечаю. Не думаю, что он ждет ответа.

— Но мы обсудили это с канцлером Марксом и генералом Сол.

Он бросает взгляд на Стиви, и та продолжает: «Твой тест завершается этим — что ты выбираешь, Поэт Грейвс: Дом Фиама, Дом твоего наследия, Дом, которым управляет твой отец, или Дом Ария, Дом, для которого ты никогда не предназначалась?»

Я моргаю, совершенно сбитая с толку.

Несмотря на их заверения, что выбор за мной, я не ожидала, что меня действительно спросят, чего хочу я сама.

— Вы позволяете мне выбирать? Меня не выгонят?

Девон вздыхает и качает головой. — По всей видимости. Таков наш приказ. Твой брат был хорошим парнем и был очень высокого мнения о тебе. Я не уверен, почему ты делаешь все это, но я также знаю, что ты не из тех, кто действует безрассудно, и у тебя могут быть… свои причины.

Его взгляд скользит к дверному проему, где, как я полагаю, все еще ждет Нокс, и я задаюсь вопросом, понимает ли он.

— К тому же, генерал не хочет мешать тебе вступить в Штормовую стражу, — добавляет он. — Технически, ты сделала то, о чем мы просили — мы никогда не говорили, что ты не можешь спасти их обоих.

— Честно говоря, мы никогда не думали, что кто-то на это пойдет, — говорит Стиви, осматривая меня с головы до ног с тем, что похоже на нотку восхищения.

Я делаю глубокий вдох.

Они позволяют мне выбирать.

Я не могу решить, подарок это или минное поле, потому что, каков бы ни был мой выбор, винить я смогу только себя.

В мыслях проносится многое.

Мой отец и его предостережения, в первую очередь. То, как он угрожал мне в кабинете декана Уизерса.

Он может потерять все, если я сделаю это.

Если я не присягну Фиаме, Нокс женится на Уинтер Дженкинс.

Я понимаю, что он имел в виду это как угрозу, но теперь, когда передо мной этот выбор, это превращается в спасательный круг. Шанс на побег.

Уинтер хочет его.

По какой-то причине.

А амбиции моего отца никогда не были моей обязанностью.

Может быть, если бы он спросил меня хоть раз. Может быть, если бы ему хоть немного было важно, чего хочу я.

Он всегда утверждал, что он единственный человек, подходящий на роль наследника Фиамы. Единственный, у кого хватает духу делать то, что нужно для нашей защиты. Но теперь я видела, на что он действительно способен, и, возможно, Фиаме было бы даже лучше в чьих-то других руках.

Я думаю о Тринити, моей лучшей подруге, которая так долго защищала меня и оберегала. Она была со мной через всё. Я вспоминаю выражение ее лица всего минуту назад, когда она думала, что нашла будущее, в котором сможет быть счастлива, несмотря на свои ошибки.