Искатель 20

А где-то там, в другой части мира, Карлотта уже должна была родить нашу дочь-гарпию, благословение богини Мии. Я безумно хотел их увидеть, но не осмеливался выходить на связь с теми из своих любовниц и детей, кто остался вдали, опасаясь навести на них ищеек Малина. Мне оставалось лишь молиться Системе и богам, чтобы с ними всё было в порядке, и чтобы предупреждения, которые разослал после нападения на поместье Феникс, дошли до адресатов.

К моему огромному облегчению, часть проблемы решилась сама собой. Семья Лили и многие их друзья из Холмистого согласились перебраться на территорию Вольных Земель под защиту Каиры, прихватив с собой моего первенца Петра и Розалину.

Излишне говорить, что появление почти двух десятков сексуальных кунид в поселении стало событием года. Неженатые мужики и те, чьи жёны не чурались экспериментов, ходили с глупыми счастливыми улыбками. Похотливые куниды не испытывали недостатка в новых любовниках, жаждущих овладеть их упругими телами, а их дружелюбие и энтузиазм подняли моральный дух в поселении до небывалых высот.

Все веселились.. кроме Розы.

Моя застенчивая возлюбленная ещё раньше дала понять, что единственная причина, по которой она не прыгнула ко мне в постель сразу — это страх покинуть свой дом в Холмистом. Но раз уж бежать всё равно пришлось, она была безмерно счастлива наконец-то присоединиться к гарему. Остальные мои жёны с восторгом приняли робкую, вечно краснеющую куниды.

Правда, как и Эшли, Роза предпочитала спать одна, либо ждала, пока весь гарем уснёт, чтобы тихой мышкой скользнуть ко мне под одеяло и прижаться горячим телом, когда наступала её очередь. Чтобы ни одна из них не чувствовала себя обделённой, я иногда проводил ночи исключительно в их личных постелях.

Когда вся семья собиралась вместе, рыжеволосая кунида тихо садилась где-нибудь в уголке, качая на руках Розалину или кого-то из других малышей, которые мгновенно в неё влюбились.

Близняшки-лисицы Селина и Сияна превращали каждую мою близость с ними в настоящее поле битвы. Если я проводил вечер с Сияной, Селина могла ворваться к нам под надуманным предлогом, распахнуть халат и с вызовом заявить, что её сестра «слишком скучна» в постели. Сияна тут же вспыхивала, с рычанием выталкивала сестру за дверь и с удвоенной страстью набрасывалась на меня, желая доказать обратное. Они искренне и горячо соревновались за статус лучшей любовницы.

Лили и Роза вели себя иначе. Они прекрасно ладили с остальными девушками и спокойно относились к жизни в большой семье, но когда дело доходило до спальни, им хотелось завладеть моим нераздельным вниманием, отбросив соперничество и показные выступления. Когда наступала их очередь, они просто растворялись в ласках и отдавались процессу целиком.

Сладкая Роза не испытывала недостатка в заботе. Я наслаждался её искренней страстью, когда властно, но нежно брал её, чувствуя, как наша скромница жадно отвечает на каждое моё движение. Особенно к ней привязалась Лютик, и девушки часто проводили время за беседами, сдружившись.

Теневой крестовый поход против Малина Медобрука и его преступной империи стартовал с досадной медлительностью. Я склонился над широким столом в нашей импровизированной штаб-квартире, опираясь на него костяшками пальцев, и мрачно сверлил взглядом карту Шалина. В воздухе стоял стойкий запах старого пергамента, дешёвых чернил и свечного воска, запах бумажной рутины, от которой у меня уже сводило скулы.

Ирен, Марона и целая армия их клерков сутками просиживали за столами, пытаясь выудить хоть крупицу полезной информации из тех крох разведданных, что приносили Корвин и его шпионы-лазутчики. Мы пытались нащупать связи между легальными Конторами и Великим консорциумом «Шалин Гранд».

После полугода кропотливого труда девочки смогли распутать практически всю оргструктуру Контор, вплоть до рядовых клерков и континентальных администраторов. И каков итог? Мы смогли привязать к теневой сети Малина лишь горстку шестёрок, обычных низкоуровневых приспешников да нескольких высокоуровневых головорезов, которых этот бородатый ублюдок использовал в качестве тупых мускулов.

Ни следа Марлона, ни зацепок по Нильсе, ни намёка на того заклинателя, который спалил дотла поместье Феникс. Мы даже близко не подобрались к тому, чтобы понять, насколько плотно Малин контролирует ситуацию из тени, и кто держит для него основные узлы управления. Зато появилось гнетущее понимание: он контролирует всё, и у него неисчислимая армия союзников.

Спустя несколько месяцев этого бумажного онанизма, когда стало окончательно ясно, что бухгалтерские книги Контор вычищены до стерильного блеска и не содержат никаких следов грязных денег, я почувствовал себя полным, непроходимым кретином. Осознание ударило по мозгам внезапно, заставив меня раздражённо бросить перо на стол.

Ну, конечно! С какого перепугу Малину, криминальному гению, ворочающему миллионами, связывать свою теневую империю с легальным бизнесом напрямую? Это же элементарная логика: ни один босс не хранит лут в стартовой деревне. Легальные Конторы служили ему идеальной ширмой, и он зубами бы вгрызся в глотку любому, кто попытался бы их скомпрометировать.

— Стоп, девочки, сворачиваем эту богадельню, — объявил я тогда, обращаясь к Ирен и Мароне. — Мы ищем не там. Хватит ковыряться в «белых» Конторах, ныряем в стоки и начинаем шерстить теневой полулегальный сектор.

И мы резко переключили свой фокус расследования на невольничьи рынки, арены для подпольных боёв, загоны для разведения зверолюдей, бордели, на производителей дурманящих веществ и тех, кто крышевал торговлю выпивкой, взявшись за самые грязные, отвратительные гнойники этого мира.

И вот тут дело пошло. Вынюхать там откровенно криминальные структуры оказалось до смешного легко.

От сидения за бумагами я перешёл к полевой работе. Нацепив один из маскировочных артефактов Мариль, который надёжно скрывал мою приметную рожу, сутками бродил по смердящим мочой и гнилью улицам крупных городов, а за мной незримыми тенями скользили шпионы Ирен.

Система покорно разворачивала передо мной изнанку этого мира. Я пробирался сквозь толпу, а перед глазами всплывали идентификаторы. Если замечал ублюдка, чей класс кричал о его профессии, будь то Дуэлянт, Лазутчик, Предатель или просто человек, который явно тёрся в режиме скрытности, делал едва заметный жест рукой. Шпион Корвина тут же брал цель на мушку, а я спокойно шёл дальше, экономя время и силы.