Страница 35 из 197
Глава 25.
Ян вошёл в номер и щёлкнул выключателем. Свет не загорался. Он огляделся по сторонам и
увидел, что возле входа прикреплена небольшая коробочка с прорезью для магнитной карты.
Воткнул ключ, и только после этого освещение вспыхнуло разом во всей комнате.
Мягко говоря, номер оказался так себе: маленький, тесный, с единственной односпальной
кроватью в углу и прикроватной тумбочкой. В стену напротив был вмонтирован узкий
темно-коричневый шкаф, а внутри него располагался крохотный квадратный холодильник, куда с
трудом могли втиснуться пару банок пива.
Ванная комната тоже не впечатляла: поддон со шторкой, унитаз и микроскопическая раковина
были слеплены друг с другом впритирку. Балкон предусмотрен не был, только небольшое окно,
которое Вишневич так и не смогл открыть, промучившись с ним минут десять. Хорошо хоть есть
кондиционер, правда пульт от него то ли куда-то спрятали, то ли надо было просить отдельно,
а потому включался он с кнопки на блоке, дул неконтролируемо, и выставить нужную температуру
не представлялось возможным.
Всё это немного огорчало. Не так представлял себе Ян романтическую поездку в Мексику,
которую так долго планировал. В любом случае, получилось так, как получилось.
Он ненавидел жалобы и нытьё, считая эти явления показателями слабости и малодушия. Потому
постарался думать о том, что теперь в его распоряжении воз и маленькая тележка времени,
чтобы как следует поработать. Из Москвы в его багаже прибыл рабочий ноутбук, где целый ворох
так и не обработанного материала ждал своей очереди.
Ян быстро разобрал багаж, немногочисленный и собранный впопыхах, переставиа часы в
смартфоне на местное время. Было около часу ночи, но спать совершенно не хотелось, зато
ужасно хотелось курить. Вишневич поискал сигареты и наконец обнаружил половину пачки,
спрятанную пару месяцев назад в накладном кармане чемодана. Тогда он приняла решение бросить
пагубную привычку, однако после всех нервных встрясок желание вдохнуть в себя немного отравы
взыграло с новой силой.
Ещё раз попробовав справиться с окном, Ян пришёл к выводу, что эта затея бесполезна. И
только он собрался выйти в коридор, как телефон на тумбочке прервал её планы.
— Алло?
— Привет... — произнёс до боли знакомый голос. — Не спишь?
— Нет.
— Я тоже. Здесь так пусто и как будто холодно, мне кажется, я не смогу заснуть...
— Лео, прекрати, — сухо ответил Ян. — Я, конечно, понимаю, что спать в одиночестве для тебя
впервой, но не надо устраивать из этого трагедию. Ты уже большая девочка, справишься.
— Может, сходим вместе что-нибудь перекусить? Я немного проголодалась... — предложила
Возняк.
В её словах прозвучало столько непередаваемой, тяжёлой грусти, что Ян замялся с ответом,
долго не решаясь вновь заговорить.
— Я не хочу. Если ты хочешь — пожалуйста. Вроде бы в главном баре круглые сутки что-то
готовят. Поешь и ложись спать. Я тоже сейчас лягу.
— Хорошо... — едва слышно вздохнула Леда. — Доброй ночи...
— Доброй ночи, — Вишневич первым положил трубку.
Теперь стало ещё хуже. Настолько тягостно, тревожно, горько, что единственным способом хоть
как-то заглушить это мерзопакостное ощущение представлялась выпивка, да покрепче, да в таких
количествах, чтобы ещё сутки потом обниматься с «белым другом» и думать только о том, как бы
не сдохнуть.
Но в этот поздний час единственным местом, где подавали алкоголь, являлся тот самый бар
возле ресепшена. Возможно, Леда сейчас направится туда, а желание предотвратить эту встречу
было всё-таки сильнее желания напиться. И потому Ян, схватив пачку сигарет, вышел покурить
на общий балкон жилого корпуса.
С моря доносился шум прибоя, а влажный тропический воздух будто бы запечатывал лёгкие, ещё
не привыкшие к местному климату. Сигареты ожидаемо отсырели, но кое-как Вишневич смог
поджечь свою никотиновую дозу, чтобы в тишине, одиночестве и покое насладиться долгожданным
ядом.
— Ты чё ещё и куришь тут?! — раздался за спиной высокий голосок Ангелины. — Ты сейчас тут
всех завоняешь! — Анж уверенно вышагивала к Яну, грозно подбоченясь и сдвинув брови.
— Слушай, иди куда шла, — не имея никакого желания общаться с этой выскочкой, Ян даже не
обернулся. — Как ты там сказала? Ты меня не видела — я тебя не видел.
— Интересное кино! — не сдавалась госпожа Белова. — Ты, значит, тут травишь нормальных
людей, а я молчать должна? И не подумаю! Ещё не хватало мне дышать твоей гадостью!
Вишневич глубоко затянулся и выдохнул дым задиристой девчонке прямо в лицо.
— Вообще-то, ты сама изъявила желание подышать вместе со мной. И если ты слепая, то я
искренне сочувствую. Потому что тут стоит пепельница, соответственно, имею полное право
курить или не курить на своё усмотрение.
Анж скосила глаза и действительно увидела в углу высокий цилиндрический кувшин, который до
этого приняла за декорацию, но внутри него была установлена металлическая сетка, откуда
торчали оставленные за день бычки.
— Тебе что, трудно просто спуститься на этаж ниже, чтобы никого не раздражать? Это твоя
принципиальная позиция? — уже немного мягче проговорила она.
— А ты что у нас, принцесса на горошине, что все кругом должны тебе угождать?
— Я просто попросила... — будто бы оправдываясь, тихо сказала Ангелина.
— Нет, ты не просила, — ехидно заметил Ян. — Мне жаль, что ты не отличаешь нормальную
человеческую просьбу от хамства.
Анж стыдливо опустила глаза, потихоньку начиная сожалеть о своей резкости, тем не менее
извиняться она не собиралась. Не потому, что не чувствовала вины, а потому, что это действие
виделось ей чем-то абсолютно пустым и бесполезным: всё равно злобный пижон не оценит никаких
добрых жестов.
Ангелина некоторое время молчала, не зная, о чём беседовать дальше, и имеет ли это хоть
какой-то смысл, но всё-таки зачем-то решила заговорить.
— А чё ты не спишь? — примирительно улыбаясь, поинтересовалась она.
— Не хочу, — Ян потушил сигарету и тут же достал новую.
Белова автоматически хотела возмутиться, но передумала. Осторожно отодвинувшись в сторону,
она облокотилась на перила балкона.