Страница 53 из 109
Между ними повисла тяжелая пауза, точно между стрелками во время дуэли на Диком Западе, и я бы поставила вообще все свои деньги на Рори, чья злость так и хлестала вокруг него, подобно кнуту.
Возможно, почувствовав это — то, что иррациональная, бешеная ярость подростка прямо сейчас окажется куда острее его собственного холодного высокомерия, Натаниэль слегка отступил, пренебрежительно хмыкнул и просто зашагал прочь.
Он выглядел помятым, но ни разу не убитым горем. Я охотно верила в то, что он спал, да, но ни за что на свете не поверила бы, что этот человек только что потерял двоих близких людей. В то время как у стоявшего рядом со мной Рори его колоссальная утрата была буквально высечена на лице и зажата в ладонях, стиснутых в кулаки по бокам.
— Когда ты подловил его у нас за спиной… вот это были самые настоящие безумные геймерские рефлексы в действии, — негромко произнесла я, пытаясь хоть немного его успокоить.
— Спасибо, — буркнул он и передернул плечами, что, судя по всему, оставалось его излюбленным методом коммуникации.
Я почти физически ощущала, как он с трудом сглатывает свою ярость, заталкивая её поглубже внутрь. И на случай, если я вдруг посмею забыть, что я ему не нравлюсь, как и вообще все остальные люди в этом мире прямо сейчас, он добавил:
— Наверное.
***
Мы притащили наполовину заполненные мусорные баки обратно в зал ресторана, где Рори заставил меня держать открытыми мешки для мусора, чтобы ловить лед, пока он его пересыпал. И когда мы закончили, получив десять отдельных наполовину полных пакетов для мусора, он поднял один из них.
— Ищи тех, кто горит, но всё еще жив.
Я подняла два мешка и пошла обходить зал. Какая-то плачущая женщина поманила меня жестом, а затем попросила приложить холодный пакет к лежащему рядом с ней мужчине. Подойдя ближе, я увидела, что это был совсем мальчишка. Предположительно, её сын. Он был не сильно старше Рори, если вообще старше, но если Рори являл собой чистый пример гик-культуры, то её сын явно был блестящим воплощением идеального парня — с золотистым загаром и подтянутым телосложением, как у квотербека, а также с лихорадкой как минимум под сорок один. Она перевела взгляд на меня, а затем на Рори, проходившего мимо нас со льдом для других пациентов, и я буквально физически увидела её мысль о том, насколько всё это несправедливо.
— Мне очень жаль, — произнесла я, потому что просто не знала, что еще сказать.
— Я хочу пить, — отозвался её сын.
Она снова переключила всё свое внимание на него:
— Я знаю, милый, я знаю. — Она подняла стакан с водой и соломинкой. В одно мгновение он высосал весь стакан до самого дна.
— Я всё еще хочу пить, — пожаловался он своими потрескавшимися губами, когда она убрала стакан.
— Тебе нужно сначала немного подождать. Ты не можешь пить столько, сколько тебе вздумается, у тебя сейчас голова не в порядке, понимаешь? — терпеливо объясняла женщина, едва сдерживая слезы.
— Но я так сильно хочу пить… — пожаловался мальчик, и его голос звучал хрипло и надсадно.
Я не знала, стоит ли мне остаться или уйти. Что бы я сама делала, окажись под этим столом мой собственный ребенок? Я услышала, как лед в другом пакете, который я держала, звякнул, оседая и подтаивая, что и послужило мне отличным оправданием. Я сделала им жест женщине, объясняя свой уход, попятилась назад и выпрямилась. Я отвела взгляд, потому что просто была вынуждена это сделать — и тут же наткнулась на Натаниэля, который подпирал стену ресторана, ни разу никому не помогая и в упор разглядывая меня. Я уставилась на него в ответ. Если это действительно его рук дело, я расшибусь в лепешку, но найду способ заставить его за всё заплатить.
— Эй, ледяная леди. — Мужчина в сеточке для парика щелкнул пальцами, привлекая мое внимание.
Я подошла к его стороне, пока он поднимался на ноги.
— Держи. — Он протянул мне наполовину растаявший пакет со льдом. Не зная, что еще делать, я забрала его. — Не стоит добру пропадать, — объяснил он со слезами на глазах.
Я опустила взгляд вниз. Под столом его друг обмяк и завалился вперед. Грудная клетка больше не поднималась.
— Мне очень жаль, — повторила я снова, пускай от этих слов и не было никакого толку.
Мужчина встал и прижал ладони к лицу, громко разрыдавшись. Я опустила пакеты со льдом на пол и аккуратно похлопала его по спине, изо всех сил стараясь не разрыдаться за компанию из чувства сострадания. Рори был абсолютно прав — этот зал был забит самыми настоящими зомби. Вот только зомби были вовсе не эти больные люди, а все те живые, кого они оставили после себя.
Ралука вернулась, пройдя сквозь ширмы — этакий Робин Гуд нашей не самой веселой лесной братии.
— Привет всем. Я раздобыла еще валиума, и пришло время для очередной порции ципрофлоксацина.
— Я бы не отказался от этого вот здесь. — Сидевший рядом со мной мужчина яростно сорвал с себя накладные ресницы. — Я про валиум, а не про ципрофлоксацина.