Страница 182 из 256
62. Убедительные отцы
ДЖОННИ
Шаннон винила меня в том, что произошло сегодня. Я знал это, а хуже всего было то, что она была права. Это моя вина. Они сделали это с ней из-за меня. Я провожал ее взглядом, когда она уходила из школы с братом, отлично понимая, что должен вмешаться и сказать что-то, чтобы все исправить, но не находил слов. Я не знал, как все исправить.
Боже мой, я так психовал, что чувствовал безумие на вкус.
Я поехал на тренировку, только чтобы не сидеть дома наедине со своими мыслями и не чувствовать себя бесполезным. Я не мог справиться со своей яростью. Ни на чем не мог сосредоточиться. Во время тренировки я думал только о Шаннон. И на физиотерапии тоже. Я не мог выбросить Шаннон из головы. У меня оставалось чуть больше четырех дней на подготовку к самой важной встрече в моей жизни, и я все равно не мог сосредоточиться на игре.
Долбаная Белла.
Я понимал, что напрасно отпустил Шаннон домой с Дарреном, но что я мог сделать, кроме как запихнуть ее в мою машину и уехать? Она сказала, что хочет поехать с ним. Это была ложь. Шаннон никогда не хотела возвращаться домой.
Меня одолевали сомнения; это было непривычно, и от этого я нервничал и, как обычно, опять стал загоняться. Я снова спорил сам с собой. Мой мозг работал слишком быстро, и я воображал себе всякие ужасы в бешеном темпе. Обычно я контролировал все с помощью рутины и дисциплины, но только не сегодня. Утренний телефонный звонок, а потом то, что случилось в школе, ввергли меня в водоворот. Все перепуталось, мои серые клеточки отказывали, я сомневался буквально во всем.
Когда я наконец остановился позади нашего дома, чуть позже девяти вечера, во мне все еще бурлила энергия. Не важно, сколько кругов я пробежал, сколько передач сделал, ничто из этого не успокоило ярость, пылавшую во мне.
Злой и взбудораженный, я схватил с пассажирского сиденья сумку с формой и быстро вошел в дом. Единственным моим намерением было съесть все, что успела приготовить мама. Но аппетит пропал, и я сбился с шага, войдя в кухню и увидев Джоуи, который сидел у стола, опустив голову на руки. Мама сидела на табурете напротив него.
Я задержался в дверях и смотрел, как мама придвинула к нему чашку.
Джоуи не взял ее.
— Думаю, это важно, Джоуи, – сказала мама тоном, которым обычно успокаивала нас, когда мы были детьми. Нас – это меня и Гибси, потому что он был мне как брат. – И я думаю, ты тоже важен.
— Ошибаетесь, – ответил Джоуи; он говорил так тихо, что мне пришлось напрячься, чтобы расслышать его. Недоверчивый и усталый, он посмотрел на чашку кофе перед собой и стиснул зубы. – Просто оставьте это.
— Джоуи, – мягко заговорила мама, – ты прошел очень длинный путь, милый. Может, пора уже передохнуть и позволить кому-то другому нести твой груз?
Молчание.
— Позволь помочь тебе.
Снова молчание.
— Позволь спасти тебя, Джоуи.
— Вы не можете, – с трудом выговорил он, щелкая костяшками пальцев. – Спасать уже нечего, миссис Кавана. Так что просто остановитесь.
Кашлянув, я бросил сумку на пол и вошел.
— Тебя выпустили.
— Ага, – пробормотал Джоуи, не трудясь поднять голову.
— Ох, милый, ты вернулся.. – Мама одарила меня улыбкой, но с какой-то опаской. – Как тренировка?
Я уставился на нее. Блин, дело плохо. Она никогда не спрашивала о тренировках.
— Отлично, – устало ответил я. – Что тут происходит?
— Ты проголодался, Джонни? – спросила она, игнорируя мой вопрос, и пошла к плите. – Я приготовила ростбиф с перечным соусом.
Качнув головой, я подошел к столу и выдвинул табурет.
— Ох, ничего себе.. – пробормотал я, увидев, что правый глаз Джоуи распух. – Кормак хорошо тебе врезал.
— Ага, и я тебе тоже неплохо, – огрызнулся он, показывая на мою распухшую губу. – Извини. – Скривившись, он добавил: – Слабые навыки коммуникации.
Я отмахнулся:
— Ладно, а сейчас в чем дело?
— Я немного в дерьме, Кав, – с бесстрастным видом произнес Джоуи. – Вот в чем дело.
— Ну да, это я понял. – Я оперся локтями о мраморную столешницу и вгляделся в его замкнутое лицо. – Тебе что, предъявляют обвинение?
— Никаких обвинений не будет, – уверенно ответила за него мама. – Твой отец все уладил.
Я вскинул брови:
— Он тебя снял с крючка?
Джоуи растерянно пожал плечами.
— Похоже на то. – Он бросил на меня странный взгляд, и клянусь, я увидел в его глазах страх, прежде чем завеса упала и он отвернулся. – Если верить твоим родителям.
— А где твоя мама? – спросил я, готовясь к резкому отпору, который мог последовать за подобным вопросом. – Она приезжала за тобой в полицию?
Джоуи посмотрел на меня, и я прочитал его взгляд: «Ты сам-то как думаешь, мудила?» Меня переполнило сочувствие.
— Она работает, – коротко объяснил Джоуи. – Не дозвонились.
— Звонил директор Туми! – провозгласил папа, врываясь в кухню с телефоном в руке. – Совет школы вечером провел экстренное собрание.
Я напрягся.
— И что?
— И Белла не вернется в Томмен, чтобы закончить этот школьный год, – ответил папа.
Джоуи шумно, нервно выдохнул:
— Слава богу!
— Ей позволят сдать выпускные экзамены в одной из местных школ, но в Томмене ее не ждут. Ее шкафчик освободили, телефон отобрали, все фотографии Шаннон стерли, – объяснил папа, кладя собственный телефон в карман. – Наташа О’Салливан и Келли Данн отстранены от занятий на неделю за участие в инциденте – хотя по просьбе Шаннон и после долгого обсуждения обеим девушкам позволят вернуться в Томмен после наказания и разрешат сдать там экзамены.
— Отстой! – одновременно рявкнули мы с Джоуи – и тут же посмотрели друг на друга и нахмурились.
— Спокойнее, ребята! – сказал папа. – Это хороший результат.
Мама подала ему кофе, и он поцеловал ее в щеку, прежде чем снова обратиться к нам.
— Исключите эмоции из уравнения и посмотрите на результат трезво: это победа.
— А Кормак? – спросил я, уставившись на отца. – Как ты от него отбился? Он прямо горел желанием выдвинуть обвинения..
Папа подмигнул:
— Я нашел убедительные доводы.
— Ну, блин.. – Я был впечатлен. – Напомни как-нибудь, чтобы я никогда не выступал против тебя.