Страница 62 из 97
напряженные взгляды, произносит она.
- Сейчас я, как глава своей собственной семьи, общаюсь с вами, как с представительницей
рода Сэйра, приехавшей в Приграничье с неизвестной мне целью, - произносит генерал,
подставляя ко мне свою пустую чашу и предлагая наполнить её. - И, поскольку вы предложили
встретиться, думаю, я имею право спросить, что вам нужно?
Выбираю чайник, игнорируя кувшин с вином. Этот выбор замечает Ализа и прочищает горло,
грациозным взмахом ладони указывая на алкоголь.
Теперь игнорирую сестрицу, продолжая ухаживать за господином.
А что делать? Мне просто не оставляют другого варианта...
Глаза Атары нужно видеть в тот момент, когда чаша генерала наполняется терпким горячим
напитком.
Итай в свою очередь взглядом предлагает моей мачехе ответить на вопрос, никак не реагируя
на содержимое, которым наполнялась его чаша.
- Вынуждена признаться, по княжеству ходит много разных слухов о вас, генерал, и о вашей
сорвавшейся помолвке. Мы с отцом Амай решили, что находиться в Приграничье на положении
наложницы - не вполне безопасно для дочери дома Сэйра...
- Что вы имеете в виду под выражением «не вполне безопасно»? Полагаете, кто-то осмелится
напасть на мою наложницу? Здесь? В Приграничье? - задаёт вопросы Итай без какой-либо
эмоциональной окраски.
- Уверена, вы не позволите такому произойти, - тут же отступает мачеха, вспомнив, с кем
разговаривает.
- В таком случае вы хотели заострить внимание на статусе Амай? - уточняет генерал, -
Полагаете, статус моей жены сделал бы её пребывание в Приграничье более безопасным? В этом
заключена ваша претензия?
- Осторожнее, тётя, - позволяет себе вступить в разговор Ализа.
Понимаю её. Если сейчас мачеха подтолкнёт генерала к решению взять меня в законные жены,
дома её ждут большие неприятности.
- Никакой претензии к её статусу здесь у нас нет и быть не может: мы же сами приняли ваши
дары и ваше предложение! - вняв замечанию дочери первого господина, загоняет себя в ловушку
третья госпожа Сэйра.
- В таком случае, я в недоумении. Какая такая причина вынудила вас примчаться в Приграничье
вперёд своего мужа и сообщить мне о своём желании забрать Амай домой? - очень медленно
спрашивает Итай и отпивает из чаши, не глядя на неё.
- Ваша невеста... - произносит мачеха собранным голосом.
- У меня нет невесты, - ровно отрезает Итай.
- Ваша бывшая невеста...
- У меня нет и бывшей невесты. Единственная девушка, которую я когда-либо выбирал - это
Амай. И она стала моей наложницей по общей договоренности. Никому другому я подарков не
отправлял, никаких иных свах не принимал и обещаний никому не давал. И в дальнейшем я прошу
вас думать прежде, чем говорить, третья госпожа Сэйра: у меня не так много терпения, как
может показаться... Несколько ваших высказываний я уже пропустил мимо ушей, во имя хороших
отношений между нашими семьями, и чтобы не расстроить Амай... но моё расположение к любимой
наложнице не будет распространяться на её семью. Вы получили выкуп за Амай и подписали
договор. Дальнейший торг не уместен. Особенно - торг из-за слухов, распространяемых кем-то
за пределами Приграничья.
Он сказал: "Любимой"?..
Я одна это услышала?
Пытаюсь поймать взгляд генерала, но тот упорно смотрит куда угодно, но только не на меня.
- Вы сказали так много... я в замешательстве. Забота о дочери не может порицаться так
сурово, - обмахивая лицо платком, отзывается мачеха.
- Если бы это была забота, вы были бы гостями моего поместья. Однако, я способен
распознавать истинные намерения в людях, третья госпожа Сэйра... именно поэтому мы с вами
сейчас сидим здесь, - отвечает Итай абсолютно спокойным голосом.
Невероятный... он невероятный.
Кто бы ещё рискнул сказать нечто подобное замужней женщине в лицо? Должно быть, именно
из-за этой честности, которую он решил продемонстрировать, из комнаты были удалены все
лишние уши.
- Хотите поговорить начистоту? - придя к тому же выводу, протягивает мачеха и кивает. -
Хорошо! Быть может, у нашего приезда в Приграничье есть не одна и не две цели... Но что
насчёт вас, генерал Ха’гон? Вы так рьяно отрицаете наличие бывшей невесты, но слухи по
княжеству распространяю не я, и не моя семья. Этим занимается ваша матушка - и не без цели!
Вам об этом известно. Но говорить на эту тему вы почему-то не стремитесь...
- Разумеется, не стремлюсь. Потому что обвинять мою мать в распространении слухов рискуете
только вы - и вам же за это нести ответственность, - бесстрастно отзывается Итай. - Правда,
я не вполне уверен в том, что вы понимаете последствия своих действий...
- Третья госпожа Сэйра оговорилась. Конечно же, она не хотела упоминать благородную госпожу
Ха’гон в таком нелестном свете! - вновь вступает в разговор Ализа, грациозным движением руки
поправляя блестящий от укладочного масла локон, служивший каймой белому маленькому уху,
украшенному позолоченными серьгами. - Тётушка переволновалась из-за встречи с таким
уважаемым генералом!
- Из слов третьей госпожи Сэйра следует, что я вовсе не так уважаем, как заметила эта
барышня, - глядя на мачеху и игнорируя Ализу, отвечает Итай.
- Что? Я не... - теряется мачеха, пытаясь оправдаться за оскорбление.
- Прошу вас, третья госпожа, позвольте Ализе вести разговор! - решаюсь перебить её,
испытывая невероятный стыд перед генералом за весь этот обед. Если и есть в мире наглядный
пример невежества, им являются представительницы моей семьи, собравшиеся в этой комнате. -
Она явно получила какие-то важные наставления от первой госпожи, раз вступает в беседу без
приглашения уже не в первый раз.
- Да как ты смеешь? - вспыхивает Ализа, испепеляя меня взглядом.
- Как она смеет - что? - уточняет Итай, внимательно посмотрев на жемчужину рода Сэйра,
растерянную от подобного заступничества. - Я не очень разбираюсь в женском этикете, но помню
из детства, что в нашей семье ни одна незамужняя дочь не имела права обращаться в таком тоне
к замужней. В вашем доме это в порядке вещей, третья госпожа Сэйра? - и он переводит взгляд
на мачеху.
- Извинись, Ализа! Твоя сестра - замужняя! - цедит та.