Страница 31 из 130
Была только Николь, требующая ответов. Был только Логан, потягивающий пиво и делающий вид, что ему совсем неинтересно. Пока наконец он не поднялся со стула и не кивнул ей в сторону дома.
— Да к чёрту всё, — сказал он. — Пойдём. Идём со мной.
Они поднялись наверх. Логан шёл на полшага впереди, а Николь рассматривала всё вокруг.
Потёртые голые стены лестничной клетки. Расшатанные, выцветшие сосновые перила. Ковровую дорожку на ступенях, которая наверху переходила в небольшую площадку со стиральной и сушильной машинами и двумя закрытыми дверями. Одна из них была слегка приоткрыта — виднелся уголок его спальни.
Вторая, как сообщил Логан, когда она вошла, была его кабинетом.
Хотя, если честно, вся комната больше напоминала кладовку: старый раскладной диван, письменный стол, несколько гантелей. Ролик для миофасциального массажа, туристическое снаряжение. Коробки из-под обуви — одна доверху набита старыми медалями с забегов. Остальные — пустые. Просто мусор. У стены ещё стояла прислонённая в рамке фотография горы Рейнир, и Николь невольно усмехнулась. Ей стало интересно, сколько времени он уже собирается её повесить.
— Ты привёл меня сюда, чтобы доказать, какой ты любитель природы? Потому что я и так знаю, что ты ездишь на Subaru, и…
— Николь, — сказал он. — Перестань говорить. Иди сюда.
Она сглотнула и сделала несколько шагов вперёд. Логан распахнул скрипучие складные дверцы шкафа и кивнул на нижнюю полку.
Между висящим гидрокостюмом и красной лыжной курткой стояли две коробки без крышек, доверху заполненные книгами. Наспех сложенными, зачитанными, с загнутыми уголками страниц.
Николь опустилась на колени. Она провела пальцами по потрёпанным обложкам и растрескавшимся корешкам книг, пока Логан молча стоял рядом.
«Под алыми небесами». «Фрэнни и Зуи». «Стирание». «Мужчины без женщин». «Белые зубы»…
Все они были здесь.
— Я всё ещё работаю над твоим списком, — сказал он.
Николь кивнула. Сердце колотилось. Мысли кружились вихрем.
Она взяла с полки экземпляр «Чёрная орхидея», пролистала страницы с загнутыми уголками, которые так приятно было держать в руках, провела пальцами по нескольким словам, а затем аккуратно поставила книгу на место.
Он их читал.
Он действительно их читал.
— Знаю, о чём ты сейчас думаешь, — сказал Логан.
— Правда?
— Ага. — Он улыбнулся. — Что мне пора купить Kindle.
Когда Логан и Николь наконец подошли к её машине, было уже почти полночь.
Тёмно-синее небо оставалось всё таким же приглушённым, всё таким же сонным. Они попрощались ещё минут двадцать назад, но оставалось обсудить столько важных вещей: димсамы, Duck Hunt и то, что Логан думает о Three Nights in August («Да пошли „Кабс“!»), «Нормальные люди» («Да пошёл к чёрту весь этот год в Швеции!») и «Мосте в Терабитию» («Да пошла ты, что заставила меня снова это читать!»).
Николь могла бы заниматься этим вечно.
— То есть ты считаешь, что «Американскую пастораль» мне лучше вообще пропустить? — спросил он, засунув руки в карманы и переступая с ноги на ногу на прохладном потрескавшемся тротуаре.
Его рубашка была выпущена наружу. Над головой мигал фонарь, а месяц висел в небе тонким серпом, словно давно уснул.
— Ну да. То есть книга потрясающая. Тебе точно понравится всё, что связано с Линдоном Джонсоном — вся эта история. Уотергейт, Вьетнам. Но она очень тяжёлая. Очень одинокая. После неё гарантирован книжный отходняк, понимаешь? Так что потом сразу придётся подсунуть тебе какой-нибудь любовный роман. Чтобы восстановить баланс.
— Ты всегда так делаешь, Миссури?
— Именно так, — сказала Николь, глядя на него. Пытаясь забыть, как ей нравилось слышать это прозвище. Как ей нравилось стоять рядом с ним на пустой улице глубокой ночью и говорить ни о чём. Говорить о книгах.
— Ты всегда была такой? — спросил он.
— Ботанкой? Книжной маньячкой?
Логан кивнул.
— Наверное. Знаешь это чувство, когда читаешь и будто паришь? Ты чувствуешь ноги под одеялом, чувствуешь страницы под пальцами, но тебя как будто здесь нет. Ты где-то посередине — между собственной кроватью и другим миром. Всё смешивается, и ты просто… зависаешь. Просто… нигде.
Логан молча смотрел на неё.
— Боже… Ну и человек же ты.
— Ага, — сказала Николь, вытягивая выбившуюся нитку из толстовки. — Книжная шлюха.
— Я бы выразился совсем иначе.
Николь сморщила нос, взялась за ручку дверцы машины, а потом снова повернулась к нему.
— Логан?
— Что?
Она обхватила себя за локти.
— Я хотела поговорить с тобой… о том, что было раньше.
— Это насчёт всех сюжетных дыр в «Матрице»? Потому что все знают, что ужин Сайфера с агентом Смитом вообще не имеет никакого смысла. Сайфер никак не мог попасть в Матрицу самостоятельно. Иногда приходится просто принять условности, Николь. Уж ты-то должна это понимать.
Она с трудом сдержала смех.
— Нет, не про твой дурацкий фильм. Это важно.
— Хорошо, — сказал он, сразу став серьезнее. — Что случилось?
Она знала такого Логана — серьёзного. Её всегда поражало, как быстро он превращался… вот в этого взрослого человека. Настоящего мужчину. Она видела это в тот первый вечер у него на кухне, потом — в прошлую субботу на пляже. Вчера — у неё на крыльце. И, конечно, почти три года назад, когда он нашёл её в офисном коридоре — согнувшуюся пополам, застывшую на месте.
— Я… эм…
Он молча ждал.
Она крепче обхватила себя руками, затем медленно выдохнула.
— Мне кажется, тебе стоит добавить в рацион побольше цитрусовых, — сказала она. — А то ещё цингу заработаешь.