Страница 136 из 256
47. Помочь ей
ДЖОННИ
Я не мог спать. Мозг был в состоянии повышенной готовности, все мышцы напряжены. Каждый раз, когда я закрывал глаза и пытался заснуть, в голове возникала картина: Шаннон лежит на больничной койке, избитая и окровавленная..
Ее отца отпустили.
Он расхаживал как свободный человек.
И именно в долбаном Баллилагине, а не где-нибудь.
Разгневанный, я повернулся на бок и попытался очистить мозг, но ничего не получилось. Совершенно потерянный, я скинул одеяло и поморщился, когда Сьюки зарычала во сне.
— Прости, малышка, – прошептал я, в темноте пересекая комнату.
Выйдя из спальни, я включил свет в коридоре и пошел в другой конец дома. Лет девять прошло с тех пор, как я в последний раз посреди ночи пробирался в родительскую спальню, но я теперь я был именно там – в час ночи.
— Пап? – прошептал я, наклонившись над ним и слегка толкая его в плечо, чувствуя себя при этом мелким воришкой. – Пап?
— Джонни? – Его голос был низким и хриплым со сна. – Что случилось?
— Мне нужно с тобой поговорить, – прошептал я, поглядывая на спящую маму и молясь о том, чтобы она не проснулась. – Это важно.
— Иди спать, сынок, – проворчал он, поворачиваясь на бок и обнимая маму. – Небеса не рухнут, обещаю.
Я вытаращил глаза. Хренов Цыпленок Цыпа..
— Пап, мне правда надо поговорить..
Приподнявшись на локте, он сонно всмотрелся в меня.
— Правда?
Я кивнул:
— Правда.
Громко зевнув, он отбросил одеяло и встал.
— Ладно, сынок, иди ставь чайник.
— Пойду, – шепнул я, закрывая глаза, – когда ты что-нибудь наденешь.
* * *
Спустя три часа и два кофейника мы все еще сидели на кухне. Мой отец устроился за островком в трусах, сжимая в ладонях чашку с кофе, а я мерил шагами кухню, словно какой-нибудь обдолбанный наркоман.
— Должен ведь быть какой-то способ избежать этого, – бормотал я, почесывая голый живот. – Не может же он просто болтаться на свободе после всего, что с ними сделал!
— Семейный кодекс очень запутанный, сынок, – ответил папа. – И все случаи разные.
— Вообще не круто. – Взяв со стойки кофейник, я налил себе еще чашку кофе и выпил ее в три глотка. – Черт бы побрал это все!
— Давай пока закончим. – Папа зевнул, потянул руку и забрал у меня кофейник. – Или я никогда не доберусь до постели.
— Ты бы видел ее вечером! – продолжал я, снова расхаживая по кухне. – Видел бы ты лицо Шаннон, когда брат сказал ей, что их отца отпустили! – Я покачал головой. – Она была охренеть как перепугана!
— Джонни, – вздохнул он, – ты ничего не можешь сделать.
— Но ты-то можешь сделать что-нибудь? – бросил я в ответ, чувствуя себя взвинченным и полным энергии. – Разве ты не можешь взяться за их дело?
— Это так не делается, – ответил он, снова зевая.
— Почему? – резко спросил я. – Почему так не делается?
Папа утомленно вздохнул:
— Я уже раз десять объяснял: прокуратура уже приняла решение передать дело в суд. Они назначили ему адвоката, и, кроме того, миссис Линч весьма откровенно дала понять, что мои услуги не требуются и не приветствуются.
— Значит, она дура, – огрызнулся я, ускоряя шаг. – Ты ведь лучший!
— Верно, – согласился он, сонно кивнув. – Но эмоции туманят ее суждения.
— Она просто ничего не понимает, и все, пап. – Отойдя к окну, я оперся о подоконник и злобно зарычал. – Эта женщина просто помеха, и моей девушке опасно оставаться в том доме. – Я развернулся и уставился на отца. – Всем ее детям грозит опасность рядом с этой женщиной.. а в особенности теперь, когда их отец опять шляется где-то поблизости.
— На этот случай к ним прикреплен социальный работник, – спокойно пояснил папа, подходя к раковине и опустошая кофейник. – Это значит посещение дома и строгий надзор.
— Это ни хрена не значит, пап, и ты это знаешь, – разочарованно заявил я. – Она не может быть там в безопасности.
— Тогда чего ты хочешь от меня, Джонни? – спросил папа, ополаскивая свою чашку и опуская на сушилку. – Все дети Линчей прошли собеседование после случая с Шаннон. Их не вернули бы под надзор матери без тщательного расследования, и, конечно, их расспросили о том, как мать с ними обращается. Очевидно, изучение условий в семье продемонстрировало, что в определенном смысле миссис Линч способна заботиться о них.
— Да у них у всех мозги уже промыты! – возмутился я. – Ты что, не понимаешь? Они до смерти боятся, что их отправят в приемные семьи и разделят, так что они врут и прикрывают родителей, потому что им внушили дикую мысль, что им безопаснее там, где они есть!
— Что тут происходит? – спросила мама, появляясь в дверях кухни; она куталась в белоснежный халат. – Половина пятого утра! Что вы тут делаете?
— Твой сын захотел поболтать, – спокойно пояснил папа. – Беспокоиться не о чем. Возвращайся в постель, милая.
Мама приподняла брови с выражением «ты действительно думаешь, что я куплюсь на эту лажу?», вошла в кухню и направилась к чайнику.
— С Шаннон все в порядке, милый?
Я остановился и нахмурился, глядя на нее.
— Откуда ты..
— Знаю, что эта ночная болтовня имеет отношение к Шаннон? – Мама понимающе улыбнулась. – Просто я знаю тебя. – Приготовив себе чашку кофе, она села у стола рядом с отцом. – Что ж. – Сделав глоток, она посмотрела на папу. – Рассказывай, милый.
С покорным вздохом он стал пересказывать то, о чем мы говорили, а я вставлял то, что он пропустил.
— Вот так все и обстоит, мам, – заявил я, когда отец закончил. – Наша юридическая система – полный кошмар!
Я схватил ее чашку, поставил назад и пошел к чайнику.
— И что мне теперь делать? Лечь спать в своей милой теплой кровати и ждать телефонного звонка с сообщением, что она снова в больнице.. или чего похуже? – Покачивая головой, я сделал себе еще кофе, попутно расплескав воду по всей стойке. – Она заслуживает куда лучшего, чем та жизнь, с которой ей приходится справляться!
— Согласна, – с грустью в голосе сказала мама. – Все они заслуживают лучшего.
— Так сделайте что-нибудь, мам! – умоляюще произнес я, чувствуя себя абсолютно потерянным. – Потому что я точно сойду с ума, если мне придется каждый день отвозить ее домой после школы и ждать до утра, чтобы узнать, пережила ли она ночь!
Мамины глаза наполнились слезами, и она спросила:
— А ее брат? Даррен?
Я глотнул кофе и разочарованно ответил:
— Да он же ничего о них не знает! Его здесь не было несколько лет. Он вообще интересуется только матерью, а не детьми. Джоуи ему не доверяет, и я тоже.