Страница 4 из 197
Глава 3.
Следом за приятелем с балкона выполз Саша.
Кажется, совсем недавно это был высокий, стройный юноша, любимец местного женского
населения, извечный хвастун и проказник, чьим чувством юмора будущая Белова восхищалась.
Даже гуляли некогда в голове её совсем не дружеские мысли на его счёт. Однако теперь Лукин
растолстел на всю ширину балконного проёма, а в когда-то густой русой шевелюре проступили
первые залысины. Он, как и раньше, много шутил, но шутки его уже не блистали остроумием и
новизной. Быть может, это Ксюша так заклевала его своей бесконечной ревностью, а может,
нежданное отцовство оставило отпечаток, или же поглощаемое ежевечерне пиво дало о себе
знать. В любом случае Саню будто подменили.
В домашних клетчатых шортах на безразмерной резинке и футболке, в которой могла бы целиком
поместиться его любимая команда «Спартак», он широким размашистым шагом приблизился к
гостям.
— А вот и я! Здорово, бояре! — громогласно возвестил Саша о своём приходе. — Царь
трапезничать желает!
— Заткнись, а? — раздражённо осекла его Ксюша. — С утра уже налакался, а я тут как папа
Карло весь день вкалываю, хотя праздник у меня, вообще-то.
— Молчи, женщина! — Лукин с размаху приземлился на диван, преградив собой любую возможность
усесться рядом. — Что у нас нынче подают на званом ужине? — не обращая внимания на
недовольство супруги, он с чавканьем стал поглощать салат. — М-м-м! Оливьешечка! Грандиозно!
— Коль, принеси, пожалуйста, стулья с кухни, — тихо попросила Ксюша, косясь на мужа и почти
не скрывая раздражения.
«Стульями» оказались две качающиеся табуретки. С боем Лукина выселила Сашу с дивана,
мужчины уселись на четырёхногие пьедесталы, а девушки всё-таки разместились на диване.
— Ну, тост, что ли, сказать надо, — первым догадался Колян. Слегка покачиваясь, он встал
из-за стола, откашлялся и заговорил: — Дорогая Ксюша! Хочу поздравить тебя с Днём Рождения.
Пусть все твои мечты сбываются, и всё такое. Ура!
Торжественно прозвенели бокалы, все выпили. И пока мальчики снова погрузились в еду, Ксюша
недоверчиво оглядывала Ангелину.
— А ты чего это пьёшь? — подозрительно заглянула она в бокал к Анж.
— Сок.
— Сок? А чё сок-то?! У нас что, выпить нечего?!
— О! — тут же встрял Саша. — Беременная, что ли?!
В этот момент Коля аж подавился.
— Да нет, я не беременная... — начала было оправдываться Белова.
— А чё тогда?! — не унимался главный шутник. — Муж «подарок» из гаража принёс?! — очевидно,
эта шутка была самой любимой и прямо-таки ждала своего коронного часа, потому что, почти
задыхаясь от смеха, Луки продолжил догадки: — Да ты не боись! Щас всё лечат!
— Саш, угомонись! — выпалила в сердцах Ксюша.
— А чё я?! Я ничё!
— Всё в порядке, не волнуйтесь, ребята! — поспешила успокоить бушующую компанию Анж. — Я же
за рулём. Нам ещё домой надо как-то добраться.
— Интересное кино! — тут же возмутился на это Лукин. — Так я думал, вы с ночёвкой. В
царских, так сказать, палатах.
— Действительно, куда вам ехать? — удивилась его жена. — Я вам вот тут матрас надую...
— Нет-нет, мы не будем вас стеснять. Мне завтра ещё на работу рано, так что мы домой, —
безапелляционно улыбаясь, объяснила Ангелина, вновь принимаясь за утопленный в майонезе
оливье.
— Опять, что ли, в свою грёбанную студию поедешь? — фыркнул Коля. Он нервно схватился за
бокал с пивом, допил содержимое до дна. — У меня завтра единственный выходной, воскресенье.
— Ты всё равно вечером собирался к друзьям, — спокойно парировала Белова. — И полдня, как
всегда, проспишь.
— Так, давайте уже о чём-нибудь позитивном! — прервала надвигающуюся ссору Ксюша. — Вы вот
вроде бы в отпуск собирались, да?
— Я лично никуда не собирался, — разливая очередную бутылку себе и другу, отозвался
Николай.
— Как это? — Лукина так и зависла на полпути до рта с порцией салата на вилке.
— Да я просто с подругой еду, — быстро отмахнулась Ангелина.
Отчего-то ей очень не хотелось развивать эту тему.
— Ого! — тут же навострила кругленькие ушки Лукина. — А куда едете?
— В Мексику... Обалденный салат! Ксюнь, хочу твой рецепт! У меня никогда такой офигенный не
получается! Как-нибудь обязательно сниму целую передачу о твоём оливье!
— Ой, ну там же всё просто, ничего такого, — Ксюша в очередной раз зарделась, но уже от
смущения. Заправляя туго накрученные жёлтые кудри за ухо, она немедленно затараторила: —
Короче, самое главное — брать именно маринованные огурцы. Все пишут «солёные», а я беру
маринованные, так вкуснее получается. И ещё, надо вот колбасу брать прямо самую дешёвую, чем
дешевле, тем круче. Вот прям самую дешёвую, какую найдёшь, поняла? Проверено неоднократно!
— Эт я не понял... — переводя взгляд с жены на гостью и обратно, неожиданно вклинился
Лукин, — куда вы едете?
— В Мексику, — ответил за супругу Николай. — Слушай, а чё мы всё пиво да пиво хлещем? Мож,
это... Водочкой шлифанём?
— Я вам дам водочкой! — спохватилась Ксюша и со злостью пихнула в плечо Сашу. — Люди вон по
Мексикам разъезжают, а ты жене только всё обещаешь четвёртый год на море слетать!
— Чё ты там не видела? У тебя даж купальника нет!
— Как это купальника нету?! — едва не свалилась с дивана Лукина.
— Да тебе минимум три лифчика надевать нужно, как в этом, в «Ну, погоди!». Там свиноматка
загорала в трёх купальниках!
Вконец охмелевший Саша ржал во весь голос, а Беловы едва сдерживали смех, потому как шутка
оказалась не только жестокой, но и правдивой. Семейство Лукиных расширялось синхронно, как с
мужской, так и с женской стороны.
Честно говоря, Ангелина жалела Ксюшу. Не то чтобы с мужем ей не повезло, или, скажем,
склонность к рубенсовским формам обуславливалась какой-то аномалией или гормональным сбоем,
но всё же, наверное, Саша мог быть помягче к жене.
И как хорошо, что её собственный муж, даже будучи мертвецки пьяным, расплёскиваясь на
заднем сиденье машины, несмотря ни на что, говорил только о том, какая великолепная,
очаровательная, прекрасная у него жена... Правда, эпитеты он подбирал чуть более скромные.
— Слышь... Анж... А-а-анж! — пахнуло зловонием из-за плеча, когда белый седан уже
сворачивал к дому.