Страница 40 из 125
— Ну вот. Это маленькие обезьянки, что могут вырасти размером 30 сантиметров с учётом хвоста максимум. У них очень пушистый хвост и щеки с более длинной шерстью. Такие меховые милашки. Ещё они хороший проводник магии. Могут подстраховать в сложных ритуалах, — Фантис замолчал на секунду, а потом перешёл на заговорщический шёпот: — А если взять совсем малыша, то он может при наличии ума и сопутствующей удачи, и фамильяром стать. Но это у одних из самых сильных магов из наших.
— И ты хочешь стать таким магом?
— Конечно. Все хотят.
— Ясно. Мне такое не светит, — с грустью я вздохнула.
— Да—а… Не повезло. Но если Титус сказал, что это обратимо, значить это так и есть. Он хорошо видит такие вещи. Да и есть у него прямо чуйка на подобное.
— Фантис, так что по поводу кровати? — решила я свернуть болезненную тему и вернуть к главному.
— Да, да. Сейчас, — обернулся сатирёнок к противоположному углу комнаты, вскинул руки и застыл. Потом снова посмотрел на меня:
— Слушай, а тебе прям кровать надо? Гамак подойдет?
— Подойдёт и гамак. Правда, я в них никогда не спала.
— Тебе понравится. В них качаться можно и вообще повыше они. Да и… если честно, кровати у меня пока не очень получаются, — признался он, почесав один из своих ещё небольших рожек.
— Тогда давай гамак. Надеюсь, смогу в нем уснуть.
— Если нет, то постараюсь и сделаю кровать. Как смогу, — серьёзно пообещал он.
И мы, наконец, разошлись в разные стороны. Он — плести гамак, я — мыться.
Задёрнула ткань, отделяющую умывальню, поставила свою корзинку и только собиралась раздеваться, как вдруг поняла: здесь всего лишь небольшой деревянный тазик и зеркальце. А откуда воду брать?
— Фантис, а воду как набирать? — крикнула я.
— Нажми на фиолетовую веточку. Мыльный корень у чаши лежит, — донеслось в ответ.
Разделась, подошла к той самой ветке, точнее к длинному тонкому листу с завитушкой на конце. Резко подо мной земля запружинила. Я напряглась и посмотрела вниз. Подо мной оказался мягкий упругий мох, и он, как мягкая перина, качается из стороны в сторону.
Ладно, без паники. Это же нимфы. Всего лишь нимфы. Всего лишь качающийся мох. Что страшного? Тебе уже дали магическую клятву, что доведут до Обители и позаботиться по пути. Сейчас посмотрим.
Я дернула ветку. И неожиданно сверху, прямо из листовой воронки, полилась чистая ледяная вода целым потоком. Я завизжала и отскочила.
— Что случилось? — Фантис метнулся к шторке. — Помощь нужна?
— Нет!! Просто… Фантис, а вода всегда такая ледяная, как айсберг?!
— Да. Это же подводные ключи. Дома у нас есть теплые источники, а тут приходится так.
— А нельзя никак сделать потеплее?
— Эм… я могу нагреть воду, но ее надо набрать во что-то. Давай я тебе тогда бочку или ванну сделаю.
— Если можешь, я буду признательна, — вздохнула я, стараясь успокоиться. Не мой дом, а ему и так хорошо было.
— Это мигом. Это я умею. Подожди минуту, ты пока накинь что-нибудь. Мне к тебе зайти надо тогда сплести ванну. Да и воду на расстоянии я греть не умею.
Я накинула грязную рубашку и встала в ожидании.
— Я готова. Заходи.
Фантис вошёл, подошёл к стене, где до этого текла вода, вскинул руки и начал что-то шептать. Прошло несколько секунд и прямо из земли появился тоненький маленький росточек, который быстро рос и увеличивался в размерах со страшной скоростью.
Через несколько минут росток вырос в большой лист, обвиваемый прочными усиками. Те оплели его снаружи, придавая жёсткость. Лист был свернут так, что образовывал нечто среднее по объему между бочкой и ванной. Я подошла ближе, провела пальцем по краю: упругий толстый лист, сквозь который всё ещё просвечивали вены и тень от моей руки.
— Как интересно, — почему-то шёпотом, под впечатлением произнесла я.
— Да? Это же элементарно, не то, что кровать, — фыркнул Фантис, а потом уже тише добавил: — Или, не приведи боги, одежда.
Затем снова заговорил вслух:
— Я стараюсь постигать магическую науку, но она кусается. Мне даётся тяжело. Приходится днями напролёт тренироваться, учиться правильно использовать заклинания.
— И долго вы учитесь?
— Всю жизнь. Но если ты об ученичестве — где-то сто лет. У кого больше, у кого меньше. Это немного, но от этого так устаешь.
Да-а-а… Не удивительно, что граф все напутал в ритуалах. У него может только половина проходила так, как он ожидал. Остальные как пойдёт. Он постоянно злился и на всех срывался. В лучшем случае они просто не срабатывали. Он их строил по книгам, которые написаны по подсмотренным ритуалам нимф, или их обмолвкам. А как именно они делаются, чувства, ощущения, сколько силы куда вливать, где больше, где меньше, он не знал. Деталей ему известно не было. А нимфы этому учатся сто лет. И это лишь основы.
Я горько подумала: права была и главная нимфа, и Титус. Мне невероятно повезло просто выжить. А то, что магия пропала это такие мелочи. И даже сильнее, чем раньше: теперь убить меня куда сложнее. Другой момент, что есть вещи и похуже смерти… Пытки, например. Ведь боль я чувствую.
А Фантис в это время продолжал, не обращая внимания на мой поникший вид.
Он тем временем уже вырастил ещё один лист, вытянутый, как жёлоб, похожий на тот, с ледяной водой. И на этом закончил.
— Смотри, вот отсюда льется вода. Видишь, — показал он на этот вытянутый листик. — Чтобы включить, нужно нажать на вот этот фиолетовый лист. Чтобы остановить поток, поставить в прежнее положение. Хотя, если забудешь, он через несколько минут вернётся в прежнее положение. Чтобы слить воду, стукни внутри у основания «ванны». Вот тут. Это можно и ногой делать.
Все инструкции сатиренок сопровождал действиями. И в конце поставил набираться ванную. Она быстро набралась до половины, и он остановил поток. Затем опустил руку в воду и закрыл глаза. Я видела, как его рука слегка засветилась красно-желтым светом, и вокруг закружили такого же цвета маленькие светлячки в воде. Пошли круги по воде, затем и парок.
— Так должно быть достаточно, — решил он. — Если слишком горячая, добавь холодной воды.
— Хорошо. Большое спасибо, Фантис, — со всей искренностью поблагодарила я.
— На здоровье. Мойся. Я пока схожу, возьму тебе что-то из одежды и одеяла, ткань для гамака.
С этими словами подросток ушел.