Страница 40 из 197
Глава 28.
На компактной деревянной веранде, открытой по периметру, посередине находилась барная
стойка, а вокруг неё — ряды столиков, некоторые с потрясающим видом на Карибскую лазурь. В
обеденное время здесь разворачивали «полевую кухню», и тогда в снек-баре можно было
поживиться наивкуснейшими закусками: от плавающей в масле золотистой картошки и хот-догов до
свежих овощных салатов и экзотических фруктов. А прямо сейчас ещё не отошедшие от вечерних
возлияний постояльцы, переодевшись в майки, шорты и купальники, как стая надоедливых
московских воробьёв, наперебой щебетали барменам о своих желаниях смочить горло тем или иным
напитком.
Ангелина поднялась по ступенькам, пристроилась с краю очереди, и когда молоденький
смазливый паренёк с улыбкой Криштиану Роналду игриво поинтересовался, чего изволит
божественно прекрасная, как лик Девы Марии, сеньорита, Анж, применив всё своё обаяние и
смекалку, объяснила, что хочет «Текилу Санрайз». Мальчишка в два счета соорудил названный
коктейль и протянул девушке.
— Por favor, señorita! (
«Прошу, сеньорита!» — исп.
) — торжественно
произнёс он, не спуская пламенного взгляда с её миленького личика, — Alejandro. Como te
llamas? (
«Алехандро. А как тебя зовут?» — исп.
)
Анж вытаращила глаза на бармена, но потом всё-таки сообразила, что он пытается
познакомиться с ней. Она запнулась, не зная, как правильно сказать, и наконец выдала:
— Angel (
«
Ангел
» —
англ
.
).
— Oh, Angel! You are angel of my heart! (
«О, Ангел! Ты ангел моего сердца!» —
англ.
) — воодушевился Алехандро.
И только он было хотел высказать ещё какие-то романтические домыслы, как засмущавшаяся
сеньорита, прихватив выпивку, быстро ретировалась.
Так или иначе, и как бы ей того ни хотелось, госпожа Белова не слыла страстным лингвоманом,
зато поболтать с кем-нибудь на родном языке никогда бы не отказалась. Пока длилось недолгое
знакомство с барменом, она успела заметить за одним из столиков потенциальную жертву для
общения.
Анж, мысленно потирая ручонки, подошла к Яну. Тот сидел в компании своего ноутбука и,
заткнув уши компактными наушниками, был поглощён работой с фотографиями.
— Привет! — как можно громче произнесла Анж, по возможности приветливо улыбаясь.
— Опять ты... — поднял глаза Вишневич.
Он без энтузиазма оглядел блондинку, вытащил наушники и прикрыл ноут.
— Хотя бы один день я могу иметь удовольствие не лицезреть тебя на каждом шагу?
— Вряд ли, — Ангелина, не дожидаясь приглашения, которое маловероятно прозвучало бы,
уселась рядом. — Мы ведь живём в одном отеле. И на будущее: бар на пляже — не лучшее место,
чтобы со мной не столкнуться.
Она сделала язвительную гримасу и пригубила свой напиток.
— Учту, — буркнул Ян.
— А где Лео?
— Понятия не имею, — понемногу начиная злиться, Вишневич отвернулся от собеседницы в
надежде, что та догадается прямо сейчас свалить, но не тут-то было.
— Чтобы ты знал, — закинула удочку Анж, — она мне всё рассказала. Что вы поссорились и что
давно вместе. И вот о чём я подумала...
Ян настороженно скосил глаза.
— Зачем тратить драгоценное время отпуска на какие-то разборки? — продолжала Анж. — Ну, сам
посуди: всего две недели в объятиях солнца, моря, изумительных пейзажей. Я считаю, вы должны
помириться хотя бы сейчас, чтобы банально не портить друг другу впечатления. Какой смысл
раздувать конфликт дальше, если именно сейчас у вас есть такая прекрасная возможность быть
счастливыми, несмотря ни на что?
Ян выслушал её, попутно соображая, что же именно могла рассказать Леда этой гадкой
вездесущей девчонке. Наконец он собрался с мыслями для ответа.
— Спасибо за беспокойство, но я как-нибудь сам разберусь в своей личной жизни. А где твой
носатый?
— Мой носатый, — усмехнулась Ангелина, — отдыхает на пляже. У меня всё под контролем,
спасибо за беспокойство.
— Не за что, — Ян потянулся к маленькому фарфоровому чайнику.
— А что ты пьёшь? — заинтересованно поглядела Анж на бледно-жёлтую водичку, которой
Вишневич наполнял свою чашку.
— Ромашковый чай.
— Ромашковый чай?! — блондинка прыснула смехом. — Ты серьёзно?! А на завтрак ты что ел?
Детское фруктовое пюре?!
Она от души захихикала, раззадоренная собственной шуткой.
— Слушай, — собирая истощающееся спокойствие, ровным тоном произнёс Вишневич, — я понимаю,
тебе скучно, а доставать меня тебе кажется очень увлекательным занятием, но я настоятельно
рекомендую тебе либо сменить тактику, либо старательно обходить меня за три версты, потому
как я сомневаюсь, что у тебя есть скидки в травматологии. Намёк понят?
— Ты грубиян! — выпалила, рассердившись, Ангелина. — Я вообще-то пытаюсь помирить тебя с
твоей девушкой! Практически выступаю послом доброй воли!
— Неужели? — Вишневич приподнял уголок брови. — А позволь поинтересоваться, для чего тебе
это?
— Мне лично это абсолютно не нужно! Но, как любой нормальный человек, я не могу спокойно
смотреть на страдания других людей!
— Ого!.. — усмехнулся Ян. — Кто же, по-твоему, испытывает эти страдания?
— Ну, уж никак не ты! — Анж скрестила руки на груди и надулась, как воздушный шарик. — Ни
сердца, ни души у тебя нет. Ты чёрствый, злой и грубый нахал. Я ума не приложу, как Лео
вообще тебя терпит! Однако она искренне хочет этого примирения, а тебя, по всей видимости,
только веселит её беспомощность!
Ну всё... Как говорится, держите меня семеро...