Страница 99 из 125
Глава 31. Приступ
Так пролетели пара месяцев.
Народ, хлынувший в деревню, временно утихомирился и потек уже более спокойным потоком.
Сдоба моя прижилась у Лене. Мы даже стали менять ее. Сделали меню на все дни недели и раз в месяц решили его менять, за исключением сильно полюбившихся рецептов.
У меня появилось некоторое количество денег, которые я потратила, чтобы восстановить запас необходимых артефактов, трав и подобного в дорогу. Все же мало ли что? За годы я поняла, что готовой нужно быть всегда. Часто случается что-то непредвиденное, и бежать приходится неожиданно.
Йохан продолжал работать, но у него поток срочного тоже закончился. И это я поняла крайне неожиданно.
В один из дней он просто не пришел ужинать. Обычно уж что-что, а поесть он не забывал, поэтому я накинула верхнюю одежду и пошла в кузню.
Картина мне открылась откровенно печальная. Оказалось, что часть бочонков, стоящих на складе, с алкоголем. Один из них был приоткрыт. Запах рядом стоял такой резкий, что меня от запаха крепкого спирта чуть не снесло. Сама чуть не опьянела.
Смутные подозрения наполнили мою душу. Я подняла с пола какую-то доску и пошла по направлению к месту работы мага.
Он нашелся и правда там. Пьяный в хлам настолько, что спал сидя, привалившись к наковальне спиной. Перед ним стояло небольшое ведёрко с жидкостью на самом дне и маленький ковшичек, плавающий в остатках. Рядом сиротливо валялся хвост сушеной рыбы. От всего этого логично разило спиртом.
Вот тебе и раз. А староста только вчера мне по секрету порадовался, что кузнец целый месяц не чудит. Когда такое было, он и не помнит. Как сглазил!
Я присела рядом с Йоханом. Он так и сидел в кожаном переднике и штанах на голое тело. Весь вымазанный в чем-то.
Тихо отставила и передвинула ведёрко, прихватила огрызок рыбы и вынесла на улицу.
Вернулась снова. Ну не оставлять же его так? Сейчас тут жара, но огонь он погасил. На улице хороший минус уже. Замёрзнет же. Донести — не донесу. Да даже не доведу. Что делать?
А если так?
— Йо-охан, милый, просыпайся! — тихо, мягко позвала я, проводя пальцами по его щеке.
Медведь только громко всхрапнул и продолжил спать. Не работает. Так, ладно. А если иначе? Он говорил, что, когда сам в отключке, мишка за него отвечает.
— Миша-а! Миш-а-а! Пойдем домой, хороший мой. Пойдем в кроватку?
На это глаза мага открылись, и он посмотрел на меня слегка светящимися желтыми глазами. Он качнулся, вдохнул поглубже, будто принюхался… и резко дёрнул меня к себе. Я не удержалась и свалилась на него, словно тряпичная кукла. Стало страшно. Да, я могла бы отбиться, но не хочется навредить ему. Поэтому, облизнув губы, я снова позвала:
— Миш-а! Перекинься. Пойдем в кроватку! — жёлтые глаза, как сообразила я, это, должно быть, знак того, что зверь управляет человеком. Да и вместо ногтей на руках выросли когти. Мишка на удивление оказался внимательным. Хоть прижимал и сильно, но действовал аккуратно. Ни царапины.
— Ррр! — раздалось над ухом. Затем снова, уже более грозно. Я замерла, осмотрелась — вроде никого. Аккуратно выбралась и опустилась на колени рядом.
— Миш-а-а! Пошли в кроватку! Пойдем спать! — предприняла я ещё одну попытку, и тут меня осенило.
— Хочешь кушать? Пойдем покушаем! Я там мяска приготовила. Потушила с морковкой и сметаной, как ты любишь! Мм-м! — причмокнула я в конце.
Мишка на это, казалось, взбодрился и даже поднялся. Я сняла с мага фартук и повела к верхней одежде, которая висела у входной двери. Накинула, как смогла. Все это время медведь мне не помогал, просто смотрел, периодически рыча и показывая, какие у него большие белые зубы. Клыки у него, к слову, тоже стали сильно крупнее, чем когда он в человеческой ипостаси.
Когда же я запахнула на нем куртку, он снова меня схватил и прижал, жадно вдыхая запах и обдавая диким амбре.
— Йохан, хватит! От тебя воняет! — взмолилась я, но мишка только ниже спустился по моему телу и уткнулся в грудь носом. Провёл им по коже, довольно облизнулся… и прикусил. Лёгкое «Ах» сорвалось с губ. Затем втянул сосок и снова прикусил. Жар пронёсся по телу.
Он делал это не больно, но о-о-очень ощутимо.
— Ну нет! Совсем обнаглел! — рявкнула я. — Если уж что и будет, то я бы хотела, чтобы ты был трезв и в сознании!
Я со всей силы шлёпнула его по лицу. Мишка отпрянул, перехватил мою руку… обнюхал. Всё ещё удерживая меня другой. Но безобразничать прекратил, что радует.
А потом… отпустил. Взял за руку и, покачиваясь, повёл в сторону дома.
Оказавшись внутри сам же помог снять с меня куртку — точнее, вытряхнул меня из неё, — а затем принялся раздеваться сам. Медленно. Не отрывая взгляда от моего лица.
Точно не доживу до весны!
В этот момент с глухим скрипом распахнулась входная дверь, видимо, не захлопнулась за нами как следует. В комнату вошёл… Адриан.
Что он тут делает?!
— Ты что тут делаешь? — не удержалась я.
Поведение медведя уже отошло на задний план.
— Это ты что тут делаешь? — закричал он. — Я, значит, лечусь, валяюсь из-за тебя весь переломанный, а она тут милуется с оборотнями! — взорвался он, буквально кипя от возмущения. — Ты бы ещё там, на снегу легла с ним или в кузне! Чего мелочиться?!
— Ты совсем обнаглел?! — рявкнула я. — Это не твое дело, с кем я и как! И вообще нечего вынюхивать!
Объяснять ситуацию расхотелось напрочь. После такого наезда. Я ему ничего не должна. Я ему не жена и не подружка!
Что-либо ответить Адриан не успел. На него набросился Йохан — уже в медвежьем виде — ринулся на него и отбросил в сторону, грозно зарычав. Воздух завихрился, Адриан перелетел через комнату и впечатался в стену. Полотно над ним качнулось, и в воздухе раздался звон.
Артефакт!
На меня напал ужас. Главное — артефакт. Как иначе жители будут без него?!
Я подбежала к Адриану. Он ударился сильно, спиной, но был вполне цел. Помогая ему подняться, краем глаза заметила на полу пару золотистых чешуек. Хотела быстро спрятать их ногой, но Адриан — не зря шпион — успел их заметить и тут же схватил одну.
— Что это? — с азартом первооткрывателя выдохнул он, сжимая находку в пальцах.
Плохо. Очень плохо.
— Не трогай. Это очень опасный артефакт. Его нельзя трогать, — выпалила я, и только потом поняла, что сказала лишнего.
Адриан мгновенно оттолкнул меня, задрал полотно и уставился на яйцо. Но дальше изучать его не успел — Йохан снова ринулся на него, рыча и сверкая глазами.